Призрак - Виктория Блэк

Энергия и жизнерадостность Холли заряжали позитивом и вызывали восхищение.

– Разве меня пустят? – напомнила я про свой возраст. Холли было двадцать два, а мне едва исполнилось девятнадцать.

– Там работает мой друг, так что проблем не возникнет. Вечеринки в Лос-Анджелесе – настоящая феерия! Ты просто не имеешь права отказываться! – настаивала кузина.

Холли была чуть выше меня и с завидной зоной декольте, ее одежда мне не подходила, кроме одного блестящего платья. Сестра подобрала к нему широкий черный ремень, благодаря чему платье уже не казалось большим. А главное, спина была закрыта.

После ее манипуляций с моими волосами и лицом я увидела в зеркале настоящую красотку.

– Боги! Холли, неужели это я?

– Ты, ты! Можешь не сомневаться! – подмигнула она, обняв меня сзади за плечи.

Клубы Лос-Анджелеса не сильно отличаются от любых других в Америке, просто на тот момент я не могла похвастаться своими знаниями в этом вопросе.

Людей собралось безумно много, биты вибрировали под кожей, адреналин захлестывал, тело само подстраивалось под ритм музыки.

– Идем, что-нибудь выпьем! – прокричала мне в ухо Холли и потащила к барной стойке.

Ее друг Матэ поставил перед нами два разноцветных коктейля. Для Холли с алкоголем, а для меня без.

– Мохито! Пей, это вкусно! – прокричал Матэ, чуть подавшись в мою сторону.

Холли то и дело высматривала кого-то наверху в Вип-зале, а потом наклонилась ко мне и сказала:

– Подожди меня с Матэ, я схожу в туалет. Скоро вернусь.

Я взглянула на Матэ – мексиканец смущенно пожал плечами, будто говоря, что все нормально. Мы оба понимали, что Холли отправилась к Вип-залу на втором этаже. Время шло, стоять у барной стойки не хотелось, как и танцевать. В душе зарождалась странная тревога.

На первом этаже у женского туалета выстроилась длинная очередь. Я решила, что ничего страшного не случится, если я схожу в дамскую комнату на втором этаже. Возможно, Холли именно там.

«Для гостей Вип-зала тоже должен быть туалет, и вряд ли в нем скапливается много людей», – подумала я.

На втором этаже музыка играла ненамного тише, а коридор на удивление пустовал. Стрелки на стенах указывали на дверь вдалеке, приоткрытую ровно настолько, чтобы из щели вырывалась тонкая полоска света.

Дверь распахнулась, из нее вышел мужчина в черном худи с капюшоном и черной маской на лице. На долю секунды он замер, словно не ожидая кого-то здесь увидеть, но потом твердым шагом направился в мою сторону.

Я опустила глаза, думая о том, что он мог делать в женском туалете. И его ли высматривала Холли? Неужели они там были вдвоем? Мне стало стыдно от предположений, но почему-то тревога в груди нарастала сильнее.

Мы шли навстречу друг другу, мужчина в маске остановился передо мной, вынуждая посмотреть на него. Его холодные голубые глаза с темно-синим ободком завораживали своим странным, необъяснимым, сумасшедшим блеском. От него пахло мятой и металлом. Он вытащил руку из кармана и пальцем провел по моему носу, оставляя влажный след.

– Не стоит заглядывать внутрь… – Голос низкий, с дымкой насмешки.

Я непроизвольно сделала шаг в сторону, не отрывая взгляд. В его зрачках мерцало что-то гипнотическое, будто он читал мысли. Потом в уголках его глаз появились лучики морщинок. Под маской он улыбался.

«С этим парнем что-то не так!» – мелькнуло в мыслях.

Я ускорила шаг, направляясь к дамской комнате, но перед дверью обернулась. Парня в маске и след простыл, словно его здесь и не было. Я встряхнула головой и дернула металлическую ручку графитовой двери. Внутри стояла тишина. Она казалась осязаемой на фоне гремящих битов снаружи. Я вздрогнула, увидев в зеркале над раковиной испуганную себя с чем-то красным на носу. Что это?

– Холли? Ты тут? – Мой голос ударился о стены глухим эхо.

В туалете пахло цветочным освежителем, но стоило сделать шаг вперед, как я почувствовала до боли знакомый сырой запах влажного металла и чего-то паленого, отчего непроизвольно поморщилась.

Еще шаг вперед, и мой взгляд упал на зеркала, по которым тягучими каплями медленно стекала плотная алая жидкость.

– Холли? – мой голос дрожал. – Холли, ты здесь?

Так бывает, когда на бессознательном уровне понимаешь, что знаки не случайны и произошло нечто ужасное и безвозвратное, но ты медлишь, будто это поможет избежать беды. Я дрожала всем телом, как от высокой температуры. Шаг. Еще шаг, и угол, отделявший меня от правды, остался позади. На миг я очутилась в кошмарном сне, где падала с обрыва и вот-вот могла разбиться. Мне хотелось за что-то схватиться, нащупать пальцами опору, но я стояла застывшим изваянием. Из замороженного состояния меня вырвал дикий, нечеловеческий крик. Я не сразу сообразила, что кричала я сама, ощущая во всем теле ослепляющую боль, ломающую кости.

Белокурые длинные волосы грязной тряпкой утопали в бордовом месиве, безжизненный взгляд направлен в потолок. А на обездвиженном теле Холли лежал незнакомый мужчина.

Дальнейшие события я плохо помню – вряд ли в точности повторю, что делала и что говорила. Я кричала, срывая голос, выла, трясла Холли за плечи, прижималась к груди и, мне казалось, слышала сердцебиение. Меня силой оттаскивали от нее несколько пар рук.

– Сердце бьется! Послушайте! Холли без сознания! Спасите ее! Спасите!

Охранники уволокли меня в какую-то комнату, приехала полиция. Парамедик вколол мне успокоительное, погрузив в лабиринт бесконечно повторяющегося голоса из прошлого:

– Ты виновата! Ты впустила в свою жизнь Дьявола! Господь покарал тебя! Молись, Алана. Молись! Спаси свою душу!

Я была единственным свидетелем. Я видела убийцу! Но… его не оказалось ни на одной камере. Детектив, узнав о том, что я проходила лечение в клинике, тут же отмел мои показания, посчитав их играми моего разума.

– Понимаете, мисс, Холлидей Кавана была задушена, предполагаемо, убитым – Шоном Уилсоном. А после он застрелился. Возможно, у них случилась ссора. А тот мужчина, о котором вы говорите… Он же не призрак и не вампир, чтобы камеры не смогли его заснять. В моей практике и не такое случалось. Мозг человека настолько сложный орган, что может выдавать совсем не то, что видите, защищая своего хозяина от потрясения.

– А как же след крови на моем носу? Он оставил его пальцем!

– Вы трогали убитую и вся перепачкались. Извините, мисс, у меня много работы.

* * *

Да, мне никто не поверил, хотя я детально нарисовала его портрет с маской на лице.

Я так много раз его рисовала потом, что додумала себе его внешность и поверила в созданный образ. Кристи случайно