Мир, который без меня. Альтернативный гей-роман. Книга 1. - Ольга Любарская

и выпили, скрепив тост крепким объятием на троих. Есть в этом какая-то ноу-хау-идея. Карамельные флюте. Выпил из них, ими же и закусил.

* Пожалуйста, останься.

Часть 24. Come on!

24. COME ON! *

Рой пребывал в отменном настроении. Жизнь благоволила ему, удача вновь раскрыла дружеские объятия, и он был счастлив. Он только что закупил тонны цемента, нанял высококвалифицированную строительную бригаду и теперь с удовольствием наблюдал, как статуя его свободы вновь сияет обновленными золотыми переливами. Жизнь удавалась. Он получил все, что хотел. Его востребованность росла в прямой пропорциональности к количеству закупленной брендовой одежды. Маккена вновь был элегантен, дерзок и нестандартен. Контракты сыпались, словно монеты из дырявого мешка, и ему стало неохота подбирать каждую.

В студии тоже все было под контролем. Энди продолжал быть нетранспортабельным, домашним и уютным. Ольга помогала по хозяйству и следила, чтобы парень не пропускал прием лекарств. Мальчишка развлекал себя готовкой. Опираясь коленом о табуретку, он ваял уникальные блюда, и Рой вновь был сыт. Пицца с плесневым сыром. Плесневый сыр с креветками. Креветки с тальятелли. Тальятелли с курицей. Курица с пармезаном. Пармезан с ветчиной и грибами. Грибы с начинкой из томатов. Томаты с начинкой из сыра с плесенью… Энди тоже, наконец, начал есть. Сказать, что он пополнел, было трудно. Скорее парень чуть оброс мяском, и щеки приобрели легкий оттенок розовой пыльцы.

Стива тоже тянуло вверх. Он задумал новые программы и сокрушался, что не может включить в них мальчишку. Идеи разрывали его изнутри, и Шон едва сдерживал этот энергетический поток. Он напоминал коллектор под высоким давлением, который то и дело прорывало то тут, то там.

Рой прилетел домой бодрый, впуская вместе с собой клубы морозного воздуха.

— Добрый день, господин Маккена, — вежливо и монотонно поздоровалась Ольга.

— Добрый.

— Есть будете?

— Что у нас?

— Мальчик приготовил ваши любимые гнезда с креветками.

— Хочу.

— Сейчас подогрею…

— Мальчика хочу, — перебил Рой, состроив ехидную гримасу.

Он швырнул на диван пальто, шарф и взбежал по лестнице. Молодо, словно ему не больше пятнадцати. Энди даже не успел опомниться, когда тот сгреб его и начал тискать.

— Диван скрипит так, что, наверное, все соседи в курсе, сколько заходов и толчков я сделал, — улыбнулся Маккена, перебирая волосы парня.

— Ты сегодня какой-то странный, — заметил Энди.

— Неужели?

— Что тебя так возбуждает?

— Ты.

— Но мы только что закончили. А если честно?

— Я чертовски удачлив!

— Ну, наверное, это единственная причина, почему я здесь, — улыбнулся мальчишка.

— Наверное, ты никогда не перестанешь быть мелким засранцем.

— А надо?

— Наверное, это единственная причина, почему ты здесь.

— И все же, Рой, что случилось?

— Во-первых, заеду через пару часов, и мы поедем в клуб. Стив хочет, чтобы ты посмотрел, что там Майкл вытворяет на шесте. Во-вторых, у тебя сегодня танцы до упада. А в-третьих, вечером сюрприз.

— Ну, если первое и третье еще как-то понятно, то хотелось бы прояснить техническую сторону второго.

— Увидишь. Будь готов, скоро вернусь.

Рой улетел так же мгновенно, как и появился.

— Вы же сказали, что будете обедать! — удивилась Ольга, видя, что он натягивает пальто.

— Уже пообедал!

Сказал, и хлопнувшая дверь лишь подытожила его слова.

— Не понимаю, — раздосадованно произнесла женщина, когда Энди кое-как спустился вниз, — как вам удается уживаться с его таким характером.

Парень улыбнулся.

— Не обращайте внимания. Рой есть Рой.

— Да уж. Он даже при смерти не переставал им быть.

— Мне нравится в нем это.

— Нравится?

— Хотите честно?

— Интересно.

— Не будь он таким, меня бы здесь не было.

— И все же, не могу понять, что вас удерживает вместе.

— Ничего не удерживает. Нам так нравится. Я люблю его.

— Чего не сказать о нем, — вздохнула Ольга, но Энди услышал ее слова. — Он пользуется вами.

— Вы неправы. Он дает мне много больше, чем вообще способен.

— Неужели вам не хочется чего-то иного? Будущего другого, например?

— Когда он меня подобрал, у меня и настоящего-то не было. Мне не надо будущего. Я счастлив сегодняшним днем, и пока он позволяет себя любить, я буду рядом.

— Все равно не понимаю…

— Просто примите и все. Так будет проще.

— Я никогда не встречала молодого человека, похожего на вас.

— В смысле?

— Вы столь юны, а говорите, как человек, проживший долгую жизнь.

— Так и есть.

— Энди, а вам никогда не хотелось получить большего, чем просто, как бы это лучше сказать…

— Быть его мальчиком?

Ольга чуть покраснела. Мальчишка сказал это так спокойно, словно иного и не могло быть.

— Я не это имела ввиду.

— Скажу так. Я согласен на любое место, которое он выделит для меня в своей жизни, сколь мало оно бы ни оказалось. Странная вещь - вы никогда не задумывались над тем, что мы любим людей не за их половую принадлежность, а за что-то иное? Оно не имеет возрастных рамок, не бывает мужским или женским, не имеет цвета волос или глаз. Мы любим людей, и сами не знаем за что. Он столь дорог для меня, сколь ничто другое. Меня избили только за то, что я осмелился позволить себе его любить. Так везде. Если люди считают кого-то геем, они почему-то перестают видеть в нем человека. Их не волнует ничего, кроме его отношений в постели, и никто никогда не задумывается о том, что они мало чем отличаются от их собственных. Все то же самое, лишь меньше на одну возможность в силу физиологии. Люди отвергли меня дважды. Когда я попал на улицу и когда понял, что хочу быть с мужчиной. Так какое из прегрешений больше? Он дал мне дом, еду, одежду, постель. Я же ему - то, что могу. То, что у меня есть. Себя. Грешник ли я после этого больше тех, что проходили мимо, отворачиваясь?

Энди говорил так откровенно, что Ольга задумалась. Сколь неприятен был для нее Рой, столь горячо говорил о нем мальчик. Она не знала, что сказать. Нет, можно, конечно, спорить, но стоит ли? Нужно ли это, или все же следует попробовать услышать? Понять как-то?

— Вы хороший человек, Энди, — наконец сказала женщина, — и вы достойны того, что делаете.

— Спасибо, — парень улыбнулся. — На самом деле Рой не такой, как кажется. Ему просто так легче.

— Ну, дай бог. Ой, пока мы тут разговаривали, еда остыла, а если он узнает, что вы не ели…

— Я приму удар на себя. Обещаю. Давайте быстренько перекусим, а то хуже, если он вернется, а я не готов. Не знаю, что тогда меня спасет.

— Вы хорошо готовите. Где-то учились?

— Это было со мной всегда. Я лишь заглянул в книгу, чтобы понять, что все и так давно знаю. Могу научить, коли появится желание. Кстати, Рою тоже очень удается одно блюдо. Он готовит его отменно.

— Какое?

— Курица по-тайски из соседнего супермаркета. На ней так и написано: «Просто залей водой и наслаждайся».

Ольга засмеялась. Энди не удержался тоже. Сквозь всю тяжесть жизненного опыта изнутри него светился ребенок. «Они зовут его деткой», — подумала она. — «Он детка и есть».

Стив фонтанировал. Он был доволен собой, Майклом, шестом… Майкл и правда был хорош. Энди даже почувствовал вкус зависти. Чуть горьковатый. Чуть солоноватый.

— Ну как?! — не мог утерпеть Шон, пружиня вокруг.

— Завидно, — сознался парень.

— Это все?!

— Очень завидно, потому что классно!

— Я загнал его в спортзал…

— Постой! Он же и так туда ходил?

— Вот именно, что ходил. Приходил, уходил, а теперь парится.

— Как бы и мне хотелось, — раздосадовано подумал вслух Энди.

— Так. Майки, отдохни, а ты иди сюда! — весело сказал Стив, делая побудительный жест рукой.

— Я? — не понял парень.

— А что, я? Я и так здесь! Давай ползи на сцену! Тащи сюда свою задницу!

— Стив…

— Совершенно верно! До сих пор Стив!

— Но…

— «Но» хорошо уместятся у тебя поглубже в одном месте! Ползи сюда, говорю!

Энди колебался.

— Ты наконец поднимешься или будешь продолжать плодить лисиц?! — не унимался Шон.

Мальчишка решительно, ну, насколько мог, направился к сцене. Слава богу, но костыли слегка гасили его раздражение.

— О! Вижу злость в глазах! Хороший признак!

Стив подставил стул вплотную к шесту.

— Садись. Если ты сломал ногу, это не значит, что ты инвалид и не можешь тренироваться. Здравая доля поддержки с моей стороны тебе обеспечена. Остальное ты сделаешь сам. Вопросы?

— Уверен? — как-то по-особому спросил