Импринт - Вероника Десмонд

Он одет довольно элегантно: бомбер, бежевые брюки и лоферы. Кажется, у него есть аристократические корни (впрочем как у большинства студентов), но я не была уверена на сто процентов.

– Привет, – говорим мы хором с Эль.

– Привет, Марк! – Эмма бесподобно улыбается и невинно моргает, когда озвучивает просьбу. – Если честно, я очень боюсь воды, не поможешь мне подняться?

– Конечно!

Марк любезно спускается вниз, а затем берет девушку под локоть, чтобы подняться вместе с ней.

Мы с Эль понятливо переглядываемся.

На палубе собралось уже два десятка человек. Мы последние, значит нас и вправду будет не так много. Мои напряженные плечи расслабляются, когда я не вижу никого из последнего класса.

Подождите, а разве с нами не должно быть Чон Хвана?

– Кого ты там пытаешься разглядеть? – фыркает Эль.

Я тушуюсь под ее внимательным взглядом и отвечаю как можно более невозмутимо:

– Гостей. Пыталась найти знакомых.

Из моего класса было пару девочек и один парень, которого, кажется, звали Мик. И да. Никакого Чон Хвана.

– Разве ты не будешь сегодня капитаном, Марк? – кокетливо щебечет незнакомая девушка на высоченных каблуках.

Я едва заметно морщусь, когда на всю яхту начинает грохотать музыка. Мне уже неуютно, но я прошу себя отвлекаться на вещи, которые приносят удовольствие: море, волны, небо, Эль, берущая бокал шампанского у стаффа. Морской ветер плотно забивается в легкие, заставляя поежиться от холода и поплотнее кутаться в куртку.

– Буду, но позже. Хочешь поуправлять моим штурвалом?

О, черт. Эта фраза звучала так неоднозначно. Эмма хмыкает, наблюдая за их флиртом. У нее никогда не было соперниц. Если эта девушка чего-то захочет или кого-то, то равных ей нет. Скорее всего Кларк раздумывает стоит ли Марк того, чтобы она боролась.

– Я спущусь вниз. Мы еще не отплыли, а меня уже укачивает, – громко говорит Эмма.

Видимо, не стоит.

– Нам пойти с тобой? – я прижимаюсь к перилам верхней палубы и слегка высовываюсь вперед, чтобы получше разглядеть цвет воды.

– Нет.

Обернувшись, я вижу, как губы Эммы растягиваются в хитрой улыбке.

Или стоит. Марк, на тебя взяли охоту, парень.

– Мы ждём кого-то еще? – вдруг бормочет Эль.

Мое внимание переключается на подъезжающий огромный джип черного цвета. Из машины выходят пятеро – молчаливые, устрашающие, с пятнами крови на открытой коже. А затем на Хоупман-Харбор начинают прибывать десятки других машин.

О нет.

Нет, этого не может быть.

Это ошибка.

Худшая из всех.

Я резко вдыхаю воздух в свои изголодавшиеся легкие, потирая вспотевшие ладони о джинсы.

Студенты разом подаются вперед, встречая мужскую элиту Кингстона, толкая меня во все стороны. И я даже чуть не падаю за борт, но Эль вовремя успевает схватить мой рукав и потянуть за себя.

Когда я говорила, что некоторые парни в школе любят насилие, я действительно имела в виду насилие. Я знала, что их нечеловечный отбор, в котором не было ни капли морали, приводит к жертвам. Видела гематомы на многих учениках, следы избиения, красные глаза с полопавшимися капиллярами и даже переломанные конечности. Однако морально я готовилась увидеть это в понедельник, а не встречаться с этими животными лицом к лицу, когда те сходят с ума от адреналина.

А они сходят с ума. Определенно.

В их жестоких глазах горит безумный огонь, а на губах – маниакальная улыбка. По крайней мере у Эрика Боулмена, который чуть ли не тащит на себе какого-то смертельно бледного паренька. Я прищуриваюсь, чтобы опознать на нем следы побоев, но из-за толпы не могу сделать точный анализ.

Сзади них идут Чон Хван, Аарон Кинг и всегда мрачный Кастил Сноу – единственный, чья одежда была чистой. Их движения уверены и источают пугающий контроль. И силу.

Почему они походят на монстров в таком юном возрасте?

В руке у Аарона – окровавленная клюшка для гольфа, которую он волочет по причалу, издавая противный звук. Но это не мешает остальным студентам ликовать и встречать их словно богов, спустившихся с небес.

Это намного ужаснее, чем я могла себе представить. До меня доходили слухи о том, какими жестокими они могут быть и как они никогда не сдерживаются, но видеть красные пятна крови – это просто отвратительно.

Меня начинает мутить. Интуиция буквально кричит, что нужно убираться отсюда подальше. Я думаю, как добраться до Эммы, хватаю Эль за руку и веду ее к лестнице, но нас чуть ли не задавливает толпа.

– Бесполезно, – стонет Эль мне на ухо, стараясь перекричать музыку. – Мы уже не проберемся к выходу.

Толпа улюлюкает, не прекращая кричать приветствия. От количества народу, я чувствую, как яхта проседает, а затем начинает покачиваться, заводя мотор. О нет… Во что мы ввязались?

– Кас! Кас! Кас! Кас! Кас!

Кастил пробирается на самый нос яхты, не заботясь о том, что может свалиться в море. Я вижу, как парень убирает черные волосы со лба, делает глоток из стеклянной бутылки и поднимает руку вверх, дожидаясь пока толпа замолкнет.

Он не может управлять столькими людьми, – наивно думаю я, а потом с удивлением наблюдаю, как все беспрекословно слушаются.

Студенты замолкают, словно их загипнотизировали. Музыка останавливается.

Что черт побери происходит?

Мой позвоночник подрагивает, когда его грубый, глубокий голос раздается в воздухе:

– Продолжаем посвящение, господа.

И Северное море взрывается в криках.

***

– Нас патрулируют охранники, – громко уведомляет меня Эль.

Огромная, грузная охрана обходит яхту, контролируя бушевавшую толпу. Кого-то даже заставляют спуститься вниз.

Мрачная энергия, сконцентрированная в воздухе, почти лопается по швам. Слишком много людей, слишком много алкоголя. И что более важно: слишком много ненормальных анархистов, которые почему-то решили что устраивать кровавую бойню посреди ледяного моря – это отличная идея.

Главенствующая четверка клуба собирается вместе, чтобы отсалютовать гостям вечеринки, а по середине Кастил, черт его подери, Сноу – гениальный программист со всеми признаками социопата, или что еще хуже – психопата.

Впрочем, остальные, скорее всего, тоже имеют асоциальные наклонности. Эти жестокие парни – будущая правящая верхушка, будущая власть.

Аарон Кинг – наследник крупнейшей финансовой корпорации Англии.

Чон Хван – сын медиамагната.

Эрик Боулмен – будущий владелец элитных отелей, разбросанных по всему миру

Кастил Сноу – наследник инвестиционного дома ICE Group, которому принадлежат доли в более чем пятидесяти крупнейших компаниях, включая британские авиалинии. Ах да, забыла упомянуть: еще он последняя сволочь.

Многие студенты мечтают получить хотя бы толику их власти. И жаждут попасть в их закрытый клуб, чтобы обрести полезные знакомства, связи, деньги и беспрекословную вседозволенность.

Отбор проходит дважды в год, в начале осеннего и весеннего семестров.