Линда Ховард - Независимая жена

Звонок сообщил, что лифт прибыл на их этаж, двери, скользя, открылись. Он вошел вместе с ней в кабину, двери закрылись, оставив ее наедине с ним в маленьком пространстве. Он ткнул указательным пальцем на номер административного этажа, и лифт двинулся.

Салли собрала все самообладание и подарила ему легкую вежливую улыбку, скрывая клубок страха в животе.

— Я… Так о чем мы должны поговорить? В конце концов, прошло семь лет.

Муж тоже улыбнулся, но отнюдь не любезно: свирепый оскал послал дрожь вдоль ее позвоночника.

— Тогда давай поговорим о старых временах, — процедил он сквозь зубы.

— Разве это не может подождать?

— Нет, — тихо заверил Рис. — Сейчас. У меня много вопросов и я хочу получить ответы на них.

— Меня ждет работа…

— Лучше помолчи, — предупредил он, и она смолкла.

Лифт качнулся, останавливаясь, и ее желудок подпрыгнул вместе с ним. Манеры Риса насторожили ее, и она не хотела оказаться с ним наедине — лучше уж попасть в инквизицию — но знала, что этого не избежать.

Рис сопровождал ее от лифта по коридору к своему личному кабинету. Его секретарь подняла глаза и улыбнулась, увидев их, но слова, которые она начала произносить, замерли на губах, когда Рис, рявкнув через плечо: «Ни с кем не соединять», проследовал за Салли в свой офис и плотно закрыл за ними дверь.

Салли остановилась в нескольких шагах от него и растерянно моргала, пытаясь приспособиться к реальности его присутствия. Она вынужденно смирилась с его отъездом и теперь просто не могла принять его соседство. Он был миражом, плодом ее воображения, слишком мужественным и сильным, чтобы действительно существовать.

Но он стоял рядом с дверью, наблюдая за ней нервирующими серыми глазами, и был очень реальным и твердым. Вместо того, чтобы встретиться с ним глазами, Салли не спеша оглядела его тело, машинально отметив, как ладно сидит на нем темно-коричневый костюм, как брюки облегают длинные мускулистые ноги. Пульс зачастил, и она прикусила нижнюю губу.

— Рис…

Голос дрогнул, она откашлялась, затем начала снова.

— Рис, почему ты так себя ведешь?

— Что ты имеешь в виду? — глаза опасно блеснули. — Ты моя жена, и я хочу знать, что здесь происходит. Ты явно меня избегаешь. Я должен игнорировать твое присутствие, а ты попытаешься не замечать меня? Извини, если я медленно соображаю, детка, наша неожиданная встреча захватила меня врасплох. Я не собираюсь притворяться, что незнаком с тобой.

Она с облегчением перевела дыхание.

— Ах, это, — вздохнув, сказала Салли, слабо понимая, чего он хочет. — Да, я избегала тебя, потому что не знала, как ты воспримешь то, что я на тебя работаю, а я не хотела рисковать потерей места.

— Ты кому-нибудь говорила, что мы женаты? — рявкнул он.

Она покачала головой.

— Все знают меня как Салли Джером. Я вернула девичью фамилию, потому что не хотела использовать твой авторитет.

— Очень великодушно с вашей стороны, миссис Бэйнс, — саркастически пробормотал он, направляясь к своему креслу. — Присядь, я не кусаюсь.

Она взяла стул, в полной готовности ответить на его вопросы. Если бы он собирался уволить ее, то уже сделал бы это, значит, ее работа в безопасности. И она заметно расслабилась.

Вместо того чтобы сесть, Рис прислонился к столу, скрестил в лодыжках длинные ноги и сложил руки на груди. Он молчал, разглядывая ее с головы до пят блестящими серыми глазами. Салли снова напряглась. Она не понимала почему, но чувствовала исходящую от него угрозу, даже когда не двигался. Его молчание раздражало, и она едко поинтересовалась:

— Так о чем ты хотел поговорить?

— А ты изменилась, Сара… Салли, — поправился он. — Радикально изменилась, и я имею в виду не только имя. Отрастила длинные волосы и потеряла так много килограммов, что сильный ветер мог бы тебя сдуть. Более того, ты проделала чертовски хорошую работу в такой области, к которой, по моему убеждению, не могла иметь никакого касательства. Как случилось, что ты стала репортером?

— О, мне просто повезло, — бодро объяснила Салли. — Я ехала по мосту, когда он рухнул, описала этот случай и отдала редактору газеты, а он перевел меня из клерков в репортеры.

— Звучит так, как будто для тебя было очень просто стать одним из лучших корреспондентов в первоклассном новостном журнале, — сухо произнес он. — Из чего я могу сделать вывод, что ты любишь свою работу?

— О, да! — подтвердила она, подавшись вперед.

Большие глаза заискрились, в словах Салли зазвучал подлинный энтузиазм:

— Очень люблю! Я никогда не могла понять, почему ты всегда так стремился вернуться к работе, но затем сама была отравлена тем же ядом. Опасность проникает в кровь, цепляет тебя на крючок, правда? Думаю, что как на героин, подсела на азарт и волнение, потому что чувствую себя просто полумертвой, когда сижу здесь в офисе.

— Глаза не изменились, — пробормотал Рис почти про себя, внимательно разглядывая ее лицо. — Они все еще темно-синие, как море, и настолько большие и глубокие, что мужчина может утонуть в них. Почему ты сменила имя и фамилию? — отрывисто спросил он.

— Я уже сказала, что не хотела спекулировать твоей фамилией, — терпеливо объяснила она. — Я хотела стоять на собственных ногах, измениться, и обнаружила, что мне эта жизнь нравится. Что касается Салли, то в колледже я вместо Сары записалась как Салли, и с тех пор ношу это имя.

— В колледже? — прищурился он.

— Да, я наконец получила степень, — улыбнулась она. — После того, как ты уехал, я записалась на языковые курсы и курсы творческого письма, но когда начала писать репортажи, эта работа стала занимать так много времени, что мне пришлось получать степень урывками.

— Ты заодно сидела на диете? Раз уж полностью переменила жизнь, потребовалась и новая фигура?

Голос звучал обиженно, и Салли в замешательстве посмотрела на него. С чего бы ему возражать, что она слегка похудела? Да если и не слегка.

— Нет, я не сидела на диете, а сбросила вес случайно, — недоуменно ответила она, не вполне понимая вопрос. — Я была настолько занятой, что не было времени поесть, и до сих пор так.

— Почему? Почему ты так кардинально изменилась?

Его настойчивость свидетельствовала, что это не обычный разговор с воспоминаниями о былых временах — Рис преднамеренно подвел ее к этому вопросу. Непонятно, чего он добивается, но почему бы не рассказать ему правду. В конце концов, когда-то он посмеялся над ней. Салли подняла на него глаза.

— Уезжая, ты велел мне позвонить, когда я решу, что я подходящая тебе женщина. Я тогда почти умерла. Я хотела умереть. Потом решила бороться за тебя, сделать из себя женщину, которую ты захочешь, поэтому записалась на разные курсы, и научилась множеству вещей, и среди прочего также научилась обходиться без тебя. Конец истории.