Мэриан Кайз - Замри, умри, воскресни

— Соединить! — Щелчок. — Здравствуйте, Джереми. Чему я обязана?

— Миранда беременна.

— Поздрав…

— За последнее время у нее было три выкидыша, и сейчас ее врач говорит, ей нужен полный покой. Никакой работы. Совсем. Так что следующая книга в срок сдана не будет. Предупредите издательство.

— Хорошо…

— До свидания.

— Подождите!

Но он уже положил трубку. Она тут же набрала их номер, но сработал автоответчик.

— Джереми, это Жожо. Нам надо обсудить…

Он схватил трубку.

— Обсуждать нечего! У нас будет ребенок, ей надо отдыхать, и книгу она станет писать не раньше, чем все благополучно завершится.

— Джереми, я понимаю, вы расстроены…

— Они ее совсем измотали. По книге в год да еще вся эта реклама. Чертовы журналюги… Им, видите ли, хочется знать, какого цвета у нее трусики. Неудивительно, что она не может выносить ребенка.

— Я понимаю, отлично все понимаю. Миранда очень, очень много работает.

— Я знаю, у нее контракт, но она готова выплатить неустойку. Есть более важные вещи в жизни.

Жожо закрыла глаза. Два года назад она выторговала Миранде шестизначный аванс. Самая большая ошибка, какую может совершить агент: добиться для автора такого аванса, что у него больше нет стимула работать.

— Когда должен родиться ребенок?

— В январе. Только не думайте, что она сразу засядет писать. Так и скажите им в издательстве: плевать она хотела на их книгу. И пусть не звонят и не пытаются нас переубедить. Мы своего решения не изменим, а кроме того, Миранде нельзя волноваться.

Он снова повесил трубку, на сей раз Жожо перезванивать не стала. Ей все было сказано четко и ясно. Что теперь? Лучше позвонить Тане Тил и сообщить, что ее дойная корова забастовала. Нелегкое дело.

Таня еще не пришла, и Жожо подробно все объяснила ее секретарше, не вдаваясь в деловую сторону вопроса.

Через десять минут Таня перезвонила.

— Слышала о наших чудесных новостях. Я попробовала ей позвонить, но у них там автоответчик.

«Так и будет, если Джереми дома», — подумала Жожо.

— Жожо, то, что Миранда беременна, — это прекрасно. Но мне в затылок дышит коммерческий директор. Сумеет она книгу сдать вовремя?

Жожо тщательно взвесила каждое свое слово.

— Конечно, Миранда с мужем могут и передумать, но, положа руку на сердце, лучше об этой книге забыть. Они горячо жаждут ребенка и, насколько я успела понять, намерены строго выполнять все предписания врача. Чтобы издать книгу в мае, ей надо было уже сейчас ее сдать, а она еще и половины не написала.

— А если она сядет за продолжение сразу, как родит? Если мы получим рукопись к концу февраля, то сможем ее подготовить в авральном режиме. Редактуру, верстку и вычитку можно провернуть максимум за пять недель. Еще три недели на типографию — и готово дело.

Надо будет запомнить этот график — пригодится, когда в другой раз издатели станут на нее наседать из-за авторских проволочек.

— Ни один человек не может писать, когда в доме младенец, — сказала Жожо. — Не получится, Таня.

Таня замолчала, потом наудачу спросила:

— Но у нее ведь контракт?

— Ее это не колышет. Джереми говорит, вы можете получить деньги назад.

Таня молчала. Жожо знала, о чем она думает: если Миранде нужны деньги, книгу она напишет; возможно, зря они ей выплатили такой большой аванс. Но она лишь произнесла:

— Бедная Миранда, не хватало ей только этих забот. Передай ей от меня самые лучшие пожелания, Жожо. Цветы мы, конечно, пошлем.

ТО: [email protected] HAIG.co

FROM: [email protected] HAIG.co

SUBJECT: Пообедаем вместе

Мне надо тебе кое-что сказать.

ТО: [email protected] HAIG.co

FROM: [email protected] LIPMAN HAIG.co

SUBJECT: Re: Пообедаем вместе

Скажи сейчас. Особенно если это что-то плохое.

ТО: [email protected] HAIG.co

FROM: [email protected] HAIG.co

SUBJECT: Re: Пообедаем вместе

He плохое, но конфиденциальное. Комтон-стрит, «Антонио», 12:30.

ТО: [email protected] HAIG.co

FROM: Jojo.harvey® LIPMAN HAIG.co

SUBJECT: Re: Пообедаем вместе

«Антонио»? В последний раз, когда я была в этой забегаловке, я еще работала в баре, а Бекки тогда отравилась. Так что смотри…

Когда она приехала, Марк уже был там. Перед ним стояла большая фаянсовая чашка с водянистым капуччино.

— Славное местечко, — рассмеялась Жожо, протискиваясь по узкому проходу между тесно расставленными пластмассовыми столами и чуть не задевая бедрами чужие тарелки. — Получше не нашлось?

— Зато здесь нас никто не увидит.

— То же самое можно сказать о номере в «Рице». — Она втиснулась в узкую кабинку. — Что случилось?

— Джослин Форсайт уходит на пенсию. У нее перехватило дыхание.

— Ох ты! Когда?

— В ноябре. Официально объявят после того, как он сообщит своим клиентам, но я решил, тебе будет невредно знать заранее.

— Спасибо! — Она возбудилась, глаза заблестели. — Порой бывает очень кстати спать с управляющим партнером. Значит, «Липман Хейг» будет выбирать нового партнера?

— Да.

— И кого?

Он сокрушенно засмеялся.

— Жожо, ты переоцениваешь мои возможности. Это будут решать все партнеры.

— Стало быть, мне лучше быть с ними полюбезнее.

— И со мной — в первую очередь. — Он слегка раздвинул ей колени ногой. — Заказывать будем?

— Не знаю даже. Питаться здесь — это своего рода экстремальный спорт.

Он продвинул колено дальше вперед.

— Дальше, — тихонько попросила она.

— Что? Ах да! — Зрачки у него мгновенно почернели.

Марк еще на несколько сантиметров просунул колено, она немного спустилась на стуле, раздвинула ноги, и его колено уткнулось в нее.

— Вот! — тихо сказала она. — Пожалуй, мне тут нравится.

— Жожо! Господи, — жарко прошептал он. Он схватил ее за руку и стал смотреть на ее рот, потом — на грудь: соски ее набухли и стали заметны под лифчиком, блузкой и узким жакетом.

Он стал водить коленом вверх-вниз, Жожо взяла его пальцы в рот — и вдруг резко выпрямилась и бросила его руку, словно ожегшись; она интуитивно почувствовала, что надвигается нечто. Почувствовала раньше, чем осознала: Ричи Гант. И с кем бы вы думали? С Ольгой Фишер!

Все четверо изумленно переглянулись, это было похоже на сложный трюк по перекрестному метанию кинжалов. Все замерли в оцепенении.

«Черт, — подумала Жожо со странным ощущением предательства, — а я думала, Ольга на моей стороне».

— Здесь на удивление вкусная лазанья, — сказала Ольга ровным тоном. — Впрочем, мы, пожалуй, к китайцам сходим.

Они удалились, а Жожо с Марком уставились друг на друга.