Утренний кофе (СИ) - Алла Леонидовна Касперович

наверняка над ней посмеивается. У самого-то, небось, опыта намного больше. Взять хотя бы последние полгода. Сколько у него за это время девушек было? Семь? Или девять? Оля уже сбилась со счета и больше не пыталась запомнить их имена — бесполезно.

— Оля, мне уже на работу бежать пора, — сказал Рома и немного запнулся. — Можно твой номер?

— Конечно.

Номер был успешно сохранен, кофе допит, и счет оплачен. И, как только Рома скрылся за дверью, Ростислав в два прыжка оказался возле Олиного столика и плюхнулся рядом с ней на диване.

— Ну, рассказывай, Лорелея.

— Что рассказывать? — Оля посмотрела на бариста Анечку, сменившую Вадика на его посту, та поймала ее взгляд и кивнула. А Вадик, похоже, опять пошел выяснять по телефону отношения со своей девушкой. — Нечего рассказывать.

— Лорелея!

— Ну, правда, нечего рассказывать. Казанова, это у тебя личная жизнь бурлит. А я всего лишь выпила чашечку кофе с приятным человеком.

— Угу, — буркнул Ростислав, — который он тебе и принес.

В ответ Оля лишь улыбнулась и повертела пустую чашку в руках. Если бы она умела гадать, то непременно сейчас бы это сделала. А так, в причудливых кофейных рисунках она ровным счетом ничего не видела.

— Решился, наконец? — спросила Анечка и поставила новую чашку перед Олей и маленькую с эспрессо для Ростислава. — А то он уже несколько месяцев только ради тебя и приходит.

— В смысле? — Ростислав и Оля разом посмотрели на бариста.

— А вы думали, что за нашим кофе? — расхохоталась Анечка. — Ну, вы даете! Он же кофе не любит!

Друзья переглянулись и снова уставились на бариста.

— Что вы на меня так смотрите? Вы вообще видели, что он пьет? Да там почти одно молоко и уйма сиропа, чтоб только вкус кофейный перебить!

— Ну… — протянула Оля и машинально опустила сахарные кубики в кофе и, забыв перемешать, сделала глоток. — Может…

— Не может! — отрезала Анечка. — Поверь моему опыту: кофемана я за километр различу. Этот товарищ у нас только чай любит, но ради тебя всегда заказывает «кофе».

— Это точно! — подтвердил вновь вернувшийся Вадик. По его красному лицу было видно, что разговор выдался не из легких. — Я, когда ему первый раз кофе по своему фирменному рецепту сделал, так чуть со смеху не помер! Видели бы вы, как он кривился! Я сначала даже обиделся, а потом все понял. Так что, с тех пор, он пьет только свою молочную бурду.

— А я что говорила! — заулыбалась Анечка, а потом краешком глаза поймала знак от дамы в шляпе и поспешила к ней.

— Слушай, Вадик, у вас же официанты были, — вспомнила вдруг Оля.

— Были да сплыли, — вздохнул бариста. — Бюджет не позволяет. Ладно, пойду посуду помою. А ты, Олька, подумай насчет этого кавалера. Вроде неплохой парень.

Вадик ушел, оставив друзей вдвоем. Они задумчиво пили кофе, пока первым не заговорил Ростислав:

— А по мне, так он странный.

— Почему это?

— Лорелея, ну сама посуди. Он несколько месяцев не решался к тебе подойти. Вот тебе надо такого?

— А почему нет? — Оля с вызовом посмотрела на друга. — И вообще, я же ничего не говорю тебе про твоих Кать-Маш-Даш.

— То есть, он уже твой? — прищурился Ростислав и сдавил хрупкую чашечку для эспрессо своими длинными пальцами так, что побелели костяшки, а от несчастного фарфора грозили остаться только осколки.

— Казанова, не придирайся к словам! — Оля с силой поставила чашку на стол, и несколько капель пролилось на скатерть. — Ну, вот…

Ростислав вздохнул, вернулся к своему столику, взял свои вещи и снова перебрался к Оле. Из рюкзака он достал маленький флакончик, налил оттуда немного прозрачной жидкости на пятно, промокнул салфеткой, и скатерть снова стала идеально чистой.

— Ничего себе!

— Я сам иногда кофе проливаю. Особенно, если зачитаюсь, так что всегда ношу эту штуку с собой. Хочешь, подарю?

— Спрашиваешь! Конечно, хочу!

Закрыв флакончик, Ростислав передал его Оле, и та тут же спрятала его в своей сумочке.

— Спасибо!

— Не за что. Ладно, Лорелея, сама разбирайся со своим ухажером! — улыбнулся Ростислав и подмигнул подруге. — А мне к клиенту пора. Я тебе вечером позвоню.

— Ага.

Ростислав ушел, а за ним засобиралась и дама в шляпе. Сегодня, кстати, леопардовой. Оля подумала, что и ей пора и честь знать, тем более что работу никто не отменял. Можно было, конечно, ноутбук и сюда приносить и сидеть здесь весь день, но Оля не хотела смешивать работу и удовольствие. А кофейня с самого ее открытия стала для нее особенным местом. Местом, где она всегда счастлива.

Вадик и Анечка были заняты с посетителями, поэтому Оля положила деньги на стойку и тихонечко вышла. Она, Ростислав и дама в шляпе пользовались здесь особым доверием.

По дороге домой Оля зашла за продуктами и покормила дворового кота. Возле подъезда она увидела уже намозолившую глаз машину, но Костика в ней не было. Сперва Оля подумала вернуться назад в кофейню, но все же решила этого не делать. Через два часа ей нужно было отправить документы в одну из компаний, с которыми она работала. Кроме того, какое право имел ее давно и бесповоротно бывший жених портить ее замечательный день!

Однако возле двери в подъезд ее никто не ждал, и Оля выдохнула. Зря.

Едва она ступила за порог, как оказалась прижатой к стене. Лампочка, как это часто случалось в последнее время, не работала, но Оле и не нужно было видеть, кто так нагло обхватил ее за талию и принялся шарить руками по ее телу.

— Костя! — Оля пыталась оттолкнуть его, но сил не хватало. — Отпусти!

— Я так скучал, я так скучал… — говорил он между поцелуями, от которых у Оли все внутри переворачивалось от отвращения.

— Ты пьян!

— Я пьян любовью…

Если бы Оле сейчас не было так страшно, она бы непременно рассмеялась прямо ему в лицо.

— Ты пойми… Мужику нужна ласка. А ты меня бросила… Из-за какой-то шалавы…

От этих слов Оля, будто очнулась. Страх куда-то испарился, а вместо него осталась неприкрытая злость. Костик, почувствовав, что ему больше не сопротивляются, расслабился, и именно в это мгновение Оля со всей силы ударила его в пах.

— Сука! — заорал он, уже катаясь по полу.

Прошлая она наверняка бы начала просить у него прощение или просто убежала, но новая Оля достала из пакета с продуктами бутылку молока, открутила крышку и все содержимое вылила ему на голову.

— Если ты, мразь, еще хоть раз сделаешь что-нибудь такое — молоком не отделаешься!

Оставив стонущего Костика извиваться на холодном полу