Найдёныш, или подарок на Новый год (СИ) - Ильина Настя

«Ванька», — тепло разлилось в душе Артёма, с особым трепетом отдаваясь в труднодоступных местах, куда он давно никого не пускал.

— У них связь была особенная. Ваня любил бабушку, мне порой даже казалось, что он её мамой считает. У нас с ним не срослось. Я знаю, что материнский инстинкт ещё на стадии вынашивания начинает себя проявлять, видимо, я его лишена. Пока она была жива, я занималась восстановлением фигуры, планировала вернуться к танцам, а потом, как гром средь ясного неба, её просто не стало по щелчку пальцев. Сердечный приступ. У меня долги, которые надо выплачивать, и мечта однажды стать известной танцовщицей… А что с ребёнком-то сделаешь? Он постоянно орал, чего-то требовал… Я не хотела становиться матерью! — Света сморгнула слезу и продолжила смотреть в одну точку. — Понимаешь? Не хотела! — она закричала, и голос сорвался, стал хрипеть. — Это всё из-за тебя! Всё из-за мимолётной связи, которая превратила мою жизнь в ад!.

Артём поджал губы. Он всё-таки позволил себе проникнуться её историей, и сердце ныло теперь от жалости.

— Где сейчас Ваня? Я заберу его.

— Не знаю я…

— Как?

Артём сжал руки в кулаки и поймал на себе испуганный взгляд Светы.

— Бить будешь? — процедила она.

— Я не бью женщин… — выдохнул Артём и постарался расслабиться. — Просто скажи мне, куда ты его дела, я решу проблему с твоими долгами и оплачу для тебя самую лучшую школу танца в столице.

Глаза Светы заблестели. Артём угадал её цену.

— Я его подруге отдала, Ленке Сазоновой. Она сказала, что знает женщину, которая станет для Ванечки прекрасной матерью и обеспечит его всем. Я отдала ей все документы на Ваню и отказ от прав на него. Этого должно быть достаточно для усыновления.

— Адрес подруги! — Артём поднялся на ноги, чувствуя, что всё тело напряжено. — Он взял пальто в руки.

«Глупая! Какая же глупая» — бегали мысли в голове.

Подруга могла продать ребёнка на органы, от этого всё скрутило внутри болезненным спазмом. Оставалось надеяться, что Ваня ещё жив.

— Она уже отдала ребёнка той женщине. Сегодня Лена улетела в Тайланд и вернётся только через десять дней.

— Дура! — не выдержал Артём. — Ты хоть понимаешь, что в Тайланде она его на органы продать может?

Однако он умерил свой пыл и попробовал мыслить здраво. Перевезти ребёнка за границу без разрешения родителей очень проблематично. Вряд ли этой Лене удалось бы.

— Она так не сделает. Мы подруги!

Света обхватила себя руками. Возможно, в эту секунду до неё дошло, какую ошибку совершила.

— Лучше бы ты отдала его в детский дом… Мне нужны контакты твоей подруги, рейс на Тайланд, адрес – всё, что тебе о ней известно. Запишешь и отдашь Олегу. Завтра курьер привезёт тебе деньги, которых хватит на погашение долгов и увольнение с работы. Когда получу ребёнка, я приеду сюда и передам тебе ещё больше денег, которых будет достаточно для осуществления твоей мечты.

Артём прошёл к выходу и замер на пороге. Нельзя было так заканчивать разговор, следовало поговорить с ней, раскрыться и попросить прощения. Он стоял, борясь с этим желанием, нахлынувшим скорее из-за жалости к Свете и ненависти к самому себе из-за того, что так долго решался поверить своим снам и отыскать её.

Глава 5. Неслучайная встреча, или очень неприятный визит

— Всего лишь ещё одну чашечку, — пробурчала себе под нос Лера, наливая кофе. За эти шесть дней она выпила кофе столько, сколько раньше могла употребить только за полгода. Она никогда не любила этот напиток, а теперь считала животворящим подарком богов.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Быть мамой не так уж просто, как оказалось. Лера не успела подготовиться к этому и теперь так тяжело воспринимала ночные пробуждения и истерики, значения которых не понимала. Ванечка очень милый мальчик, и Лера смогла полюбить его, вот только слегка уставала и подумывала о том, что если сможет оставить его у себя, то попросит у Николая декретный отпуск. Хотя о своём женихе она пыталась не вспоминать, потому что за эту неделю он ни разу не позвонил, словно на время отдыха вычеркнул Леру из головы, и её жизнь его ни капли теперь не волновала.

Она успела сделать глоток, поморщившись от горького привкуса на языке, когда Ванечка снова закричал. Последние сутки он вёл себя как-то особенно неспокойно, заставляя волноваться.

«Может, он заболел?»

«Чувствует что-то плохое?»

«Вызвать скорую?»

Лера успела сотню раз позвонить Даше, и та сказала, что это нормальное проявления недовольства малышами.

«У него сейчас зубы полезут, если ещё не заберут к этому моменту, то запасайся валерьянкой», — дала она наставление.

Лера так и собралась поступить. Новый год уже наступал на пятки. Мама должна была приехать с минуты на минуты, чтобы помочь с Ванюшей, пока Лера съездит в магазин. Тридцать первое декабря они решили отметить с друзьями, а первого примчаться к Лере и Ване с подарками, поэтому пришлось взять на себя ответственность по приготовлению оливье и чего-нибудь горяченького. Да и открыть бутылку шампанского под бой курантов было просто необходимостью, привычкой.

Мама позвонила сначала на телефон, потому что каждый раз боялась разбудить Ваню, но он уже сидел у Леры на ручках и играл её локоном волос.

— Вот ты богатырь какой! Пойдёшь к бабе Геле? — спросила мама, потирая руки, чтобы поскорее согреть, и раздеваясь. — Лер, на тебя смотреть страшно. Становишься похожей на тень. Может, тебе и правда позвонить в полицию, узнать, что там с поисками?

— Мам, ну ты чего? Справлюсь. Ты ведь со мной так же уставала. Такая доля мам. Или нет?

— Да так-то оно так…

Мама поджала губы и опустила взгляд на пару мгновений, а потом поспешила в ванную, чтобы помыть руки. Ванюша начал тянуть к ней ручки и немного надрывисто кричать:

— Ба! Ба-ба!

Ударение он снова делал на последний слог, и это выглядело очень забавно. Лера отдала ребёнка маме и с облегчением выдохнула. Сильно краситься она не стала, только замазала синяки под глазами тональником, подправила тон кожи пудрой и нанесла немного туши на ресницы, но почему-то от этого веки стали тяжелеть и слипаться. Сладко зевнув, она представила мягкую кровать и уже начала закрывать глаза, когда услышала голос мамы.

— Может, лучше отоспишься? А мы с папой купим всё сами.

— Нет, мамуль. Папа и так загнанный с работой своей. Я справлюсь. Просто к такому ритму жизни надо привыкнуть.

Лера заставила себя подняться на ноги. Она чувствовала острую необходимость хоть немного отвлечься, отдохнуть умом. Решила, что позволит себе зайти на часок в кино и посмотреть что-то расслабляющее. Возможно…

Надев белый свитер с голубой снежинкой на груди и утеплённые джинсы, она поцеловала маму и Ванюшу и пожелала им хорошо провести время. Только оказавшись на лестничной клетке, поняла, что мозг расслабился, ведь до этого был в постоянном напряжении из-за страхов, что Ванюша упадёт с кровати или поранится чем-то… Из-за желания поспать, но боязни, что этот юркий малый переберётся через бортики манежа, хотя, чтобы сделать это, необходимо родиться обезьянкой.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

За рулём ехать в таком состоянии Лера не решилась, поэтому вызвала такси. Она не спала больше четырёх часов уже несколько дней, поэтому рассеянность, так или иначе, напоминала о себе.

В машине задремала, но возмущённый голос таксиста заставил вернуться в реальность. Лера тяжело вздохнула, рассчиталась и вышла. Ледяной ветер, гуляющий по парковке, вмиг отрезвил. Спать хотелось меньше, но ясно было одно — стоит зайти в тёплое помещение, и снова начнёт морить. Лера сразу сняла пуховик и сдала в гардероб. Она медленно поплелась по магазину, даваясь диву, откуда столько людей. Даже тележку не удалось взять, потому что их не было, а как теперь всё необходимое нести, не понимала. Лера обхватила себя руками, двигаясь вперёд. Возможно, она задремала или слишком глубоко провалилась в собственные мысли, когда уткнулась носом в мужскую грудь и подняла взгляд.