Барбара Брэдфорд - Быть лучшей

– Еще меньше понимаю. Да объяснитесь же толком, ради Бога!

– Но говорю же вам, Пола, сейчас не могу. – Чарльз изрядно нервничал. – Поверьте, я не ухожу от ответа. Честное слово, нет. Сэр Логан объяснил мне все лишь в общих чертах. Ему тоже не хотелось беседовать о весьма конфиденциальных предметах по телефону. Он только сказал, что все это чрезвычайно важно для всех нас. Поэтому я и согласился на встречу. Похоже, дело серьезное. Вам непременно надо быть.

– Ладно, Чарльз, я приеду. Ровно в пять.

– Отлично. Еще одно, Пола… Должен предупредить вас, что Джонатан Эйнсли тоже будет.

– Ясно, – мрачно откликнулась она.

Попрощавшись и повесив трубку, Пола прижала ладони к глазам. Все это было настолько неожиданно, что ей потребовалось некоторое время, чтобы собраться с мыслями и оценить ситуацию.

Она сосредоточилась на кузене. Джонатан Эйнсли, думала она. Зачем он вернулся? Что ему нужно? Ответов Пола не находила. Но она вспомнила его давнюю угрозу, и у нее застыла кровь в жилах.

Глава 41

Без пяти пять Пола входила в Торговый банк «Россистер» в Сити. Личная секретарша Чарльза уже ждала ее в приемной и немедленно проводила в кабинет к шефу. Председатель правления банка, старый друг семьи Полы, стремительно вышел ей навстречу, чмокнул в щеку.

– Они здесь? – спросила Пола, отодвигаясь от Чарльза, и с тревогой посмотрела на него.

– Да, пришли четверть часа назад. Ждут нас в зале заседаний правления.

– Что-нибудь прояснилось?

– Да, немного. Сэр Логан в двух словах объяснил мне суть дела.

– Заключается она в том, что у Джонатана Эйнсли есть акции в «Харт», так?

Чарльз кивнул.

– Наверное, он купил часть или все десять процентов акций, которые я недавно выкинула на рынок?

– Вот именно. Все десять процентов.

– Так я и думала. Эта мысль пришла мне в голову на пути сюда. – Пола устало улыбнулась.

– Он требует, чтобы ему представили место в правлении «Харт».

– Ни в коем случае! Десять процентов акций – это еще недостаточно, чтобы претендовать на место в правлении. Пусть катится ко всем чертям!

– Но он настаивает на этом. И мне кажется, у вас с ним будет достаточно хлопот.

– Это уж точно. Иначе бы он не приехал из такой дали. Ну что ж, пошли? Покончим с этим.

– Пошли. – Чарльз провел Полу через кабинет и открыл боковую дверь, которая вела в обшитый дубовыми панелями зал заседаний.

Сэр Логан, невысокий, седовласый человек, на вид более молодой, чем ожидала Пола, поднялся с места и направился к ним.

– Миссис О'Нил, меня зовут Логан Кэртис, – сказал он, опередив Чарльза, который уж собрался представить их друг другу. Улыбнувшись, он протянул ей руку.

Пола пожала ее.

– Добрый день, – нейтральным тоном сказала она. Боковым зрением она заметила Джонатана, который сидел за столом заседаний. Он даже не приподнялся в знак приветствия, так что и она сделала вид, будто он предмет неодушевленный.

– Ваш кузен хочет поговорить с вами наедине, миссис О'Нил, – сказал сэр Логан. – Так что нам, наверное, лучше удалиться. – Двинувшись к двери, он бросил многозначительный взгляд на Чарльза Россистера.

Банкир, которому не понравилось, что с ним так бесцеремонно обращаются на его собственной территории, с трудом сдержал себя.

– Вы не против? – участливо спросил он Полу.

– Никоим образом, – спокойно ответила она. Чарльз Россистер должным образом оценил ее хладнокровие, особенно имея в виду сложившиеся обстоятельства. Тем не менее он счел нужным добавить:

– На случай, если во мне возникнет нужда, я буду у себя в кабинете.

– Спасибо, Чарльз, вы очень любезны. – Пола улыбнулась ему вслед, глядя, как он тихонько прикрывает за собой дверь.

Оставшись в комнате наедине с кузеном, Пола медленно повернулась и пошла к столу.

Джонатан смотрел на нее в упор. Он так и светился от злобного удовольствия, понимая, что в этой игре козыри у него на руках, и он может забавляться с Полой, как кошка с мышью. Он долго ждал этого момента, и вот, наконец, он наступил. Еще заранее он решил, что не поднимется ей навстречу и не предложит сесть. Он не собирался расшаркиваться перед этой холодной, расчетливой сучкой, которая так напоминала свою ведьму-бабку Эмму Харт.

В нескольких шагах от стола Пола остановилась. Она твердо встретила взгляд Джонатана. В глазах ее появился стальной оттенок.

Джонатан заговорил первым. Голос его звучал вкрадчиво:

– Давненько мы не сидели за одним столом. Последний раз, по-моему, двенадцать лет назад, когда святоша Александр выпер меня из компании, а ты – из семьи.

– Насколько я понимаю, мы встречаемся не для того, чтобы предаваться воспоминаниям, – резко произнесла Пола. – Так что давай ближе к делу.

– А дело состоит в том, что…

– У тебя есть акции «Харт», – резко оборвала его Пола. – Десять процентов. Мне также известно, что ты претендуешь на место в правлении. Ответ: нет, ты не будешь членом правления. Больше мне сказать тебе нечего, так что я, пожалуй, пойду.

Пола круто развернулась и направилась к двери. Природный ум и проницательность подсказывали ей, что у Джонатана есть туз в рукаве, поэтому она ничуть не удивилась, услышав:

– Нет уж, Пола, погоди, это у меня не все. Есть еще кое-что.

– Да? И что же именно? – Пола обернулась.

– Все эти годы через подставных лиц я скупал акции «Харт». Так что в общей сложности на данный момент у меня двадцать шесть процентов…

Пола сумела скрыть замешательство. Лицо ее оставалось спокойным, взгляд твердым и прямым. Не говоря ни слова, она смотрела на Джонатана, внутренне ощетинившись, готовая к борьбе.

– Помимо того, – продолжал Джонатан, – я распоряжаюсь голосами держателей еще двадцати процентов.

Для пущего эффекта Джонатан выдержал паузу, а потом расплылся в самодовольной улыбке.

– Только подумай, Пола, – сорок шесть процентов! А у тебя сейчас всего сорок один. – Он торжествующе рассмеялся. – Таким образом, я контролирую больший пакет акций, чем ты. – Теперь усмешка Джонатана сделалась злорадной. – Да, весьма неосторожно ты подставилась, весьма. И зачем тебе понадобилась эта ларсоновская сеть в Штатах?

Шок, пережитый Полой, был столь силен, что у нее подогнулись ноги. И все же, превозмогая внутреннюю дрожь, она сумела сохранить самообладание.

Стараясь не выдать голосом волнения, она спросила:

– И кому же принадлежат эти двадцать процентов, которыми ты распоряжаешься?

– Эти акции достались Джеймсу и Синтии Уэстон по наследству от деда, покойного Сэмюеля Уэстона.

– Так они еще несовершеннолетние. Эти акции контролируют адвокаты и душеприказчики их деда. А Джексон, Кум и Барбор по традиции поддерживают меня, как в свое время Сэм Уэстон поддерживал Эмму Харт.