Кэндес Бушнелл - Пятая авеню, дом один

Двое полицейских прибыли через несколько минут, следом за ними приехали санитары, которые разорвали на Билли халат и попытались вернуть его к жизни. Под действием электрошока тело Билли подскочило на кровати на несколько дюймов. Шиффер было тяжело на это смотреть, и она ушла в гостиную. Наконец приехал следователь в синем костюме.

— Детектив Сабатини, — представился он, протягивая руку.

— Шиффер Даймонд.

— Киноактриса? — оживился он.

— Совершенно верно.

— Это вы нашли тело? Как вы тут оказались?

— Билли был моим хорошим другом. Пару дней назад он пропал. Я зашла его проведать. Получается, слишком поздно.

— Вы знали, что он находился под следствием?

— Билли? — с недоверием переспросила Шиффер. — Из-за чего?

— Кража произведения искусства, — отчеканил детектив.

— Не может быть! — отмахнулась Шиффер.

— Именно так и было. У него имелись враги?

— Его все любили.

— В деньгах он нуждался?

— О его финансовых делах я ничего не знаю. Билли о них не говорил. Он был очень… сдержанный.

— Но про людей он много чего знал?

— Он многих знал, это правда.

— Можете назвать кого-нибудь, кто желал бы его смерти? Сэнди Брюэр, например?

— Понятия не имею, кто это.

— Я думал, вы были хорошими друзьями.

— Да, мы дружили — раньше, — подтвердила Шиффер. — Но я не видела Билли много лет, пока не вернулась в Нью-Йорк девять месяцев назад.

— Мне придется пригласить вас в участок для допроса.

— Сначала я позвоню своему рекламному агенту, — твердо ответила она. До нее еще не дошло, что Билли умер, но она уже понимала: неприятностей будет куча. Они с Билли вполне могли оказаться на следующий день на первой странице The New York Post.

Ранним утром следующего дня Пол Райс, блуждая по Интернету, наткнулся на сообщение о смерти Билли Личфилда. Он не связывал Билли со скандалом с Брюэрами, поэтому новость не произвела на него впечатления. Но вскоре он отметил, что на это событие откликнулись и The New York Times, и The Boston Globe: газеты писали, что 44-летнего Билли Личфилда, бывшего журналиста, имевшего в последнее время отношение к рынку искусства и вращавшегося в кругу представителей «света», нашли накануне вечером мертвым в его квартире. В Daily и Post было гораздо больше подробностей. Обе газеты поместили на первых полосах гламурные фотографии Шиффер Даймонд, обнаружившей бездыханное тело, и Билли в смокинге. На других снимках фигурировал Билли в компании знаменитостей. На одной фотографии он был запечатлен под руку с миссис Хотон. Сообщалось о расследовании полиции, подозревающей насильственную смерть.

Пол выключил компьютер. Он хотел разбудить жену и сообщить ей о случившемся, но одумался, решив, что она расстроится. Это приведет к долгой сцене, полной демонстрации чувств, чего следовало избежать. Он решил рассказать Аннализе про Билли позже.

Торопливо шагая по вестибюлю дома, но увидел за дверями журналистов.

— Что происходит? — обратился он к Роберто.

— Кто-то умер. Труп нашла Шиффер Даймонд.

«Опять Билли Личфилд!» — сообразил Пол.

— Почему они здесь, у нашего дома? — спросил он.

Роберто молча пожал плечами.

— Ладно, не важно! — бросил Пол и постучал в дверь Минди. Она приоткрыла дверь самую малость, чтобы не выскочил Скиппи, который тут же разлаялся и заелозил лапами по ее ноге. Теперь натравливать его на Пола было себе дороже. Тот временно одержал верх над Минди: ей пришлось согласиться не выходить со Скиппи в вестибюль утром и вечером, когда там мог оказаться Пол.

— Что теперь? — Она с ненавистью смотрела на него.

— Это. — Пол указал на папарацци за дверями.

Минди вышла без собаки, закрыв за собой дверь. Она еще была в шлепанцах и в пижаме, поверх которой накинула шелковый халат.

— Что там такое, Роберто? — спросила она.

— Сами знаете, я ничего не могу с ними поделать. Тротуар — общественная собственность, они имеют право там находиться.

— Вызовите полицию! — потребовал Пол. — Пусть их арестуют.

— Кто-то умер. Труп нашла Шиффер Даймонд, — повторил свою версию Роберто.

— Билли Личфилд, — уточнил Пол.

— Билли?! — изумилась Минди.

— Я хочу с этими покончить, — не унимался Пол. — Эти фотографы преграждают мне путь, я не могу ехать на работу. Мне не важно, кто насколько знаменит, главное — ничто не вправе мешать нормальной жизни в этом здании. Выселить Шиффер Даймонд! Если на то пошло, Инид Мерль тоже. И Филиппа Окленда. И вашего мужа. Да и вас тоже, — заявил он Минди.

Она побагровела. Ее голова будто превратилась в готовую лопнуть гнилую помидорину.

— Почему бы вам самому отсюда не убраться?! — заорала она. — С тех пор как вы въехали в этот дом, никому не стало покоя. Вы мне надоели! Еще одна жалоба от вас или от вашей жены — и я вами займусь. Сколько бы это ни стоило, даже если нам придется платить по пять тысяч долларов в месяц, мы подадим на вас в суд и выиграем дело. Вы здесь всем поперек горла! Надо было мне послушаться Инид и разделить триплекс. Какая разница — все равно вы погубили квартиру своими дурацкими рыбками и компьютерами. Вам удалось отвертеться только потому, что в распоряжениях местных властей ничего не говорится о чертовых аквариумных рыбках!

Пол повернулся к Роберто:

— Вы слышали? Она мне угрожает. — Он прищелкнул пальцами. — Все запишите! Это ей так просто не сойдет с рук!

— Я ни при чем, — сказал Роберто, пятясь назад и пряча ухмылку. Еще нет семи часов, а тем для сплетен набралось на целый вагон. Денек обещал выйти занятным.

— Чтоб ты провалился! — выкрикнула Минди, не помня себя от ярости. Вместо того чтобы ответить на оскорбление, Пол Райс стоял и качал головой, словно Минди являла собой самое жалкое зрелище. — Выметайся! И женушку прихвати! — проорала она. — Собирайте вещи — и вон из этого дома! — Набрав в легкие воздуху, она закончила: — Сейчас же!

— Миссис Гуч, — выступил посредником Роберто, — может, вам лучше уйти к себе?

— Сейчас уйду, — пообещала Минди. — А ты получишь решение суда на пятьдесят футов ко мне не приближаться! Попробуй жить в доме, когда тебе нельзя ходить через его вестибюль.

— Валяй, — разрешил Пол с насмешливой улыбкой. — Мне только того и надо. Тогда я смогу подать в суд лично на тебя. Между прочим, адвокаты в наши дни берут все больше, так что лучше тебе заранее продать квартиру, чтобы было чем с ними расплатиться.

Он бы говорил и дальше, но Минди уже скрылась в своей квартире, хлопнув дверью.

— Мило! — раздался голос Роберто.