Утренний кофе (СИ) - Алла Леонидовна Касперович

— Как скажешь.

Хоть домой Оля пока не собиралась, но вспомнила, что обещала Вике позвонить ей по видеосвязи. Для этого пришлось одолжить ноутбук Макса.

— С новым годом! — сразу же заорала подруга.

— С новым годом! — вторила ей Оля.

Вика хотела сказать еще что-то, но вдруг так приблизилась к экрану, что можно было с легкостью пересчитать на ее лице все веснушки.

— А ну-ка стоять! Где это ты и что на тебе надето?

Вместо ответа Оля перевела камеру на Макса. Викины глаза распахнулись и, отпрянув, она заорала:

— Джулиано!!!

Супруг тут же явился на ее зов. Выглядел он весьма и весьма обеспокоенным. Молча жена ткнула пальцем в свой ноутбук.

— Массимо! — Пухлое лицо Викиного мужа показалось на экране и озарилось счастливой улыбкой. — Ciao!

— Джулиано! — Макс выглядел удивленным, если не сказать больше. Он перебросился парой фраз с итальянцем, и потом повернулся к Оле: — Ничего себе совпадение!

— Э… Так это мне тебя хотели сосватать?

— Получается, что так.

Одиннадцать месяцев спустя

Не вставая с постели, Оля просматривала на телефоне фотографии, которые прислала ей Вика. Малышка, которую по настоянию Джулиано назвали Бьянкой (такое имя было у его прабабушки, а она слыла истинной красоткой), росла с каждым днем и становилась все больше похожей на маму. Разумеется, мужу Вика говорила, что дочурка вся в отца, и тот светился от счастья и гордости, но Оля была на стороне подруги. Чего только стоили непослушные рыжие волосики!

Отложив телефон, Оля встала и поежилась. Все-таки осенью в такую дождливую погоду намного приятнее в квартире Макса. Как же она полюбила его полы с подогревом! Макс иногда шутил, что они ей дороже, чем он.

И да, они с Максом встречались с той самой ночи. Летом в гости прилетала Олина семья, и они единогласно вынесли вердикт: подходит.

О Костике Оля больше не слышала. Лишь однажды ей показалось, что она видела его в толпе. Но был ли это он, она так и не узнала. Впрочем, особым желанием она и не горела.

Любовь Ростислава к Веронике, подчиненной Макса, продлилась довольно долго — целый месяц. С Олей он по-прежнему делился книгами и, несмотря на явное недовольство своего главного заказчика, частенько составлял им компанию за столиком в кофейне.

Иногда Оля встречала Рому. Чаще всего он был со своей дочкой, изредка — с бывшей женой. Та смотрела на Олю, словно мартовский кот на соперника.

Вадик, наконец, завершил свои токсичные отношения, но о чувствах Анечки пока не догадывался. А возможно, просто делал вид. Оля искренне надеялась, что у них все получится.

А пока она собиралась на встречу со своими добрыми друзьями и любимым человеком. На улице непрерывно моросил дождь, и Оля раскрыла свой прозрачный зонт с рисунком из кленовых листьев на нем. Прохожие закутались в свои пальто-шарфы-куртки и смотрели на мир исподлобья. На хмурые лица Оля отвечала улыбкой, надеясь, что тем самым она хоть немного поднимет другим людям настроение. И это на самом деле работало!

Аллейка заканчивалась, и впереди появилась любимая кофейня. Звякнул колокольчик, и наружу вылетели кофейные ароматы, побуждая сонных горожан с интересом принюхиваться. Кое-кто даже соблазнился запахом, и последовал Олиному примеру.

— Олька! — просияла Анечка. Неужто у них с Вадиком что-то наметилось? Самого бородача не было видно, поэтому было трудно что-то сказать.

— Доброе утро!

— Твой уже на месте.

— Даже не сомневалась. — Хоть Оля всегда приходила почти к самому открытию, Макс умудрялся ее опережать. Он много раз настаивал, чтобы они приходили вместе, однако девушка всегда отказывалась — прогулка в одиночестве по кленовой аллее была частью ритуала.

— Утро доброе, Олечка! — Дама в шляпе подняла свою чашку в знак приветствия.

— Доброе!

Настоящего имени дамы в шляпе ей так и не удалось узнать, и бариста тоже ничем не смогли помочь. Набравшись храбрости, несколько месяцев назад Оля сама у нее спросила. А та скривилась и сообщила, что собственное имя ее раздражает, и попросила называть ее «Нонна».

И вот сейчас эта самая Нонна как-то подозрительно на нее смотрела, словно знала что-то, о чем Оля не подозревала. Может, у нее на щеке след от зубной пасты остался? Такое иногда случалось. Скорее всего, ее предположение было верным, потому что и остальные посетители (а их-то почему так много в такую рань!) косились на нее, хоть и делали вид, что смотрят на что-то другое. Ну-ну.

По Олиной спине пробегали мурашки и прятались где-то в районе затылка, и девушка постаралась побыстрее добраться до своего обычного столика. На удивление за ним никого больше не было. Куда же подевался Макс? Оля оглядела зал в поисках любимого, но его нигде не было. Казанова отсалютовал ей своим эспрессо и уткнулся носом в книгу. Предатель!

Ничего не оставалось делать, кроме как усесться за столик, что Оля и сделала. И стоило ей только поднять руку, чтобы заказать кофе, как погас свет.

— Что за… — пробормотала Оля.

Но тут одна за другой начали зажигаться свечи в руках посетителей. И словно из ниоткуда в самом центре зала появился Макс. Он стоял на одном колене и держал в руках чашечку ее любимого кофе с двумя кусочками коричневого сахара. На Олины глаза навернулись слезы, она встала и, прикрыв ладонями нос и рот, медленно подошла к тому, кто помог сбыться ее новогоднему желанию.

— Оля, — заговорил Макс, — ты принесла счастье в мою жизнь, и я хочу делать для тебя то же самое каждый день. Ты выйдешь за меня?

Не задумываясь даже на секунду, Оля кивнула и ответила:

— Да!

Кофейню затопили аплодисменты и поздравления, но Оля их не слышала. Макс поднялся с колена и передал любимой чашечку кофе. На блюдечке рядом с кусочками коричневого сахара лежало обручальное кольцо.