Оливия Карент - И назову тебя Альба Эстер

— Почему же?.. Верю, — спокойно ответила Елена и, справившись, наконец, с собой, снова взглянула на него.

— Да-а?!! — удивился Майкл и, мгновенно притянув ее к себе, сжал желанное хрупкое тело в своих объятьях и жадно приник к губам жены.

Поцелуй был так долог, что Елена застучала в грудь Майкла, боясь задохнуться. Оба тяжело дышали. Майкл, еще одним быстрым легким поцелуем коснувшись губ Елены, разжал руки. Елена сразу отпрянула.

— Конечно, гораздо приятнее, когда это делают двое! — усмехнувшись, заметил Майкл. — Но думаю, мне стоит убедить себя в том, что безответность наших поцелуев вызвана неопытностью в подобных вопросах моей жены. Я, очевидно, должен гораздо больше времени уделять ее обучению. Не так ли, Эли? Или их безответность — результат неприязни и отвращения?

Елена молчала, потому что любой ответ был бы неуместен.

— Эли, я жду ответа на свой вопрос, — Майкл был настойчив и серьезен.

— Майкл… — Елена умоляюще посмотрела на него. — Уже поздно. Пойдем спать!

— О-о-о!.. — многозначительно протянул он. — На такой эффект я даже не рассчитывал! Конечно, Эли, идем. И как можно скорее!

Он быстро выбрался из машины и протянул руку, помогая Елене выйти.

— Майкл… — поспешно заговорила она. — Я неудачно выразилась. И ты это прекрасно понимаешь. Зачем ты цепляешься к словам?

— Эли, ты о чем? — он удивленно взглянул на нее, хотя в глазах его вспыхивали озорные огоньки. — Я согласен с тобой. Уже поздно. И пора спать. Не сидеть же всю ночь в машине?

Они зашли в дом. Поднимаясь по лестнице, Елена чувствовала испепеляющий и страстный взгляд Майкла. Дойдя до двери спальни, она вдруг резко остановилась и решительно заявила:

— Я не пойду!

— То есть? — голос Майкла звучал глухо и чуть насмешливо.

— Не пойду и все! — категорично заявила она.

— Ты хочешь стоять на этой лестнице всю ночь? Что за новости, Эли? Ты устала. Тебе необходимо отдохнуть и выспаться! — тем же насмешливым тоном откликнулся Майкл.

— Нет! Стоять здесь я не буду! Но и в спальню не пойду!

Елену охватило чувство невообразимого волнения, переходящее в панику.

— Тогда, где же ты планируешь разместиться, Эли? — с подчеркнутым участием поинтересовался Майкл.

— Например, в одной из гостевых комнат! — нервно предположила она.

Майкл заметил, как дрожат ее губы, и глаза наполняются слезами. Елена была такой беспомощной и умилительной, что он решил не мучить ее больше и спокойно сказал:

— Эли, да что с тобой? Что за фантазии? По-моему, мое соседство на нашей постели до сих пор никакой тревоги у тебя не вызывало. Не так ли?

Она согласно кивнула и, почувствовав очередную смену его настроения, шагнула через порог спальни. Майкл, вздохнув, направился за ней.

63

Однажды вечером, вернувшись после работы и переодевшись, Елена спустилась в столовую. Пора было ужинать, но Майкла все еще не было. Елена заглянула на кухню к миссис Крембс.

— Миссис Елена, вы вернулись? Сейчас подам ужин! — засуетилась Анна.

— Я не очень голодна, Анна. Наверное, стоит подождать мистера Майкла… — неуверенно сказала Елена.

— Так он же уехал! — объявила миссис Крембс и виновато покачала головой. — И как я могла забыть?.. Мистер Майкл предупредил меня, что оставил вам на своем столе записку. А я забыла! Ах, Боже мой!..

— Тогда вы не накрывайте ужин в столовой, — попросила Елена. — Я попью чай на кухне.

Она направилась в спальню, крайне раздосадованная тем, что Майкл не поставил ее в известность о своем отъезде. Елена даже не захотела ознакомиться с его запиской, настолько была обижена его пренебрежением.

Она села в кресло у камина и закурила.

«Я не понимаю себя, — думала она. — Мне должно быть все равно. Я должна быть довольна, что Майкл уже считает себя в какой-то степени свободным, потому что я настаиваю на отъезде и разводе. Почему он должен мне что-то объяснять? Я же молчу о своей работе! Я как бы независима теперь. У меня даже есть свои деньги. У меня — своя жизнь, у него — своя. Все так, как и должно быть. Но почему, почему, почему его молчание об отъезде так меня задевает? Елена, чего ты хочешь? Признайся честно, что полная свобода тебе не нужна. Да-да! Не нужна! Я хочу, безумно хочу спрятаться, укрыться, как и всякая другая женщина, за спиной сильного мужчины. Я хочу ждать его, бежать ему навстречу, когда он возвращается с работы, готовить ему еду и смотреть, с каким аппетитом он ест. Хочу быть любимой и любить сама. Я хочу быть другом и любовницей, серьезной собеседницей и игрушкой, взрослой женщиной и забавной девчонкой. Я хочу быть всем, чем захочет ОН. Но!!! Есть одно «но». И с этим ничего поделать нельзя. Я хочу оставаться личностью. Личностью, с которой считаются, которую не подавляют силой характера, широким спектром возможностей или тщательно спланированными безвыходными обстоятельствами. Я хочу и готова раствориться в любимом человеке. Но обязательно быть при этом необходимой равноправной составляющей. Есть кислород и есть водород, но только вместе она — вода. С разной валентностью, разным количеством атомов они соединились и в результате — совершенно иное качество. Есть единое целое, в котором они равнозначны. Если бы Майкл понял, ЧТО я пытаюсь объяснить ему, и принял это, мы могли бы быть счастливы. Могли бы быть вместе. Я хотела бы поверить в его искренность, но те обидные слова, те расчеты и обман!.. Ну не могу я ему верить! Не могу!!! Хочу верить и не могу. А эта его смена настроений!.. То злится, то молчит и хмурится, то откровенно соблазняет, то равнодушен и безучастен… Что-то здесь не так! Теперь уехал, неизвестно куда! Ничего не сообщил!.. «Елена вздохнула и вспомнила о записке. Прочесть ее было все-таки нужно. Не глядя на диван в кабинете Майкла, Елена прошла к столу, схватила записку и почти бегом вернулась к камину. Записка была короткой: «Елена, я уехал по делам. Надолго или нет — не знаю. Позвоню. До свидания. Майкл. «Ниже была дана подробная инструкция о деньгах, номера телефонов, по которым его можно будет найти в случае необходимости, адрес гостиницы, где он остановится…

Она бросила записку в камин, с грустью наблюдая, как бумага превращается в пепел…

64

Прошло несколько дней, похожих один на другой — размеренных, предсказуемых, обыденных. Елена вдруг признала, что скучает по Майклу. Оказалось, что его присутствие стало для нее чем-то необходимым. Она автоматически ела то, что готовила миссис Крембс, читала, не вдумываясь в смысл, гуляла по парку до изнеможения, чтобы не мучиться бессонницей и не отгонять от себя почти до утра сумбурные несвязные мысли. Единственным, что вносило какое-то разнообразие и интерес, была работа.