Эстер Браун - Маленькая леди в большом городе

– Джонатан, ты шутишь? – Я рассмеялась. – Этой парочке вообще доверять нельзя, даже если речь о распродаже какого-нибудь хлама! Нет, что ты! Я пустила их в агентство лишь на время.

– Значит, планируешь вообще его закрыть? Что ж, вполне разумно.

– Нет, не планирую… – Я приостановилась, осознав, что говорю. – Мне бы не хотелось…

На лице Джонатана мелькнуло недовольство, однако он тут же улыбнулся.

– Но, милая, почему? Сама ведь понимаешь: у тебя не будет возможности летать через каждые два дня туда и обратно, ведь так?

– Ты же часто летаешь! – воскликнула я.

– Исключительно по делам!

– А я в агентстве чем, по-твоему, занимаюсь? Люди надеются на меня. Я оказываю услуги, в которых нуждаются! Почему ты считаешь, что это менее важно, чем твоя работа?

Я старалась не выходить из себя, но, видя проблеск раздражения в глазах Джонатана, все сильнее злилась.

– Мелисса, это совсем разные вещи. К тому же теперь, когда мы вместе, ты займешься другим делом, не тем, с чего начинала, разве не так? Сконцентрируешь внимание на подарках и покупках, правильно?

– Я не сказала, что намерена заниматься одними покупками…

– Разве? Мелисса, посмотри на вещи трезво: ты нянчишься с этими парнями, но, по-моему, достойна лучшей участи. Подумай, сколько ты тратишь на них сил и времени. Я не заговаривал с тобой об этом раньше, потому что сознавал: ты добрая и отзывчивая и стремишься всем помочь. Я безумно рад, что ты у меня такая, но больше не смогу мириться с мыслью, что ты растрачиваешь себя на грубиянов типа Годрика.

Им нужна профессиональная помощь, они сами должны прилагать усилия, чтобы изжить в себе недостатки и комплексы. И потом, милая, не подумай, что я переоцениваю свои возможности, но, когда мы поженимся, зачем тебе работать? – Он взял меня за руки. – Потому я и не жалею сил: чтобы получать приличные деньги и премии…

Я пристально посмотрела на колечко, что поблескивало на пальце, и снова взглянула на Джонатана. Хотелось, чтобы рядом был смеющийся бойфренд, с которым мы вместе гребли, плывя по озеру. Теперь же, когда он стоял передо мной в смокинге, с зачесанными назад волосами, я вдруг почувствовала, что намного его младше.

– Мне нравится работать, помогать людям.

– Тогда занимайся тем, о чем тебя просит Дайана, – сказал Джонатан таким тоном, будто решения очевиднее не существовало. – Устраивай праздники! Со вкусом у американцев слабовато! Знаешь, Дайана счастлива, что у нее такая помощница. Не устает всем рассказывать, как толково ты все планируешь, насколько мила с ее матерью и со Стивом. Я горжусь тобой.

Он легонько потряс мои руки, демонстрируя, как велика его гордость, однако у меня возникло чувство, что со мной обращаются будто с глупым ребенком.

– Джонатан, думаю, нам стоит поговорить об этом серьезнее, – сказала я, сознавая, что беседа подходит к концу.

– О чем еще говорить? Заниматься лондонскими делами ты не сможешь, поскольку переедешь в Нью-Йорк, а тут не будешь оказывать те же услуги, потому что я против. – Джонатан приподнял и опустил плечи. – Кстати, мне не терпелось сказать тебе: надо разработать новый план по ремонту особняка. – Он счастливо улыбнулся, будто, наконец, выложил козырную карту. – Забудь о неприятном разговоре. Подумай о доме. Надо сделать так, чтобы в нем было уютно нам обоим. Тебе и мне. Пока только тебе и мне…

Я ничего не понимала. Все мои мечты претворялись в жизнь, а на душе лежал камень. Почему?

Джонатан расценил мое молчание как счастливое онемение и поцеловал меня в лоб.

– Не хочу отставать от Дайаны и Стива. – Он взглянул на часы и скривил извинительную гримасу. – Милая, знаю, это прозвучит неуместно, но теперь нам надо срочно назад. – Его глаза загорелись радостным светом.– Пойдем и поделимся с ними великой новостью! Сегодня тут почти все наши друзья!

Почти все? А Нельсон? Габи? Роджер? Что почувствуют мои друзья, когда я скажу, что уезжаю в Нью-Йорк? Смогли бы они найти общий язык с Синди?

Я почувствовала легкую тошноту.

– Но, Джонатан! Это ведь для меня крайне важно! Мое агентство предлагает не только помощь в выборе подарков! Я пытаюсь заглянуть в человеческие души, смотрю, что можно исправить внутри! Возьмем, к примеру, того же Годрика, – с жаром проговорила я. – По натуре ведь он не грубый и не законченный нытик, ему всего лишь не хватает уверенности в себе! Естественно, я не волшебница и не умею творить чудеса, но догадалась, что Годрику просто нужен человек, который выслушивал бы его и понимал. Взгляни на него теперь! Он снова с любимой девушкой и как воспрянул духом!

– Мелисса, если тебе так необходимы проблемные мужчины, работай надо мной, – произнес Джонатан. К моему великому удивлению, совершенно серьезно. – Видит бог, мне тоже нужен близкий человек, который умел бы решать жизненные проблемы лучше, чем я.

– В том-то и дело! – провопила я. – В тебе самом исправлять нечего! Ты идеальный, понимаешь? Идеальный! А решать те вопросы, о которых говоришь ты, у меня вряд ли получится. Может, я совсем не гожусь на роль твоей жены…

– Значит, я просто прекрасно прикидываюсь идеальным! Почему, как ты думаешь, ко мне четырежды в неделю приходит уборщица? Почему я не покупаю одежду по собственному вкусу? Спроси Лори, она тебе расскажет, насколько я идеальный. – Джонатан в волнении провел руками по волосам. – Какая же, по-твоему, мне подошла бы жена?

Я попыталась прочесть его истинные чувства по лицу, но оно снова сделалось каменным –эмоции спрятались глубоко внутри.

Я прикусила губу, не желая говорить то, что должна была. В отведенных для праздника залах собралось без счета блистательных женщин, что одаривали всех вокруг обворожительными улыбками, посвящали жизни благотворительности, поддерживали нужные связи и встречались друг с другом за ланчем, к которому не притрагивались.

Я подумала о маме. Она выбивалась из сил, пытаясь соответствовать требованиям Консервативной партии, и снимала стресс вязанием – ее истинные чувства выходили наружу в виде уродцев-бегемотов. Отец изводил ее – да и меня тоже – своими нескончаемыми махинациями. Я не желала повторить мамину судьбу. С мужчиной, которого любила, как Джонатана.

Но тот ли он, за кого себя выдает? – подумала я, вдруг осознав, что его пристальный взгляд чем-то очень напоминает отцовский.

Я не кровать, которую можно спокойно отправить в Нью-Йорк и поставить в музее. И знала, для чего живу!

– Тебе нужна такая женщина, что красовалась бы рядом, как первая леди, на вечерах вроде сегодняшнего, – произнесла я, собравшись с духом– Типа тех, кто проводит благотворительные акции, знает все правила игры и безупречно выглядит, когда на нее ни взгляни. Такой была Милочка. Мне казалось, ты больше не хочешь ее знать. Я думала, ты предпочел меня…