Элисон Пейс - Секс в большом искусстве, или Как охмурить гения

Это что, шутка? Разве Грег не приятель Митча? Ведь не мой же, мы только вчера познакомились! Раздосадованная, я молча шагала к своему одеялу. Ни с одним мужчиной, кроме Джека, у меня не случалось ссоры глупее. Вернувшись на наше место у туалетов, я решила собираться, но Митч вдруг уселся на одеяло, через несколько мгновений быстро подался ко мне и поцеловал. Митч вызывал у меня антипатию, но, несмотря на то что он опоздал, не извинился, не предложил нести сумку и беспричинно раздражался, я тоже поцеловала его. Последним, кого я целовала, и единственным, кого я целовала последние два года, был Джек. Я подумала: может, целуя другого, я скорее забуду Джека и перестану возвращаться к нему в мыслях пять раз за минуту? Когда Митч увлек меня на одеяло, откуда-то сзади послышалось:

— Шли бы к себе домой…

Тут до меня дошло, насколько я пьяна.

Я лежала на одеяле на виду у длинной очереди в туалет, занимаясь смелым петтингом с официантом из винного магазина, с которым вчера днем еще не была знакома. Отстранившись, я заявила:

— Слушай, это неприлично.

— Прекрасно, тогда пойдем отсюда! — вновь с раздражением сказал Митч.

Он проворно вскочил. Я начала сворачивать одеяло, и тут ветер донес до меня запах табака. Курил стоявший неподалеку блондин в полосатой оксфордской рубашке. Да пошло все к дьяволу, подумала я и попросила сигарету. Блондин любезно протянул мне пачку; угощаясь, я обратила внимание на его красивые зеленые глаза. Мне стало стыдно, что я опустилась до такого состояния, что позволила завалить себя на одеяло в присутствии множества людей.

— Ты готова? — осведомился Митч и быстро направился к выходу из парка.

— Ты не понесешь мою сумку? — спросила я самым непринужденным тоном, учитывая обстоятельства. Мне хотелось окончательно убедиться, что взрослый мужчина может вести себя как последний идиот.

— Твоя сумка, ты и неси, — огрызнулся он.

Как только мы вышли из парка, Митч спросил:

— Ты далеко живешь?

Неужели собрался ко мне в гости? Он что, с ума сошел? В такой компании даже один квартал покажется бесконечным путешествием. Митч стоял, нетерпеливо ожидая ответа, — копия Дика, похудевшего на сорок фунтов.

— Митч, спасибо за вино, но мне пора домой.

Я подняла руку, тут же остановилось такси, и я юркнула в машину. Проезжая по Пятой авеню, я закрыла глаза, чтобы не видеть выходивших из парка людей, которые с удовольствием шли пешком, держась за руки.

Глава 6

Ризовы конфетки

Искусство — это то, чем можно заниматься безнаказанно.

Торжественное открытие Осенней выставки было намечено на вечер четверга. Днем планировалась предварительная пресс-конференция, поэтому утро в галерее выдалось напряженным. Я радовалась: занятость не оставляла времени на размышления о вчерашнем свидании, сегодняшнем чудовищном похмелье и неприятном открытии, что я — дешевая шлюха, не брезгующая обслуживать клиентов в парках, и останусь одинокой до конца жизни.

Утро началось гладко. Выставка проходила в Арсенале на Шестьдесят шестой улице. Дик поехал туда с раннего утра, желая присутствовать в момент появления Йена. Находиться в галерее без Дика было очень приятно. Благодаря отсутствию бесконечных вызовов по интеркому освободилось время подумать о вечеринке по случаю открытия, где совершаются наиболее крупные сделки. Все скульптуры пойдут нарасхват, и не последнюю роль в этом сыграют мое неусыпное внимание к каждой мелочи и тщательно продуманная организация выставки. Может, в награду мне перепадет толика уважения?

— Галерея Дика Риза!!! — Кларисса отвечала на очередной звонок.

У меня на столе запищал интерком.

— Джейн Лейн, — представилась я, хотя уже поняла, что это Кларисса.

— Дик на пятой линии!

— Спасибо, Кларисса. — Должно быть, Дик звонит, чтобы меня похвалить. — Здравствуйте, Ди…

— Открррыли тррри коррробки с конффф Риззз!!! Они не мини, они большшшие!!!

Начальник говорил очень быстро и на повышенных тонах. Клариссу в ее лучшие дни Дик бы не заглушил, однако скандалил довольно громко:

— Открррыли-тррри-коррробки-с-конфетами — не-мини-р-р-р-р-р-аздоровенные «Ризззззз»!!!

— Простите? — Я не могла разобрать слов босса, но сомнений не было: это не похвала. Надежды на поощрение метались в панике, устремляясь подальше к чертям собачьим.

— Простить-тебя-еще-простить-все-пропало-все-из-за-тебя — р-р-р-р-р — открываю-коробки-с-конфетами-с-арахисовой-начинкой-а-там-не-мини-конфеты-а-обычные — гр-р-р-р-х-х-х-х!

Ага, прозвучало «тебя еще простить?!» и «из-за тебя все пропало», если я правильно расслышала. Словесный поток Дика немного замедлил течение, и я наконец с ужасом разобрала, что он говорит:

— Они! Не!! Мини!!!

Они не мини. У меня выступил пот на ладонях, под коленками и на спине. Оказывается, начальник орал вот что: «Открыли коробки, а конфеты-то не мини!». Я заказала шоколадно-арахисовые «Риз» обычного размера! Плохо, хуже некуда. Ошибка из разряда непростительных, такое просто нельзя допускать, ведь Дик буквально помешался на шоколадно-арахисовых тезках. Все, конец карьере. С таким пятном на репутации я никогда не найду работы в сфере искусства.

— Я… Мне очень жаль, не знаю, как это могло произойти. Я позвоню оптовикам и обменяю конфеты! — Мое лицо побагровело, как при невыносимой жаре. Откуда в художественной галерее такие перепады температуры? Оторвав кусок скотча от рулончика на столе, я скатала его в трубочку наподобие сигареты, сунула в рот и принялась жевать. Презрительное фырканье:

— Не выйдет. Мы их уже оплатили.

— Я оплачу новый за… — в отчаянии начала я.

— Не перебивать! Ты работаешь на меня, поэтому не сметь меня перебивать! — завизжал Дик.

Я не знала, ответить ли робким согласием, или это будет воспринято как попытка перебить. Закончил ли Дик фразу? После слова «перебивать» у него многоточие или запятая? О Господи…

— Ты меня слушаешь, Джейн?! — сварливо осведомился босс.

— Извините меня, Дик. Я немедленно позвоню и обменяю конфеты.

— Нет, я этого не хочу — слишком поздно. Всем придется смириться с очередным проявлением некомпетентности. Соедини меня с Виктором.

Не осмелившись сказать «до свидания», я поспешно ткнула кнопку «трансфер» и набрала внутренний номер Виктора. Из меня словно выкачали воздух. Осторожно переведя дух, я покосилась на Клариссу, сидевшую с расширенными глазами и несчастным видом, — казалось, она вот-вот расплачется. Отвернувшись, я уставилась в экран компьютера.