Софи Кинселла - Шопоголик и сестра

Ознакомительный фрагмент

— Ну, они же встали в очередь, — отвечает мне Сильвия и смотрит как на полную дуру.

— Да, но с тех пор могли и передумать, — взволнованно тараторю я. — Или купить ее в другом месте! Тогда была бы уже моя очередь! Понимаете? Я могла бы сразу купить вот эту сумочку!

Ледышка бесчувственная! Ей что, совсем-совсем все равно?

— Мы по очереди связываемся со всеми, кто есть в списке, — говорит Сильвия. — И когда подойдет ваша очередь, вас известят.

— Могу помочь! — с готовностью предлагаю я. — Дайте мне номера телефонов — я сама всех обзвоню.

Секунду Сильвия меряет меня взглядом.

— Спасибо, не надо. Вам сообщат.

— Хорошо, — сдаюсь я. — Спасибо.

Все, больше уже ничего не поделаешь. Остается только забыть о сумке, чтобы не испортить всю поездку. Вот именно. Бросаю на сумку прощальный алчущий взгляд и выхожу из магазина на залитую солнцем улицу.

А вдруг Сильвия уже начала обзванивать тех, кто стоит в очереди передо мной?

Нет. Перестань. Уходи отсюда. Не хватало еще свихнуться на этой почве. И вспоминать о сумке не буду. Лучше подумаю о… культуре. Точно. О больших картинах или что там у них еще есть…

И тут меня будто кипятком ошпарили. Я же назвала телефон лондонской квартиры Люка. А там, кажется, собирались менять номер…

А если его уже сменили?!

Разворачиваюсь и с разбега влетаю в магазин.

— Добрый день! — запыхавшись, выдаю я. — Вот, решила на всякий случай оставить вам другие координаты — вдруг не дозвонитесь. — Порывшись в сумке, достаю оттуда визитку Люка. — Это рабочий телефон моего мужа.

— Прекрасно, — изнемогающим голосом тянет Сильвия.

— Только знаете… когда будете ему звонить, не говорите о сумочке. — Я перехожу на шепот: — Скажите: «На землю сошел ангел».

— На землю сошел ангел, — повторяет Сильвия и записывает это в бланк с таким невозмутимым видом, будто по сто раз на дню передает телефонные шифровки.

А может, так оно и есть.

— Попросите к телефону Люка Брэндона, — поясняю я. — Из компании «Брэндон Коммьюникейшнс». Это мой муж.

Коренастый, который уже переключился на перчатки, вдруг поднимает голову.

— Люк Брэндон, — вторит Сильвия и, убрав карточку, кратким кивком дает понять, что разговор окончен.

— А вы уже звонили кому-нибудь из списка? — не утерпев, спрашиваю я.

— Нет, — бесстрастно произносит Сильвия. — Еще не звонила.

— А мне позвоните сразу же? Даже поздно ночью? Я не против…

— Миссис Брэндон, — взрывается Сильвия, — вас включили в список! И вам придется ждать своей очереди! Больше ничем помочь не могу!

— А вы уверены? — вклинивается в наш разговор хриплый голос, и к нам подходит седой англичанин.

От удивления я даже забываю закрыть рот. А ему-то что нужно?

— Что, простите? — надменно цедит Сильвия, а коренастый подмигивает мне.

— Девочка моя, не позволяйте им дурить вас. — Он поворачивается к Сильвии. — Если бы вы захотели, то вполне могли бы продать ей эту сумку. — Он тычет пальцем в замшевый пьедестал и выдыхает облачко сигарного дыма.

— Синьор…

— Слышал я ваш разговор. Если никому из списка вы еще не звонили, значит, никто не знает, что сумка уже в продаже. Даже не догадывается. — Он многозначительно замолкает. — А вот эта девушка хочет приобрести сумку немедленно.

— Дело не в этом, синьор, — натянуто улыбается Сильвия. — Существует строгое правило…

— На всякое правило найдется исключение. Полномочия у вас есть. Эй, Роберто!

Рядом тут же материализуется человечек в темных очках.

— Синьор Батист? — подобострастно спрашивает он и злобно зыркает в мою сторону. -

Что случилось?

— Если бы я хотел купить эту сумку для своей подружки, вы бы мне ее продали? — Коренастый выпускает дым и смотрит на меня, приподняв брови. Похоже, он доволен.

Роберто косится на Сильвию, а та, коротко мотнув головой в мою сторону, закатывает глаза. Прямо слышно, как у Роберто от натуги скрипят мозги.

— Синьор Батист, — по лицу Роберто разливается сладкая улыбка, — вы очень ценный клиент. А тут совсем другое дело…

— Так продали бы или нет?

— Да, — не сразу отвечает он.

— Ну так в чем же дело? — Коренастый выжидательно смотрит на Роберто.

Тишина. Я боюсь пошевелиться. Даже не дышу.

— Сильвия, — наконец произносит Роберто, — заверни сумку для этой синьорины.

Боже мой! НЕ МОЖЕТ БЫТЬ!

— С удовольствием, — кисло отвечает Сильвия, а глазами мечет в меня молнии.

От счастья я на грани обморока.

— Не знаю, как вас благодарить! — бормочу я. — Такого для меня еще никто в жизни не делал!

— Очень рад. — Мужчина наклоняет голову и протягивает руку; — Натан Батист.

Рука у него сильная, плотная и, как ни странно, холеная.

— Бекки Блумвуд. — Я старательно трясу его ладонь. — То есть Брэндон.

— Вам так страстно хотелось эту сумку. Никогда прежде такого не видел.

— О, я чуть не умерла от отчаяния! — со смехом соглашаюсь я. — Как я вам признательна!

Небрежным жестом Натан Батист отмахивается от благодарностей, достает зажигалку, раскуривает потухшую сигару и смотрит мне в глаза.

— Брэндон… Люк Брэндон…

— Бы знакомы с Люком? — удивленно восклицаю я. — Вот так совпадение!

— Я о нем наслышан. — Над головой Натана Батиста курчавится облачко дыма. — Ваш муж — фигура известная.

— Синьор Батист! — Роберто выбегает к нам с несколькими пакетами и вручает их клиенту. — Остальное будет отправлено почтой согласно вашим распоряжениям.

Натан хлопает его по плечу:

— Молодец, Роберто. Увидимся в будущем году.

— Можно я угощу вас чем-нибудь? — быстро предлагаю я. — Коктейлем, обедом… или еще чем-нибудь!

— Спасибо, но, к сожалению, мне пора.

— Но я бы хотела отблагодарить вас. Я вам бесконечно признательна!

Натан Батист скромно поднимает руки:

— Может, когда-нибудь вы окажете мне ответную услугу — кто знает?

— Только скажите! — радостно соглашаюсь я, и он улыбается.

— Носите сумочку с удовольствием. Готово, Харви.

Откуда ни возьмись возле нас вырастает тощий белобрысый тип в полосатом костюме, забирает у Натана пакеты, и они выходят из магазина.

А я в изнеможении приваливаюсь к прилавку. У меня есть «ангельская сумочка». У меня есть «ангельская сумочка»!

— С вас две тысячи евро, — доносится сзади лающий голос.

Ах да. Про деньги я совсем забыла. По привычке тяну руку к сумочке, но останавливаюсь. Стоп. Кошелька-то у меня с собой нет. А остатки денег на «ВИЗЕ» потрачены на ремень Люка… Наличными у меня всего семь евро.

Заметив мое замешательство, Сильвия хищно щурится.

— Если вы не можете заплатить… — начинает она.