Бывшие (СИ) - Лель Агата

Ответа он от меня не ждет, но поддерживать иллюзию беседы любит. Поэтому я делаю вид, что мне это интересно.

— Люди в большинстве своем вообще круглые идиоты, — вытянув ноги по коже дивана, наблюдаю, как он снова вынимает мобильный и отдает распоряжению водителю подогнать тачку к воротам: — А ты сейчас куда?

— Съезжу, поговорю как раз с одним из идиотов. Этот Градов непробиваемый.

Услышав знакомую фамилию я вся внутреннее подбираюсь, и главная моя цель — не выдать своего интереса.

— Это тот, который был с тобой в ресторане?

— Он самый.

— А… можно я поеду с тобой?

— Ты — со мной? — в голосе скепсис. — Это зачем еще?

— Ну, не знаю, ты сам говорил, что мы проводим так мало времени вместе, что меня совсем не интересуют твои дела. Ну вот, исправляюсь, — тяну улыбку. — К тому же дома сидеть такая скука. Я бы прокатилась.

— Хорошо, поехали, — бросает безразличное согласие и, снова набрав какой-то номер, зажимает телефон между ухом и плечом. — У тебя десять минут.

— Я мигом.

Резко подорвавшись, через ступеньку лечу наверх, потому что если он сказал десять минут — значит, это действительно ровно десять минут.

Я понятия не имею, зачем это все творю, поступок вне логики. Но стоило мне только услышать его фамилию, в голове словно что-то щелкнуло. Да и, в конце концов, что такого, что я просто съезжу и посмотрю, где он работает, правда? Хоть какое-то развлечение.

Тогда я не могла знать, что это «безобидное развлечение» в корне изменит несколько судеб.

Глава 14. Саша

— Ты уверен, что правильно расслышал фамилию? Дабозов?

— Да, точно. Говорит, дело есть.

Отодвигаю чашку остывшего кофе и встаю из-за стола, кабинет тесный, поэтому у окна я оказываюсь уже через пару секунд.

У входа припаркован черный BMW с наглухо тонированными стеклами, абы кто на таких не разъезжает.

Неужели действительно приехал? Сам?

И что ему нужно на этот раз? Несколько дней назад я ответил на все его вопросы, добавить мне больше нечего.

— Ну ладно, пусть поднимется, — даю добро Захарову впустить гостя, продолжая недоумевать. Не нравится мне все это. Второй визит за столь короткое время — знак дерьмовый. Да, собственно, и человек он…

На секунду мелькает мысль, что, возможно, он здесь не по вопросу сотрудничества, а из-за Вики. Мало ли, что она ему наговорила. Месть обиженной женщины — штука опасная, а уж если она на остывшую голову…

— Градов, здравствуй, — раздается за спиной голос Дабозова. Не вынимая ладоней из карманов брюк отворачиваюсь от окна и коротко киваю в ответ. Может, он, конечно, привык к другим приемам, более радушным, но вот как-то не сошлись звезды сегодня.

— Мне передали, у вас есть ко мне какой-то разговор. Только недолго, хорошо? У меня встреча через сорок минут, надо уезжать, не обессудьте.

— Да много времени не займу, — вальяжно заходит в кабинет и с преувеличенным интересом осматривает обстановку. А смотреть тут, собственно, особо и не на что: рабочий стол, компьютер, стеллаж с папками, на ладан дышащий кондиционер и поломанные ламели жалюзи на окнах. Пускать пыль в глаза цели не было, в нашей работе приоритеты отданы другому.

— Женщина твоя? — берет со стола рамку с фотографией Иванны. — Красивая.

— А о чем, собственно, пойдет речь? — немного раздраженно забираю у него снимок и аккуратно ставлю на прежнее место. — Простите, присесть не предлагаю — тороплюсь.

— Да вот я тут мимо проезжал, дай, думаю, зайду, посмотрю, как вы тут обустроились, — вертит головой. — Ремонт бы не помешал.

— Мы арендуем это помещение.

— Плохо. Аренда съедает львиную долю средств, — проводит рукой по стене, приклеивая обратно отошедший край окрашенной в бежевый обоины. — А сколько стоят тут метры? Миллионов двадцать?

— Тигран Артурович, не хочу показаться грубым, но я, правда, спешу, — снимаю со спинки кресла пиджак. — Может, поговорим по пути к машине?

— Чего ты ерепенишься, Градов? — во-от, теперь ближе к делу, наконец-то. — Хорошее же предложение, ничего не потеряешь — наваришься.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— По-моему, я внятно объяснил, что сейчас мы не нуждаемся в заказах. Все смены забиты. Да и вообще… подобное предложение нам просто неинтересно.

— А что не так с моим предложением? — без спроса садится на стул, закинув на бедро правой ноги согнутую в колене левую. — Все чисто, никакого подвоха.

Ну, о'кей.

Сажусь напротив и, скрестив пальцы в замок, подаюсь вперед:

— Я прожил достаточно, чтобы знать, что просто так ничего быть не может. Если вы хотите сделать нас соучастниками в ваших махинациях по отмыванию денег — мы мимо.

— Бедные, но гордые? — тянет хищную улыбку.

— Примерно так. В Москве сотни частных охранных предприятий, вы можете обратиться в любое. Думаю, найдутся те, кого ваше предложение крайне заинтересует.

— К сожалению, сроки поджимают и меня устраиваешь ты. О тебе ходят хорошие отзывы, а я привык, что на меня работают только лучшие люди. У меня вообще должно быть все самое лучшее: дом, автомобиль, женщина.

Услышав последнее, поднимаю на него подозрительный взгляд. Нет, он не знает, исключено. Такой как он просто не станет юлить. Да если бы и знал, что с того? Наши отношения давно в прошлом.

И тут же вспоминаю, как она шептала мне на ухо там на балконе, прижимаясь при этом всем телом…

— Нет, — отрезаю. — Мы отказываемся и это наше последнее слово. Не смею вас задерживать, — указываю ладонью на выход, совсем забыв, что это я «куда-то торопился» минутой ранее. Воспоминание о Вике немного спутало карты.

— Упертый, — снова улыбается, но все-таки встает, придерживая рукой полы черного пальто. — Ну хорошо. Будь пока по-твоему.

Я расслабляюсь только тогда, когда за ним закрывается дверь. Я не боюсь его, скорее, испытываю что-то похожее на неприязнь. И не могу понять, что именно послужило тому причиной — его откровенно гнилая репутация или то, что он теперь с Викой.

Он — и с Викой.

Ну как так?

Впрочем, ее всегда привлекали подобные парни. Ну нравится ей ходить по краю, все запретное, потому и непонятно, что она тогда нашла во мне? Довольно заурядном майоре в отставке, половину службы прослужившем в «горячих» точках. Хотя если так разобраться, я тоже был для нее чем-то запретным — старше, родной брат ее отчима.

Как они вообще умудрились познакомиться? И чем он ее все-таки взял? Она всегда была чокнутой, но точно не меркантильной.

Мне не хочется развивать мысль, чем еще он мог ее взять, вообще думать о ней не хочется, но вот почему-то не думать никак не получается. Все эти чертовы дни.

Перевожу взгляд на снимок Иванны в резной серебристой рамке, на нем она моложе, чем сейчас, около тридцати пяти. Цветущая, красивая, умная, но вот почему-то никогда я не испытывал к ней даже близко похожего с тем, что я чувствовал тогда к Вике.

Может, потому что она тоже была моим «запретным»?

Раздается порывистый стук в дверь, и не успеваю я дать разрешение войти, как на пороге нарисовывается Вика…

Глава 15

Вика? Здесь?

В черных высоких сапогах и провокационном мини, а в глазах… там не просто черти, там само чистилище. Вот уж кто умудрился измениться до неузнаваемости.

— Ты что здесь делаешь?

— Туалет искала, — закрывает за собой дверь и, не спрашивая разрешения, проходит в кабинет.

Походу у них это семейное.

— Он дальше по коридору, — указываю карандашом направо и опускаю глаза на блокнот, в котором расписаны планы на ближайшие дни. Потому что смотреть на нее не так-то просто.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— А у тебя тут миленько. Скромно, но со вкусом.

Ходит как ни в чем не бывало, трогает фигурки индийских слонов, что подарила мне Иванна после очередной поездки в Мумбаи. Она вообще любит ненавязчиво помечать «собой» мою территорию. Не скажу, что мне это слишком радует, но и не раздражает. Нравится — ну пусть.