Вредина для Чемпиона - Илона Шикова

Она сама виновата в моем столь яром недоверии к ее словам – никогда не прощу ей тех обидных слов, которые она бросала мне при нашей последней встрече.

Пусть горит она в аду вместе со своим папашей!

Однако последующие слова Миши вводят меня в ступор, заставляя отвлечься от негативных мыслей:

– Мелкий у нее тоже классный, – продолжает улыбаться паренек. – Называет меня братом, хотя я ему дядькой прихожусь. Но он всем заявил, что у него есть старший брат, которым он гордится. И возражения не принимаются.

– Что значит «у нее»? – переспрашиваю, в глубине души понимая, что ждет меня какая-то ошеломляющая новость. Как бы потом дар речи и способность передвигаться самостоятельно не потерять и не выглядеть полным болваном в лице мальчишки. – Разве это не сын Стаса?

– Причем здесь Стас? – с удивлением в глазах спрашивает Мишаня, даже не думая поинтересоваться, откуда я знаю имя брата Ники.

Тоже мне, Леша, конспиратор великий выискался. Вот так и проваливаются явки и пароли. А все потому, что одно только упоминание о Нике выводит меня из себя, и я не могу думать рационально.

– Мальчик ее тетей называл, – аккуратно произношу, наблюдая, как ухмыляющаяся физиономия парнишки начинает кривиться.

– Не смешите меня, – машет рукой и фыркает. – Это ее сын, Алексей Викторович. Он не мог Нику тетей называть.

– Что?!

И опять вырывается у меня то ли вопрос, то ли утверждение, но довольно резко и громко, эхом отдаваясь в пустом спортзале.

Это какой-то бред!

Этого не может быть!

Полная туфта, честное слово!

Но в голове уже появляется куча мыслей, а эмоции бьют через край. Только бы не сорваться на мальчике, который ни в чем не виноват. Да и всю правду не помешает для начала узнать точно, чтобы иметь на руках все козыри.

– Ну-у, – Миша немного теряется, глядя на мое изумленное лицо. – Мелкий, с которым Ника приходила, это ее сын, зовут Марк, – зачем-то снова повторяет паренек.

– Она замужем? – продолжаю свой допрос, даже не пытаясь теперь скрыть настоящий интерес.

И так уже облажался по полной программе, так стоит ли дальше общаться полунамеками? Мишаня сто процентов спалил меня и мой интерес к его сестре – чувствую, сдаст мое любопытство ей, даже глазом не моргнув.

– Нет, – разводит руками паренек. – Вроде никогда и не была. По крайней мере, сейчас точно одна.

У меня в голове крутится только единственный вопрос, но я остерегаюсь его задавать парнишке, что называется, в лоб. Есть куча других способов, чтобы наконец-то узнать правду.

Надо же, племянник! Стерва, чтоб ее – не могла сразу все рассказать, как есть?

Хотя, чего можно ожидать от такой лживой сучки, как Ника. Да и скажи она тогда мне правду, я бы точно ей голову открутил или треснул чем-нибудь тяжелым.

– Мелкому сколько лет? – я никак не могу успокоиться и продолжаю терроризировать Мишаню.

– Послушайте, Алексей Викторович, – он спокойно произносит, глядя мне в глаза. – Не знаю, зачем вам это надо, – хмурится и делает паузу. – Но спросите лучше у нее самой. Тем более, как я понимаю, вы с моей сеструхой знакомы. И кстати, – на его лице появляется победоносная улыбка. – Когда вы пришли нас тренировать три месяца назад, ваше лицо мне показалось до боли знакомым. Теперь я вспомнил, где вас видел.

– И где же? – спрашиваю, произнося слова чуть ли не по слогам, а внутри все замирает в ожидании.

– На фотках у Ники! – выпаливает паренек. – Значит, все-таки она вам нравится, – подмигивает, после чего разворачивается и убегает в раздевалку, оставляя меня одного посреди спортзала.

А я даже пошевелиться не могу. Кажется, все тело закоченело, руки не двигаются, ноги не идут, одна лишь голова соображает, а мысли одна за другой мелькают со скоростью света.

Единственная фраза, которую я про себя повторяю – “Этого не может быть”.

Какой бы лживой и подлой не была Ника, но она не могла поступить так со мной. Она бы обязательно рассказала мне правду, если бы Марк был моим сыном. Я не верю в то, что она стала такой же продажной, как ее отец, выискивая во всем только корысть для себя любимой.

“Я тебя уже видел”, – всплывает в голове фраза, которую ребенок произнес два дня назад.

Тогда внезапное появление Ники выбило почву из-под ног, и я забыл поинтересоваться, где же меня мог видеть малыш. Однако теперь становится ясно, где – на фотках у своей лживой мамаши, чтоб ей пусто было.

– Черт, – я двумя руками провожу по голове, затем опускаюсь на лицо. – Черт! Черт! Черт!

Пустой зал эхом повторяет мои чертыханья, но я не обращаю на это внимание. Сейчас не до этого, понять бы, что делать дальше. Но самое главное – надо узнать всю правду, и желательно побыстрее.

Достаю из кармана мобильный и набираю начальника службы безопасности моей компании.

– Да, Леш, – отзывается мужчина после двух гудков.

– Роман Иванович, дело есть, – чувствую, что меня всего трясет, и никак не получается взять себя в руки. – Очень срочное.

– Говори, – спокойно произносит мой собеседник в ответ.

– Мне нужна вся подноготная Ники Крестовской за пять лет, – выдаю на одном дыхании. – Она тогда за границу уехала, вроде в Лондон. Мне надо знать – где жила, чем занималась, выходила ли за это время замуж, и так далее. До завтра, – запинаюсь, чувствуя, что закипаю по полной программе. – Сделаешь?

– Зачем? – спокойный тон начальника безопасности еще больше бьет по оголенным нервам.

– Затем, что у этой сучки есть сын! – ору в трубку на ни в чем не повинного мужчину, но он даже глазом не ведет и не делает никаких замечаний по поводу моих криков.

– Думаешь, твой?

– Не знаю, – закрываю глаза и делаю глубокий вдох, затем резкий выдох, чтобы хоть немного успокоиться и взять себя в руки. – По возрасту вроде подходит, но мало ли, с кем эта сучка продажная еще спала. Если понадобится, я ее в суд потащу, – снова вдыхаю и