Целуй и молчи - Меган Куин

Хорнсби, а затем ведет Винни обратно к камню.

Вот черт!

– Я хочу услышать постыдные истории о Пэйси, – говорит Винни под треск костра.

После того как парни объединились против меня и после трех раундов победили, я сидя наблюдал, как они расстреливают друг друга, а в конце объявляют победителем Винни. Было довольно комично наблюдать, как она кричала и бегала зигзагами – ее классический прием – в то время как другие парни стремились спрятаться в лесу.

Когда Стефан позвал нас ужинать, мы быстро сменили мокрую одежду и насладились домашней пиццей, скажу я вам, чертовски вкусной. Я выяснил, что Винни очень любит мясо, чему удивился, ведь всегда думал, что из-за аллергии на яйца она веган. Но нет, она не против поесть и мясные блюда. Когда с ужином было покончено, Тейтерс принес ингредиенты для смора[15], и мы все пошли к костру, где пожарили домашнее маршмэллоу и в итоге наелись до отвала. Сейчас Винни, одетая в одну из моих толстовок «Ванкуверские задиры», которая ей чертовски идет, прижимается ко мне, и мы все наслаждаемся беседой у костра. Плывущие по небу облака время от времени заслоняют звезды над нашими головами.

– Совсем не обязательно говорить обо мне, – бросаю я, крепко сжимая Винни.

– Ну нет, мне нравится эта идея, – отвечает Поузи, беря последнее лакомство. Для меня загадка, откуда у этого парня такой рельефный пресс, если он потребляет столько ерунды. Видимо, ему повезло с генами.

– С чего бы начать? – размышляет Тейтерс, постукивая пальцем по подбородку. Холмс держит у лица книгу и произносит:

– Фиаско с коньками.

Холмс, какого черта?

– Нет, там все было нормально, – говорю я, отмахиваясь. – Подробности ни к чему.

– Ого, раз Пэйси хочет скрыть эту историю, значит, случилось что-то занятное, – радуется Винни. Тейтерс и Хорнсби смеются, пытаясь прикрыть рты.

– Да, классный случай, – высказывается Поузи. – Чертовски содержательный.

– Давайте послушаем подробности.

– Знаете, – зеваю я, – кажется, я устал, и тебе, Винни, тоже не помешает поспать. Лучше бы нам отправиться по комнатам.

Не обращая внимания на мои слова, Поузи наклоняется к Винни и говорит:

– В прошлом году перед первой домашней игрой сезона они вручали Лоусу приз «Везина Трофи».

– Что это такое? – спрашивает Винни.

– Награда лучшему вратарю сезона, – объясняет Хорнсби. – Твой мальчик получал ее пять раз.

Винни поворачивается ко мне и удивленно выдает:

– Ничего себе, это правда?

Я наклоняюсь к ней и шепчу:

– Не смотри так удивленно, я и правда отлично выполняю свою работу. – По крайней мере, так было, пока меня не ударили по голове.

– Так вот, – продолжает Поузи, – это настоящая церемония с кучей болельщиков, и там присутствовал один парень, Игорь Новиков. Он ненавидел Лоуса, потому что, по словам самого Нови, однажды вечером Лоус украл его девушку.

– Да вы что, это правда? – спрашивает Винни.

– Нет, я ничего такого не делал, хотя он утверждал обратное. Неадекватный псих.

– Перейдем к сути, – напоминает Тейтерс. – Он знал, что Пэйси будет получать награду на льду, поэтому приклеил скотч к нижней части коньков.

– И что случилось? – спрашивает Винни.

Хорнсби усмехается.

– Со скотчем невозможно скользить по льду. В зале прозвучала фамилия Лоуса, конечно же он вскочил со скамейки и… упал прямо на глазах у десятков тысяч людей.

Винни прикрывает рот рукой и смеется.

– А поскольку он парень гордый, то продолжал пытаться встать. После третьего падения догадался – что-то не так, и вместо того чтобы покатиться за наградой на коньках, осторожно отправился по льду без них, а добравшись, еще раз поскользнулся и приземлился лицом в грудь жены комиссара.

– Ты шутишь. – Винни громко смеется. – Такого не может быть.

Молчаливый, но чрезвычайно опасный Холмс вручает Винни свой телефон, на котором открыто видео с церемонии награждения.

– Чувак, какого хрена?

Холмс не отвечает, просто возвращается к своей книге, а Винни нажимает кнопку воспроизведения. Мы вместе смотрим, как я поскальзываюсь и падаю на лед. Винни снова подносит руку ко рту и тихо смеется. Я на цыпочках иду по льду и вдруг стремительно лечу лицом прямо в декольте дамы.

– Боже мой, это… Никогда не видела ничего смешнее.

– А вживую получилось просто незабываемо, – говорит Тейтерс. – Иногда, когда нам надо взбодриться, я люблю показывать это видео на телевизорах в раздевалке.

Винни пересматривает запись, и поскольку ей явно весело, я не обижаюсь, несмотря на то, что она смеется надо мной.

– А этот парень, Нови, все еще в команде? – спрашивает она.

– Нет, его продали в прошлом сезоне. Сейчас он играет в Нью-Йорке.

– Не исключено, я подпишусь на его страничку в соцсетях. Или он не фанат соцсетей?

– Еще какой, – смеется Тейтерс. – Он любит привлекать к себе внимание. Парень постит только свои фотографии, и обязательно без рубашки.

– О, я как раз люблю такой контент.

Я сжимаю Винни, и она смеется, возвращая Холмсу его телефон. На этот раз она и правда зевает и еще теснее прижимается ко мне.

– Устала? – спрашиваю я.

Она кивает.

Поэтому я пользуюсь моментом, пока парни не начали рассказывать новые истории, потому что знаю, у них в запасе масса рассказов, и встаю со стула.

– Я устал, – объявляю я и тяну Винни, побуждая подняться. – Боюсь, вы можете ляпнуть лишнего, поэтому увожу Винни с собой.

– Конечно-конечно, – произносит Тейтерс. – Именно поэтому ты и забираешь ее с собой.

Игнорируя его комментарий, я прощаюсь со всеми, Винни следует моему примеру, затем кладу руку ей на плечо, и мы направляемся в дом и идем по коридору, ведущему в наши комнаты.

– Замечательный получился день, – говорит Винни. – Пэйси, ты классный.

– Удивительно, что тебе потребовалось столько времени, чтобы это понять.

– Ничего себе самомнение.

– Как и у всех хоккеистов, – говорю я, когда мы подходим к ее комнате. Она поворачивается ко мне и прислоняется к двери.

– Поцелуешь меня на ночь? Или мне снова придется делать все самой?

– Разве не может мужчина поиграть в недотрогу?

– Значит, вот что ты делал? – спрашивает Винни, дергая меня за футболку и притягивая ближе.

– Я не стану выдавать свои секреты.

Она смеется и проводит рукой по моей груди, а я пользуюсь моментом и упираюсь рукой в дверь рядом с ее головой, а затем скольжу ладонью вверх и касаюсь ее щеки. День выдался не просто хорошим, а одним из лучших за последнее время. Да, я ревновал, когда она рассказывала о Джоше, но очень хотел узнать, как угодить ей, порадовать ее. И я был рад видеть, как легко она общается с моими