Эрин Пайзи - Водоворот жизни

– Знаешь, Чарльз, я словно заново родилась.

– А для меня тут ничего особенного.

– Наверное, ты больше, чем я бывал за границей и пресытился всем, но здесь на самом деле очень красиво. Пошли, – она взяла его за руку. – Прокатимся и посмотрим, не попадется ли нам стайка фламинго.

– Нет, вряд ли здесь есть фламинго.

– Тебе скучно, Чарльз?

– Нет, разве может быть с тобой скучно? Пройдет. Просто я изнываю от безделья: целый день ничего не делаешь, не то, что в Лондоне. Пошли выпьем и завалимся в постель.

– Чарльз, только одиннадцать часов утра. Я не хочу идти в постель.

– Почему бы и нет. В конце концов, у нас ведь каникулы.

Рейчел посмотрела на него.

– Именно так. Поэтому я тоже хочу каникул.

– Что ты имеешь в виду? – с обидой переспросил Чарльз.

– То и значит, что не хочу тратить свои каникулы на удовлетворение твоих желаний, ради того, чтобы избавить тебя от безделья.

– Узнаю происки этой мерзавки Клэр. Ты сама никогда бы не додумалась со мной так разговаривать.

– Отныне буду именно так разговаривать. Не успела начаться вторая неделя наших каникул, а ты только недовольно дуешься на меня по любому поводу. Если бы ты преодолел свое мрачное настроение, тебе самому стало бы намного легче, и мне бы не портил отпуск. Мари-Клэр прекрасно проводит время с Сарой и Домиником. Не понимаю, почему ты не можешь наслаждаться отдыхом?

– Наслаждаться отпуском? С фригидной женой, которая и слышать не хочет о том, чтобы заняться любовью и ублажить мужа только потому, что, видите ли, одиннадцать часов утра. Рейчел, ты нисколько не переменилась. Ты все такая же маленькая, ограниченная и закомплексованная девочка из монастыря. Господи, как я хочу домой!

Рейчел пожала плечами.

– Почему ты не хочешь воспользоваться всеми предоставленными возможностями каникул? Осталась всего неделя.

– Ладно, тогда пошли в постель.

– Нет, Чарльз, я не пойду. Я пойду на пляж, к детям.

– Ладно. Иди. – Чарльз уселся в кресло.

– До свидания. – Рейчел помахала рукой и направилась к пляжу. Она была в бикини, с красным полотенцем через плечо. Рейчел отдохнула, поправилась и загорела. Она грациозно сбежала вниз по тропинке.

«Какие неблагодарные твари эти женщины», – подумал Чарльз. Он чувствовал, как под плавками вырос твердый холмик, выдававший проснувшееся в нем вдруг сладострастное желание. На утоление его жажды ей потребовалось бы всего несколько минут. Если смотреть на Антею отсюда, издалека, то на расстоянии она выглядит гораздо привлекательней.

Он встал и пошел к телефону.

– Это я, моя прелесть! – Голос Антеи звучал будто спросонья. – Я очень по тебе соскучился, – с дрожью в голосе произнес Чарльз.

– Что с тобой? – забавлялась Антея. – Что? Ноги не задирают столько, сколько бы тебе хотелось?

– Жаль, что тебя со мной нет.

– Ну, так это было твое решение оставить меня в Лондоне и забрать свою строптивую женушку.

– Ты думаешь обо мне? – Чарльз почувствовал себя таким покинутым и никому ненужным на этой белой роскошной вилле, затерявшейся Бог весть, на каком краю света.

– Все время. Угадай, что я сейчас делаю? – голос ее стал тягучим и сладострастным. – Представь, где мои пальцы?

– Не мучь меня, Антея. Это просто невыносимо. – На пол, возле его ног, упала тень. Он поднял глаза. Это была Мари-Клэр. Она холодно посмотрела на него в упор. Чарльз понимал, что девушка заметила его возбужденное состояние. Мари-Клэр улыбнулась, открыв ровные белоснежные зубы, а на щеках возникли прелестные ямочки.

– Извини, минутку, – сказал он в телефонную трубку. – Что тебе Мари-Клэр?

Мари-Клэр ухмыльнулась, показав кончик своего розового язычка.

– Полотенце, месье. Только полотенце. Она порхнула мимо него, что-то мурлыкая себе под нос.

– Мне пора. Пойду к семье. Они на пляже, – сказал он Антее.

– Ты лжешь, мерзавец, – ответила Антея. – Предоставилась возможность уложить служанку. Хочешь попробовать?

– Как я могу позволить себе подобное? – кротко возразил Чарльз. – Она слишком молода для меня.

– Чарльз, ты же прекрасно знаешь, что можешь трахнуть кого угодно, лишь бы было куда.

Мари-Клэр вернулась в комнату. Она держала в руках два полотенца.

– Одно для месье, – застенчиво сказала она и вышла.

– Должен идти, Антея. Скучаю без тебя, дорогая. – Но Антея уже положила телефон.

«Неблагодарная тварь… Женщины. – Он туго повязал полотенце вокруг талии. – Пойду к Рейчел».

Вдруг настроение его прояснилось, и он перестал воспринимать жизнь в сером цвете.

Рейчел лежала на своем обычном месте пляжа и читала книгу. Чарльз плюхнулся рядом.

– Извини, дорогая, я вовсе не хотел быть скотиной. Просто у меня с утра скверное настроение. – Он чмокнул ее в щеку. – Простила меня?

– Да, но я сказала то, что имела в виду.

– Хорошо. Я понял. Все немножко приедается. Нужна смена впечатлений.

– Не совсем так, Чарльз. Просто за последнее время я заметила, что ты никогда не прикасаешься ко мне, только в тех случаях, когда у тебя возникает желание.

– Но это вполне естественно для мужчины.

– Ты уверен? Значит, мужчина проявляет свои чувства только тогда, когда у него возникает эрекция?

– Одно влечет за собой другое, – засмеялся Чарльз.

– Ну, мне бы хотелось, чтобы ты иногда обнимал и любил меня сердцем, а не барометром, вставленным у тебя между ног.

– Где ты набралась подобной чепухи, Рейчел? Ты об этом говоришь со своими подругами?

– Иногда.

– Надеюсь, ты не обсуждаешь с ними меня? – поразился Чарльз.

– Нет, что ты. Чуть-чуть, разве что. Подошел Доминик.

– Пошли, отец. Давай поиграем в салки в воде. Вскоре Чарльз отлично позабавился, тиская в воде Мари-Клэр, которая отбивалась изо всех сил. Рейчел, наблюдая, как они втроем кричали и резвились в воде, пристыдила себя. Какая же я скотина, подумала она. Я же не имею права отказывать ему только потому, что он намного сексуальнее меня. Придется помириться с ним. Он ведь уже сделал попытку помириться. Они всей ватагой примчались к ней.

– Сообщаю тебе, что пора идти обедать, – начальственным тоном заявил Чарльз.

Днем Рейчел лежала поперек кровати, давая возможность Чарльзу погасить свое возбуждение и излить в нее страсть. «Мне так хочется увидеть фламинго, думала она в этот момент. Может, мне позаимствовать у Джейн Роберта»? Редфорда? Она закрыла глаза и застонала.

– Тебе хорошо, любовь моя? – прошептал ей на ухо Чарльз.

– Не останавливайся, – ответила она.

К концу второй недели вся семья прекрасно отдохнула и загорела. У Рейчел голова кругом пошла от обилия всевозможных овощей и сыров, которые продавались в местных магазинах. Ей безумно нравилось готовить мясо на решетке и подавать его с обильно заправленными чесноком салатами, с фруктами и сырами.