Зоя Гаррисон - Большое кино

— У вас выдалась тяжелая неделя. — Сьюзен похлопала ее по спине. Кит привалилась к ней, чувствуя себя обиженным ребенком.

Одно было ясно: она не хочет работать на него бесконечно Останется максимум на год, чтобы довести до конца «Последний шанс», а потом…»

— Папочка постарается, чтобы все было хорошо, вот увидите!

Услышав эти слова, Кит вытаращила глаза.

— Никакой бизнес не таит столько унижения, — сказала она и мысленно добавила: «А я умудрилась потерпеть крах не только в бизнесе, но и в любви. И опять-таки перед сотней миллионов зрителей».

— Какая вам разница, что пишут журналы и что думают чужие люди? Другое дело — когда вас облаивают, как сегодня.

— Вы о Брендане? Надо было подставить ему локоть для укуса, но я как-то запамятовала об этом, так он меня оглушил — Вас подводит доброта. Мистер Рейсом прав: от мистера Марша не приходится ждать ничего хорошего.

— Просто он оскорблен. Он ведет себя, как раненый бык. — Кит рухнула на диван. — Теперь поздно рассуждать. Брендан ушел.

Сьюзен нырнула в кабинет Ренсома и тут же появилась снова — Опять куда-то делся! Я напою вас чаем. Да придите же в себя. Кит, — не хватало еще, чтобы он вас застал в таком виде!.. — Сьюзен осторожно протянула полную чашку, словно Кит была ребенком и могла ошпариться.

В этот момент в приемную вошел Арчер. У Кит задрожали руки, и ей пришлось поставить чашку на стол.

— Здравствуй, Кит! — Он стоял над ней и улыбался. — Прости, что снова заставил тебя ждать. Второй раз за одну неделю! — Арчер помог ей подняться, и она последовала за ним в кабинет.

— Мистер Рейсом, вам звонила Либерти Адамс! — заторопилась Сьюзен. — Говорит, это важно.

— Хорошо, Сьюзи, попробуйте дозвониться ей. — Он закрыл дверь. — Что же ты не пришла на вчерашний прием?

— Дела. — Кит опустилась на белый диванчик.

Арчер расхаживал взад-вперед, перебирая папки, прикуривая, наливая кофе. Кит заметила, что галстук у него съехал набок. Неужели перед ней отец? Он сел в кресло с ней рядом. Солнце, перед тем как скрыться за грозовой тучей, заглянуло в окно, и его лучи заставили Кит зажмуриться. Она не видела лица Арчера. Он говорил о кассовых сборах в последний уик-энд, но она все никак не могла сосредоточиться…

— Тебе мешает солнце? — донеслось до нее, как сквозь слой ваты.

Арчер подошел к окну, нажал несколько кнопок, и окно закрыла мелкая сетка. Кит заметила, что он прихрамывает. Она подняла глаза и посмотрела ему в лицо. Чутье давно должно было подсказать ей, что она имеет дело с родным отцом: у них были одинаковые носы, одинаково припухшая нижняя губа. Даже ростом она пошла в него.

— Так вот, насчет «Последнего шанса»! Прости, что я так долго… — Его перебил зуммер телефона. — Да, Сьюзи?

— Не могу дозвониться до мисс Адамс, мистер Рейсом. Она оставила телефоны Александеров, но миссис Александер говорит, что мисс Адамс полчаса назад уехала. Дома тоже никто не отвечает, автоответчик отключен.

— Попробуйте еще. — Он положил трубку.

— Либерти сейчас занята. — Говоря это, Кит любовалась солнечными зайчиками, проникающими сквозь сетчатую штору.

— Она разбередила старые воспоминания, напомнила многое, о чем я давным-давно забыл. — Арчер водрузил поверх стопки папок у себя на столе еще одну, ярко-розовую.

Кит снова перевела на него глаза. Этот человек выглядел гораздо более прямодушным, чем Китсия, но возможно, то была просто иллюзия, создаваемая его голубыми глазами. Его рука, подносящая зажигалку к черной сигарете, заметно дрожала.

— В последнее время ты стала напоминать мне Китсию, — заявил он.

— Я? Почему? — Кит выпрямилась. Неужели он сам поможет ей открыть всю правду?

— Прочтешь статью Либерти — тогда поймешь.

— Между прочим, Китсия сейчас здесь, — предупредила Кит.

— Вот не знал! Она никогда не сообщает своих планов заранее.

— Как и все остальное. — Кит покраснела и опустила глаза. Пора!

— Таинственность — это сила. Великая сила…

— И поэтому ты тоже к ней прибегаешь.

— Это обвинение? — Он методично приподнимал ногтем большого пальца крышечку зажигалки и снова ее защелкивал. — Обижаешься, что я утаиваю свое мнение о «Последнем шансе»?

Кит вжалась в спинку дивана.

— Мне надо многое тебе сказать, Кит. Я кое-что узнал… Он замялся.

В кабинет бесшумно вошла Сьюзен и передала Ренсому какое-то сообщение. Прочитав его, он кивнул, и Сьюзен вышла — В понедельник я грубо с тобой обошелся, наговорил несправедливых вещей. Думаю, статья Либерти расставит все по местам Кит видела через его плечо железную решетку, загораживающую лестницу в просмотровый зал.

— Вряд ли там будет что-нибудь про «Последний шанс», — возразила она, — а мне крайне важно твое мнение о фильме… и обо мне.

Он не успел ответить: в кабинет вошли двое рабочих в небесно-голубых комбинезонах, делавших их похожими на хирургов, и Арчер указал им на стоящую в углу скульптуру.

— Твоя мать не теряет времени даром. Ей захотелось забрать вот это.

Рабочие стали раскачивать скульптуру, пытаясь снять ее с пьедестала. Арчер внимательно наблюдал за их действиями, Кит же боялась пошевелиться: ей было страшно, что скульптура упадет и разобьется. Впрочем, вскоре скульптура была ловко уложена на тележку, и ее выкатили из кабинета, не причинив никакого вреда. Кит глубоко вздохнула. Возможно, теперь наконец она сумеет открыть ему глаза… В голове у нее уже сложилось начало.

«Китсия солгала тебе про араба. Отцом ребенка был ты».

— Утром я успел побывать на Багамах, — донесся до нее голос Арчера. — До чего же красив пляж ранним утром! — Он закурил очередную сигарету. — Наверное, до тебя дошли слухи о моем намерении прикрыть «Последний шанс»? — сказал он без всякого перехода. Кит насторожилась. — Знаешь, в чем тут дело?

— Мы превысили бюджет?

— Да. А «Рейсом энтерпрайзиз» нужна наличность из-за скандала с ценными бумагами…

Кит промолчала. Никогда еще он не обсуждал с ней проблемы своей корпорации.

— Такова рекомендация Раша… — продолжил он.

— Раш пойдет на все, лишь бы мне насолить! — крикнула Кит. — Сначала навязал мне свою дочь, а теперь вообще хочет закрыть фильм… — Она раскраснелась, с самообладанием было покончено.

— Ты что, не читаешь газет? Расследование деятельности Комиссии по ценным бумагам превратилось в сенатское расследование деятельности «Репсом энтерпрайзиз», моей деятельности…

Но Кит уже не слушала его:

— Знаешь, почему он на меня взъелся? Он долго выжидал.

У Раша есть фотографии…

— Прекрати! — крикнул Арчер и затем произнес гораздо тише:

— Про Раша я знаю все. Ты поняла?

Она неуверенно кивнула.