В одно касание - Стефани Арчер

class="p1">Между нами возникает напряжение, и его взгляд падает на мои губы. Он смотрит так, будто хочет поцеловать меня, и у меня внутри все тепло и приятно переворачивается.

– Мы дома, – слышу я голос отца у Джейми из-за спины, и мы расступаемся.

Родители поднимаются по лестнице и болтают, но останавливаются как вкопанные, увидев Джейми. Они были у друзей, и я думала, что они вернутся позже.

У папы округляются глаза, как будто он увидел привидение.

– О господи! – Он резко протягивает руку с дружелюбной и чересчур широкой улыбкой. – Какого черта Джейми Штрайхер делает у меня на пороге? Кен Хартли.

Джейми пожимает ему руку.

– Рад познакомиться, сэр. – Он приятно улыбается моему отцу, а Хейзел, наблюдая за всем этим с кухни, с недоумением глядит на меня.

– Сэр? – одним ртом повторяет Хейзел, и я пожимаю плечами.

– А, это тот хоккеист! – хлопает в ладоши мама. – Мы так много о вас слышали!

Он снова улыбается, и я вспыхиваю. Не так уж много они о нем слышали. Ну, упоминала я его пару раз. И что?

– Здравствуйте, миссис Хартли, – здоровается Джейми, кивая.

Она сразу же заключает его в объятия. Ее голова едва доходит ему до плеч.

– Зови меня Морин, дорогой. Пойдемте внутрь. А то простудитесь.

Мы всей толпой заходим в дом, и мой отец снова отмечает, как неожиданно для него принимать в своем доме самого Джейми Штрайхера. Это одновременно и мило, и жутко неудобно. Но, кажется, Джейми все равно. Он просто улыбается и отвечает на его вопросы.

Входит Хейзел, и Джейми ей кивает.

– Хейзел.

Удивительно, но она смотрит на него без отвращения.

– Привет. Ты все-таки это сделал.

Он кивает.

– Сделал.

Хейзел смотрит на меня, и, кажется, она довольна.

– Хорошо.

– Пожалуйста, присаживайтесь, – приглашает отец, оказавшись в гостиной. – Я принесу что-нибудь перекусить. Джейми, хочешь пива?

Джейми утвердительно кивает.

– Да, пиво было бы отлично.

– Есть предпочтения? – У меня возникает чувство, что назови Джейми любую марку, папа сразу бы понесся в магазин.

– Да что есть, – говорит Джейми. – Я не привередливый.

– «Миллер» светлый пойдет?

– Отлично.

– Замечательно. – Отец исчезает на кухне, и почему-то Джейми снова улыбается.

Пока мы сидим в гостиной, я судорожно изучаю взглядом то нашу старую мебель, то дурацкие безделушки на полках, то наши с Хейзел смешные детские фотографии. Джейми останавливается перед потешной фоткой из второго класса. Я широко улыбаюсь, прямо-таки от уха до уха. И у меня не хватает двух передних зубов.

Джейми наклоняет голову набок, глядя на фотографию.

– В тебя шайба попала, Хартли?

Я закатываю глаза, а мама смеется.

– Я забыла, что в этот день фотографировались, – говорит ему она. – Ты бы видел мое лицо, когда Пиппа пришла домой и мне об этом сообщила.

Взгляд Джейми задерживается на фотографии, и мне кажется, что он снова улыбается.

– Очень мило.

Папа носится по комнате с подносом и предлагает Джейми пересесть на свое раскладное кресло, где обычно сидит сам, когда смотрит хоккей. Внутри я корчусь от стыда, но Джейми по-прежнему вежлив и дружелюбен и охотно отвечает на все вопросы папы, касающиеся исключительно хоккея и всего с ним связанного.

Через полчаса мама смотрит на часы.

– Пора ставить курицу в духовку. – Она смотрит на Джейми. – Ты ешь курицу?

– Эм… – он смотрит на меня. – Да?

Я одариваю его самой теплой улыбкой.

– Надеюсь, ты не думал, что сможешь уйти, не поужинав?

– Ты просто обязан остаться на ужин, Джейми, – пыхтит отец.

Джейми смеется.

– С удовольствием. Спасибо.

– А где ты остановился? – спрашивает мама.

Джейми неловко запускает пятерню в волосы.

– Я пока не знаю. Я смотрел гостиницу на Мэйн-стрит. С нее и начну.

Глаза моего отца становятся как плошки. Иногда он слишком бурно реагирует.

– Ты не забронировал номер? – Он горестно качает головой. – Теперь и не получится. В это время года все занято.

Мама кивает.

– Ты должен остаться у нас.

– Что?! – в ужасе закашливаюсь я. Джейми привык останавливаться в пятизвездочных отелях с огромными кроватями и телевизорами, по которым показывают HBO, а не в домах с мебелью старше меня. Наши с Хейзел кровати покупали, когда мы были еще подростками, а в гостевой – и того раньше. – Джейми не хочет оставаться у нас. Мы найдем ему какой-нибудь гостевой дом или что-то такое.

– В это время? – спрашивает папа, как будто я сумасшедшая. – Пиппа, сейчас почти пять часов. Я понимаю, что это не бог весть что, – говорит он Джейми, – но у нас есть гостевая комната специально для вас.

Я уже готова снова протестовать, но Джейми кивает родителям:

– Я с удовольствием останусь у вас. – Я смотрю на него выпученными глазами, а он отвечает мне веселым взглядом. – Если Пиппа не против.

– Отлично! – подскакивает отец. – Пойду помогу Морин с курицей, а потом сразу вернусь. Еще пива?

Джейми кивает.

– Спасибо, Кен.

Папа лучезарно улыбается, и я понимаю, что он счастлив, потому что Джейми назвал его по имени. Я изображаю шок, глядя на Джейми, но у меня в груди все пляшет.

А это что за новая версия моего угрюмого вратаря?

Глава 49. Пиппа

ВЕЧЕРОМ МАМА утаскивает отца, чтобы дать Джейми передохнуть, а Хейзел поднимается в свою комнату, так что в гостиной остаемся только мы с Джейми. Мы сидим на диване и смотрим «Эльфа»[13]. А еще пьем горячий яблочный сидр – это давняя традиция нашей семьи, и от запахов корицы, мускатного ореха, гвоздики и звездчатого аниса в доме потрясающе пахнет.

– Давай сделаем такой дома, – говорит Джейми, и я таю.

Мне нравится, как он говорит слово «дом».

Мне нравится, что он прилетел в Силвер-Фоллс.

Мне нравится проводить с ним время, даже просто сидеть в гостиной в поношенных домашних штанах. Я никогда не видела его спокойнее и довольнее, чем сейчас.

– Все нормально? – показываю я на нашу обшарпанную гостиную. – Мы можем сходить в бар или еще куда-нибудь.

Джейми пихает меня в бок.

– Я именно там, где хочу быть.

На экране Уилл Фэрелл скачет в костюме эльфа и визжит от восторга, увидев Санту. Я смеюсь.

– Мама ищет психотерапевта, – говорит Джейми.

Я оживляюсь.

– Правда? Это отлично!

Он облегченно кивает.

– Да. – Он почесывает затылок, а потом смотрит на меня. – Знаешь, ведь это благодаря тебе.

– Мы точно этого не знаем.

– Так и есть! Она сама мне сказала, что это из-за вашего с ней разговора.

Мое горло сжимается от эмоций.

– Правда?

Он снова кивает, и его мягкий взгляд блуждает по моему лицу.

Мне хочется забраться