(Не)идеальный момент - Меган Куин

как к сестре. И ты выстроила свой бизнес с нуля, не многие люди могут похвастать этим. Это все из-за твоей потери, из-за того, что твои родители не могут быть рядом с тобой.

– Наверное, да, – вздыхаю я. – Боже, как думаешь, я когда-нибудь смогу пережить это?

– Вряд ли. Потерю родителей не так-то просто пережить, но я думаю, что тебе обидно, что ты осталась одна, без них. На это уйдет время, но с каждым днем тебе будет становиться только легче.

– Иногда я все еще ощущаю их присутствие, – тихо признаюсь я, прежде чем отпить очередной большой глоток сидра. – Ночью, когда мне одиноко в своей квартире, я иногда чувствую, что они там, наблюдают за мной.

– Так и есть, – произносит Брейкер. – Они всегда присматривают за тобой. И ты знаешь, когда тебе станет одиноко, ты всегда можешь прийти ко мне. Вот для чего я здесь.

– Несомненно. – Он просовывает руку мне за спину и притягивает к себе поближе. – Ты так важен для меня, Брейкер.

– Ты тоже важна для меня, Лия.

Я сажусь и смотрю ему в глаза.

– Например… как если бы «что бы я без тебя делал»?

– Я стараюсь не думать о том, на что был бы похож день без тебя, – говорит он.

Я смотрю на него, его глаза бегают по моему лицу, мой взгляд также изучает его, и улыбка растягивается на моих губах.

– Почему ты улыбаешься? – спрашивает он, прежде чем допить остатки сидра и поставить банку на стол.

Я присоединяюсь к нему и ставлю пустую банку на кофейный столик.

– Ты совсем не похож на того парня, которого я встретила в колледже. Помнишь ту гусеницу, которая росла у тебя на верхней губе? Отвратительно.

– Эй, нескольким девушкам в колледже мои усы очень нравились.

– Ты про Аманду Фултон? Да, поскольку ей нравился каждый парень с двумя сосками и пенисом, она не обращала внимания на растительность у тебя под носом.

– Правда ли, что соски были для нее обязательным требованием?

Обхватываю ладонями его лицо и отталкиваю, заставляя его рассмеяться.

– Я устала. – Я широко зеваю.

– Потому что мы слишком много выпили, – поясняет он.

– Что ж, я хочу лечь спать. Пока.

– Тогда отправляйся спать. – Он ложится на диван и кладет обе руки за голову.

– Я так и сделаю. – Я поднимаюсь на дрожащие ноги. – Просто сначала мне нужно сходить в ванную.

Я направляюсь к его спальне, а он говорит:

– И куда ты пошла? Твоя квартира дальше по коридору.

– Но удобная кровать прямо здесь. Спасибо.

Машу ему рукой, а затем направляюсь в его ванную, где привожу себя в порядок и чищу зубы.

Я не беспокоюсь о своих волосах, потому что они и так в беспорядке. Я подхожу к его кровати и ложусь на прохладные простыни. Да… это блаженство.

Однажды на Рождество Брейкер купил мне такие же простыни, как у него, потому что я сказала, что очень их люблю, но по какой-то причине на моей кровати они не приносят столько удовольствия. Думаю, дело в матрасе. А еще его постель пахнет его одеколоном, что может вызвать у любого желание утопать в ней.

– Чувствуй себя как дома, – говорит он, расхаживая по ванной.

– Мне не нужно было твое разрешение, но спасибо. – Я перебираюсь на середину кровати и ложусь на обе подушки, оставляя ему ограниченный выбор. Он всегда любит повторять, что я постельный боров, так что вполне могу позволить себе соответствовать этому прозвищу.

Слышу, как он спускает воду в туалете, а затем чистит зубы. Когда Брейкер выключает свет в ванной, он переходит в спальню и опускает механические шторы – чего у меня в квартире нет, и комната погружается во мрак.

Кровать прогибается под его весом, а затем он прижимается ко мне.

– У тебя моя подушка. – Он дергает за нее.

– Эй, я ее уже взяла.

– Ты не можешь спать на двух подушках сразу, – возражает он.

– Я могу делать все что захочу. Я добралась сюда первой.

– Да, но это моя кровать. – Он снова тянет, но я держу крепко. – Отлично. Если ты собираешься продолжать вести себя так, то у меня нет другого выбора, кроме как сделать следующее. – Он обхватывает меня рукой за талию и прижимается своим телом вплотную к моему, чтобы вырвать из моих рук подушку.

– Ты хочешь сказать, что это наказание? Очень на него похоже. – Но в этот самый момент я наслаждаюсь теплом его тела.

– Оно наступит, когда я откачусь в сторону посреди ночи, а ты упадешь с кровати, – предупреждает он.

– А еще говорят, что рыцарский кодекс не канул в Лету.

Он хихикает.

– Если бы ты была моей девушкой, тогда я бы позволил тебе делать все что тебе заблагорассудится. Но дело не в этом. Ты – моя лучшая подруга-тролль.

– Тролль, ничего себе, – поддразниваю я. – Не потрудишься объяснить мне, чем отличается твой захват? Потому что кажется, что ты обнимаешь меня, как свою подружку.

– Нет. – Он сдувается. – Это чисто по-дружески. Если бы ты была моей девушкой, моя рука была бы совсем в другом месте.

– Фу, мужчины всегда хотят засунуть руку женщинам между ног.

– Это не то, о чем я думал.

– О, прости, тогда груди. – Я закатываю глаза, хотя он и не может видеть этого.

– И не о ней, – шепчет он.

– О… дырка в заднице? Не самый очевидный выбор, на первый взгляд, но каждому свое.

Он слегка посмеивается, и я чувствую, как он качает головой у меня за спиной.

– Снова ошибаешься.

– Ну, можешь считать меня окончательно сбитой с толку, потому что я не могу придумать другого места, куда можно засунуть твою руку. Можно, конечно, попробовать в рот, но я могу задохнуться.

– Я бы не стал засовывать руку ни в одно из указанных тобой мест. – Он медленно проводит ладонью по моему животу, заставляя его напрячься от его прикосновения. – Видишь ли, дело не в очевидном прикосновении. Речь идет о еле заметном. – Он скользит рукой вниз к обнаженному участку кожи и очень легко проводит по нему пальцем. – Вот как бы я прикоснулся к моей девушке. Так, чтобы она знала, что я здесь, но без намека на что-то большее.

– О! – Я слегка задыхаюсь, потому что мне очень приятно. – Брайан, э-э-э… Он никогда так ко мне не прикасался. Он был не большим любителем обниматься.

– Его упущение. – Брейкер продолжает водить пальцами по моей коже.

– Он никогда ничего не делал со мной. Это заставляет меня задуматься, не считал ли он меня просто непривлекательной.

– Невозможно. – Его пальцы