Шейла О'Фланаган - Он должен уйти!

— Лучше пусть он быстрей позвонит, а то у меня будет сердечный приступ, — сказала Кэт.

— Скорее, приступ случится со мной, — горько усмехнулась Бри.

Через двадцать минут зазвонил мобильный телефон Нессы, и хотя ее не было на веранде, она подскочила на звонок прежде, чем сестры успели позвать ее.

— Слушаю.

— Привет, мам! — раздался ясный и довольный голос Джилл. — Как ты там?

— У меня все хорошо, — ответила Несса. — А как у вас? Где вы были? Я уже звонила вам.

— Я играла у Николетты, — пояснила Джилл. — А потом, когда пришла домой, мы с Руфью никак не могли отыскать номер твоего мобильного телефона.

— А где папа?

— Ему пришлось срочно отправиться на работу. Он велел передать, что его вызвали на важное совещание.

— Ах, вот оно что.

— Но Руфь посидит со мной до того, как он придет, — сообщила дочка.

— Передай ей, пожалуйста, трубку, — попросила Несса.

— Хорошо.

— Здравствуйте, миссис Райли. Вы, наверное, хорошо отдыхаете?

— Да, спасибо, Руфь, — ответила Несса. — А где же Адам?

— Не знаю. Он позвонил мне еще вчера вечером и спросил, не могла бы я посидеть с Джилл. Он сказал, что ему придется работать сегодня допоздна.

— Понятно.

— Вот я ее и забрала от миссис Слейтер.

— Отлично. Что ж, я за вас спокойна.

— У нас тут все нормально, — продолжала Руфь. — А я коплю деньги на новые кожаные брюки. Мистер Райли сказал, что заплатит мне сегодня побольше. Ну, потому что мне пришлось самой идти за Джилл к соседям и так далее.

— Хорошо. Ты уже присмотрела себе брюки?

Руфь засмеялась:

— Да, в торговом центре «Омни». Они чудесные!

— Я еще хочу сказать пару слов Джилл.

Она услышала, как девушка передает трубку дочке.

— Слушайся Руфь и делай все, что она тебе скажет, — инструктировала Несса. — Спать ложись вовремя. Помни, что утром тебе нужно идти в школу.

— Знаю. Папа становится таким противным, когда проверяет, не забыла ли я что-нибудь утром. Зато завтрак он готовит уже с вечера!

— Правда?

— Да, — подтвердила Джилл. — Он даже говорит, что это его дисциплинирует. Он готовит все с вечера, а утром мне остается только съесть то, что он мне дает.

— Что ж, это тоже неплохо, — согласилась Несса.

— Я тебя люблю, — сказала Джилл.

— И я тебя тоже.

— Скоро увидимся. Береги себя.

— Спокойной ночи. — И Джилл повесила трубку.

Несса медленно вернулась на веранду и положила телефон на стол.

— Все в порядке? — осведомилась Кэт.

— Да.

— Правда? — переспросила Бри.

— Адам на работе, — сказала Несса. — Но он договорился с соседкой, и она забрала Джилл из дома Николетты и привела к нам.

— Ну что ж, он хотя бы позаботился о том, чтобы в доме все было в порядке.

— Джилл говорит, что у него какое-то важное совещание.

— Ненавижу эти срочные совещания, — с чувством поддержала сестру Кэт. — Особенно когда их назначают по вечерам. Как я тебя понимаю.

Несса внимательно посмотрела на обеих своих сестер:

— Вы тоже думаете, что он сейчас действительно сидит на совещании? — спросила она. — Или же думаете, что… ну, вы меня поняли.

— Откуда нам знать? Мы, наверное, не самые лучшие советчицы. Нашла, кого спрашивать! — фыркнула Бри.

— Но ты же сама следила за ним, Бри. И я уверена, что вы обсуждали его поведение между собой. Мне важно знать ваше мнение, — настаивала Несса.

— Хочешь бокал вина? — предложила Кэт.

— Ты полагаешь, что он мне понадобится?

— Скорее всего. — Кэт наполнила бокал и посмотрела на Бри.

— Я знаю, что ты запретила мне следить за Адамом, — осторожно начала младшая сестра. — Но я ослушалась тебя. И снова выступила в роли твоего личного шпиона.

Глава 32

Меркурий в Стрельце.

Иногда нереалистичный подход к жизни; однако быстро ориентируется в различных обстоятельствах.

Как только Бри закончила свой рассказ об Адаме и женщине из Монкстауна, Несса поднялась со своего места и, не говоря сестрам ни слова, отправилась в свою комнату, плотно прикрыв за собой дверь. Бри тоже встала, чтобы последовать за ней, но Кэт вовремя остановила ее.

— Оставь ее в покое.

— Но она очень расстроена, — возразила Бри. — И нужно, чтобы в такую трудную минуту рядом с ней оказался кто-то из близких ей людей.

— Как ты думаешь, что она там замышляет?

Бри пожала плечами:

— Ничего. Только, знаешь что, Кэт… Я уже жалею о том, что шпионила за Адамом во второй раз. Лучше бы я послушалась ее.

— Это вряд ли улучшило бы обстановку, — отмахнулась Кэт. — Он все равно продолжал бы изменять ей.

— Но она бы оставалась в неведении! — закричала Бри. — И она нашла бы разумное объяснение всему. У нее раньше это отлично получалось.

— Все равно, рано или поздно она обязательно бы обнаружила, что он по-прежнему неверен ей, — вздохнула Кэт. — Так что твоей вины в этом нет.

— Знаю, — жалким голосом произнесла Бри. — Но я все равно чувствую себя виноватой.

Через пять минут Кэт вспомнила, что Несса собиралась приготовить обед, бросилась на кухню, где успела вовремя выключить гриль. Наперченные отбивные превратились в угольки. «Ну почему мне каждый раз приходится присутствовать на кухне в тот момент, когда там происходит что-то особенно неприятное?» — удивлялась Кэт. Она переложила почерневшее мясо на тарелку и с сомнением посмотрела на него. — Да, а в результате все почему-то считают никудышной домохозяйкой именно меня».

— Я все равно это съем, — решилась Бри, просунув голову на кухню. — Хотя, наверное, будет не очень вкусно.

— Если ты употребишь в пищу эти подметки, то наверняка даже твой желудок, способный переваривать гвозди, пострадает, — покачала головой Кэт. — Я думаю, что вместо экспериментов нам с тобой лучше приготовить воздушную кукурузу.

— Неплохая мысль! — согласилась Бри. — Можно будет добавить чипсов. А к ним, если не ошибаюсь, мы успели купить и соус, да?

Кэт кивнула и указала на отбивные:

— А с этим художеством что теперь делать?

— Положи их пока что в холодильник, — предложила Бри. — Может быть, Нессе удастся их реанимировать и изготовить что-нибудь съедобное, хотя я в этом сильно сомневаюсь. — Она открыла дверцу холодильника и вынула бутылку пива. — Хочешь?

— Если бы мне только можно было выпить сейчас пива… — мечтательно вздохнула Кэт. — Я уже молчу насчет вина, но мешать вино с пивом в моем состоянии было бы верхом неосмотрительности и глупости.