Мир, который без меня. Альтернативный гей-роман. Книга 1. - Ольга Любарская

на что это было похоже?

— На то, что вам нравится делать вид, что ничего не происходит.

— А ничего и не происходит, — перебил его Рой.

— Конечно, нет, — согласился Шон. — Настолько ничего не происходит, что я удивлюсь, если случайно узнаю, что что-то произошло хотя бы один раз. Думаю, остальные тоже удивятся. Я бы на твоем месте уже давно признался, что состоишь если не в отношениях, что для тебя приблизительно-рвотно, то хотя бы в партнерстве.

— Скорее я признаюсь в анально-финансовых отношениях, чем в чем-то еще! А тебя что так все это беспокоит?!

— Жаль его!

— Не надо, Стив, — вступил Энди. — У нас реально нет отношений. Никаких. Мы вместе, потому что хотим этого. Ничего личного…

— Умный мальчик, — довольно протянул Маккена, потрепав парня за подбородок.

— Отлично. Просто я хотел еще раз убедиться…

— Убедился?

— Вполне.

— В таком случае полирнем это еще разок на танцполе.

Рой схватил высокий барный стул и отнес в гущу танцующих.

— Не умори его насмерть! — вслед крикнул Стив. — Ему завтра еще шест покорять!

— Сегодня тоже! — весело ответил Маккена.

— Мне было бы немного чуть-чуть очень даже как бы приятно, если бы вы хоть иногда интересовались моим мнением, — начал Энди.

— Угу, — согласился Рой. — Сейчас прямо и начну. Для тебя не секрет, что через три с половиной месяца у меня день рождения…

— Я помню. Двадцать восьмого апреля.

— Могу я сейчас заказать подарок?

— Попробуй.

— Хочу от тебя такой танец на шесте…

— Прости, — перебил Энди. — На каком именно?

Рой расхохотался.

— Угадай.

— У меня еще есть время?

— До конца апреля.

— Подумаю. Технически я приблизительно представляю, о чем ты, но…

— Но?

— Я бы просил в отсутствие основного шеста завести в студии вспомогательный, дабы мне тренироваться, не покладая рук…

— По-моему, для тренировки рук у тебя есть все необходимое. Не думал, что для этого необходим дополнительный шест!

— Рой, у тебя и правда отличное настроение.

— Мы станем очень богатыми! Удача оседлала меня…

— Или ты ее?

— Или я ее! — согласился Маккена, стаскивая с Энди футболку.

— Тебя ведь немногие седлают?

— Единицы. И то, если я позволяю.

— Зачем ты бросил ее? — возмутился парень. — Они же затопчут…

— Купим новую-ю-ю.

— И мне опять придется отрабатывать ее.

— По-любому. Сегодня же и начнешь.

— Определись с ценой.

— Детка, я не люблю дешевых вещей. Ты же знаешь. И не только ее-е-е…

Маккену развозило от алкоголя. Это было некое промежуточное состояние между «пьян» и «не пьян». Взгляд мельчал, подергивался влажной, мутной пеленой, волосы липли ко лбу. Энди нравилось. Он считал, что это придает вкус сексуальности. К тому же, тот начинал дурачиться, упуская из виду свои принципы. Те плавились, лишались жесткости и отступали. Рой как-то терял в возрасте, забываясь и заигрываясь.

— Поехали домой, — размягчался парень, облизывая Маккену за ухом.

Того начинало передергивать от удовольствия, и мальчишка догонялся вместе с ним.

— Точно! — всполошился Рой. — Я забыл! Там кое-что есть! Давай! Побежали!

— Стой! Я как бы не очень могу бежать, — напомнил Энди.

— Черт! Поковыляли тогда! Как-то звучит не эротично, но и хрен бы с ним.

— Я уже смирился, — вдруг признался Рой, переступая порог дома. — Это будет со мной вечно.

— Что именно, и почему оно будет вечно?

— Тетка. Я надеялся избавиться от нее, но скорее она избавится от меня.

— Теперь давай все то же самое и с начала, — перебил Энди.

— Детка, у тебя теперь насыщенная программа. Стирка моих подгузников и глажка заштопанных презервативов не вписывается в твой супернапряженный график. Знаешь, покорение вершин шеста со сломанной ногой и мытье полов в позе рака слишком экстремальное мероприятие для одновременного исполнения, чтобы я решился тебя ему подвергать. Правда иногда, при наличии желания и некого подобия свободного времени, если ты будешь совмещать креветки с плесневым сыром, я буду счастлив…

— Рой, больше всего на свете я люблю стирать твои подгузники и гладить презервативы. Оставь Ольгу. Я сам выделю ей самые мало относящиеся к тебе куски пространства.

— А у нас таковые есть? Ладно. Не хочу об этом говорить. Давай совершим восхождение в студию. Только обещай, что закроешь глаза, иначе сюрприза не будет.

Они поднялись.

— Дай мне костыли. Только не подсматривай. Я перенесу тебя немного, а ты терпи изо всех сил, пока я не скажу, что можно.

— Можно начинать бояться?

— Даже уже нужно. Нужно было начинать еще в гостиной.

Рой перенес Энди несколько шагов, опустил на пол, обхватив со спины рукой.

— Смотри.

Парень открыл глаза, а вместе с ними и рот. Случайно.

— Вау, — без особого энтузиазма произнес он, потому что эмоции в силу огромности своего размера намертво застряли в нем.

Энди старался выдавить их, но, как назло, они лезли с успехом жилистого мяса из тупой мясорубки, то есть никак.

— Вещь?

— Ро-о-ой.

Перед глазами мальчишки простиралось белоснежное поле необъятных размеров, покрытое взбитой снежной периной.

— Сексодром, — промямлил Энди, пытаясь при этом сглотнуть. Получилось не до конца.

— И заходить на посадочные полосы со всех сторон удобно.

— Даже при отсутствии тормозного парашюта.

— Даже со сломанным шасси.

Рой подтолкнул, и Энди упал лицом в перину, словно с головой окунулся в воду. Он забарахтался, а после извернулся и засмеялся.

Маккена продолжал стоять и улыбаться.

— Амортизаторы жесткой посадки удачно предусмотрены в комплектации.

— И ты купил все это-о-о? — протянул парень.

— В подарок одному сломанному мальчику. Это, конечно, не ящики с картонками, но все же.

Маккена как-то косо скривил губы, пожал плечами, виновато разводя руки.

Утро явилось под руку с усталостью, зевая и наваливаясь тяжестью на веки. Энди чувствовал, как тяжелеет рука Роя, словно, проваливаясь в сон, он тянул за собой что-то громоздкое. Перина нежно ласкала уставшую кожу. Тело сладко поскуливало, распуская напряженные мышцы. Что-то теплое внутри заботливо расправляло каждую клетку, бережно укладывая на место. Энди засыпал. Он изо всех сил старался отодвинуть этот миг. Совсем капельку. Совсем чуть-чуть. Чтобы продлить свой кусочек счастья. Рой спит, и мальчишка вновь чувствует биение родного сердца. Успокоенное. Ровное. Укачивающее. Будь что будет. Это потом. Может быть. Когда-нибудь. Не сейчас.

* Давай!

Часть 25.Boeing by McKenna company.

25. BOEING BY MCKENNA COMPANY.*

— Ой! — от неожиданности воскликнула Ольга, столкнувшись с голым Роем, выходившим из душа. — Господин Маккена?!

— Что-то не так? — безразлично спросил тот, продолжая вытирать волосы. — У вас такое лицо, словно вы увидели что-то новое. Не падайте в обморок, я все равно не знаю, что с этим делать.

— Простите, я не ожидала вас здесь увидеть…

— А кого, если не меня, простите, вы ожидали здесь увидеть? Конечно, если бы я знал, что вы придете так рано, непременно вышел бы из душа во фраке.

Закончив вытирать голову Маккена, наконец, обернулся полотенцем.

— Так лучше?

— Намного, — нашла в себе силы ответить женщина.

— Не обращайте внимания, — чуть смягчился Рой. — Я немного испорчен, чтобы думать, на кого какое впечатление произвожу. Давайте договоримся: вы не будете падать в обморок, я постараюсь поменьше демонстрировать себя в стиле «ню».

— Буду признательна.

— И как на ваш взгляд, я не совсем безобразен?

— Вас разве интересует, какое впечатление вы производите?

Маккене понравился этот легкий виртуальный шлепок по носу.

— Один ноль в вашу пользу. Вы начинаете мне нравиться, — улыбнулся Рой. — Считайте, вам повезло. Это случается со мной редко.

— Не дай бог, — ехидно улыбнулась в ответ Ольга.

— Два ноль. Вы почти положили меня на лопатки. Итак, перейдем к делу. У вас на сегодня тонны дел. Детка спит и пусть спит. Он только недавно уснул…

— И вы опять мучили его всю ночь, — словно убеждая саму себя, произнесла женщина, не особо заботясь тем, чтобы Рой не услышал.

— Я мучил?! Ну, если трахаться — это мучение, тогда не знаю, что есть удовольствие!

— Он ведь еще совсем… молод.

«Однако, смело для домработницы», — подумал Маккена. — «Если покопаться, в ней, пожалуй, что-то есть».

— А вы предлагаете ждать, пока он состарится? Попробуйте ему это объяснить. Я уже подумываю, не сходить ли мне к кардиологу. Знаете ли, задыхаться начинаю. Как думаете, долго еще протяну?

— Вы, господин Маккена, великий шутник. Изволите пить кофе?

— Кофе-кофе-кофе… Пожалуй, изволю, хотя, не обижайтесь, вы готовите его препогано. Но выбора нет, так что валяйте ваш кофе.

— Вы очень любезны, господин Маккена…

— Рой, — поправил Маккена. — Давайте все упростим. Это ваше словосочетание как-то грузит меня. Эдакий стареющий