Остров порока и теней - Кери Лейк
— Спасибо.
Не поднимая глаз, Марсель вытирает слёзы. Женщины никогда не смотрят на меня. Говорят, если посмотрят, я якобы очарую их и затащу в постель или что-то в этом роде, и передам им всё своё невезение.
Учитывая, что я, вероятно, в дальнем родстве с половиной острова, я бы не тронул этих девушек. Когда у меня возникает желание, я еду в Новый Орлеан или другой город вне трёх соседних приходов. Там — одна ночь, и они никогда не узнают моего настоящего имени.
— Ещё кое-что, — говорю я, поправляя манжеты костюма, на которых брызги крови. — Ещё раз увижу тебя за клубом — ты уволена.
Хотя чаевые здесь лучшие во всей Луизиане, некоторые девушки подрабатывают, встречаясь с клиентами за клубом. Это опасно — особенно с такими, как этот тип, который бы взял своё бесплатно.
Потому что без кого-то достаточно безумного, чтобы его остановить, он может.
А поскольку клуб не лицензирован как бордель, это ещё одна проблема для властей. Даже мои связи не спасут, если картель подумает, что я могу договориться с полицией.
— Я понимаю, мистер Бержерон. Это больше не повторится, обещаю.
Она всё ещё не поднимает взгляд, и правильно — я не человек, которого трогают эмоции. Сочувствие исчезло во мне много лет назад, оставив лишь голую апатию.
— Готовься к следующему выходу. И совет: если у него на шее тату «М», держись подальше.
Это звучит снисходительно, но большинство здесь знают, что лучше держаться подальше от Matamoros.
Может, она думала, что деньги, которыми он размахивал, сами окажутся в её стрингах. Но так эти ублюдки не работают.
Они просто считают, что им всё обязаны.
Возможно, так и есть.
Но не в моём клубе.
В моём кабинете этот тип уже сидит, обмякнув в кресле рядом с Люком.
— Спасибо, что притащил его сюда, — говорю я Леви.
— Оставлю это тебе, босс.
— Молодец.
Я наливаю себе бурбон и поднимаю второй стакан, глядя на Люка.
— Mais, нет. В прошлый раз после такого я оказался мордой в болоте.
Я невольно улыбаюсь.
— Я пойду. На следующей неделе идём рыбачить.
— Договорились.
— C’est la vie11.
Он кивает на лежащего рядом.
— Веселись с этим идиотом.
Он прав.
Любого другого за такое уже бы повесили в назидание.
Я поднимаю стакан.
— Laissez les bons temps rouler.
Пусть, блядь, хорошие времена продолжаются.
ГЛАВА 3
Тьерри
В идеально выглаженном сером костюме, с кубинской сигарой, зажатой между губами, Хулио расхаживает по комнате, заложив руки за спину. При росте метр семьдесят восемь он не выглядит особенно устрашающим, но однажды я видел, как он вонзил нож человеку в горло за то, что тот назвал его Джулсом12.
Один из его людей стоит у двери на страже, но я его игнорирую. Вместо этого, сидя за своим столом, я подавляю желание выбить из черепа тот взгляд «я тебя выебу», который на меня бросает Розовая Рубашка, сидя, словно ребёнок отправленный к директору, и прикладывая лёд к носу.
— Итак, ты говоришь, что он проявил к тебе неуважение и твое решение — разбить ему лицо?
Только из уважения к Хулио я первым разрываю этот взглядовой поединок, переводя внимание обратно на него.
— Он домогался одной из моих танцовщиц.
— И ты разбил ему лицо. Из-за какой-то шлюхи-танцовщицы? — губы Хулио кривятся в отвращении, он наклоняет голову, изучая меня.
Краем глаза я замечаю мерзкую ухмылку Розовой Рубашки и вдруг жалею, что не убил этого ублюдка раньше.
Лучше просить прощения, чем разрешения.
— Она лучшая танцовщица в этом клубе. Привлекает больше чаевых и клиентов, чем кто-либо другой. А значит — больше денег. — мой взгляд снова падает на Розовую Рубашку. — Если только она не занята каким-нибудь дешёвым ублюдком, который любит трогать, не заплатив.
Он подаётся тазом вперёд.
— Chupa mis bolas, puto!13
Хулио поднимает руку, заставляя этого мелкого ублюдка замолчать, из-за которого у меня дёргается палец на спуске. С тяжёлым выдохом Хулио щиплет переносицу, закрыв глаза. Он вытаскивает пистолет из кобуры сбоку и, даже не прицеливаясь, стреляет Розовой Рубашке в голову, разбрасывая куски мозга и кости по бледно-серому ковру моего кабинета и на такие же бледно-серые стены.
Я даже не вздрагиваю.
Вид того, как пуля разрывает человеческий череп не удивляет меня. Честно говоря, я ожидал большего. Хулио не глуп. Человек, который проявляет неуважение и привлекает столько внимания, — тот, кому нельзя доверять. А при тех деньгах, которые картель зарабатывает в последнее время, для неаккуратных киллеров нет места.
Пистолет всё ещё в руке, он машет им в сторону Розовой Рубашки, теперь обмякшего и истекающего кровью в кресле, и поворачивается к более крупному мужчине у двери.
— Позови кого-нибудь убрать это чёртово месиво.
С резким кивком тот достаёт телефон, а Хулио занимает свободное место рядом с телом.
— Lo siento14, мой друг. Возможно, придётся заменить ковёр.
Наклонившись вперёд, я наливаю два напитка и пододвигаю один Хулио.
— Не проблема.
Он одним глотком осушает стакан и протягивает его за добавкой, и я наливаю ещё.
— В наши дни трудно найти хороших людей.
— Могу представить.
— Поэтому мне придётся попросить тебя об одолжении.
Putain15. Я должен был увидеть это за километр, но был слишком отвлечён событиями вечера и даже не подумал о последствиях.
— У меня есть работа, которую я могу доверить только неуловимому Чёрному Волку.
Это прозвище заставляет меня внутренне застонать. Недостаточно того, что местные называют меня чёртовым оборотнем, так ещё и картель подхватил этот пафосный образ суперзлодея благодаря Хулио, который в начале моей криминальной карьеры использовал шрам из моего детства, чтобы заклеймить меня опасным киллером.
— Поскольку я лишился одного человека, мне нужно, чтобы ты его заменил.
Маленький параноидальный голос в голове говорит, что он всё это подстроил. Может, специально устроил, чтобы Розовая Рубашка по глупости пришёл в мой клуб с желанием умереть, чтобы у Хулио был идеальный повод отправить меня на дело.
Я уже пару лет не занимаюсь заказными убийствами. Перешёл к отмыванию денег, чтобы оставаться достаточно полезным и не стать
