Эти три коротких слова - Меган Куин

И да, мне накладывали швы.

Илай: Я думал, у тебя уже почти прошла тошнота по утрам.

Пенни: Так и есть. По-моему, это все потому, что у стажера был совершенно отвратительный одеколон. Серьезно, меня даже замутило. Но не могла же я ему это сказать.

Илай: Ладно. Но сейчас все хорошо?

Пенни: Дааа, Илай. Я в порядке.

Илай: Ну-ну, полегче. Ладно, вернемся к вопросу. Из-за чего тебе накладывали швы? И куда?

Пенни: На ладонь. Я резала бублик, но в итоге случайно раскромсала себе руку. Бублик я потом использовала, чтобы остановить кровотечение.

Илай: И как, тебе после этого запретили резать бублики?

Пенни: Как ни странно, на следующий день я обнаружила на кухне специальное устройство для нарезки бубликов. Пэйси и по сей день это отрицает, но когда я показала ему свою разрезанную ладонь, он свалился в обморок. Он сказал, что просто устал, но мы все знаем, что он просто не вынес вида крови.

Илай: Запомню это на будущее, чтобы поиздеваться над ним, когда мы снова станем друзьями.

Пенни: Ты сделал то, что я сказала?

Илай: Припереть его к стенке и потрепать по макушке?

Пенни: Да.

Илай: Нет, потому что это был ужасный совет.

Пенни: Откуда ты знаешь? Ты ведь не пробовал.

Илай: Я посоветовался с Поузи. Он сказал, что если я хочу получить удар по ребрам, то идея хорошая.

Пенни: Хм-м. Мне казалось, парни так постоянно друг с другом общаются.

Илай: Это все равно что предположить, что у вас с Винни вчера была драка подушками, только на основании того, что она осталась на ночь.

Пенни: А откуда ты знаешь, что не было?

Илай: Правда, что ли?

Пенни: Нет.

Илай: А я о чем. Поверь мне, это был не самый лучший совет.

Пенни: Хочешь, я опишу ему эту сцену и спрошу, что бы он сделал?

Илай: Господи, нет.

Пенни: Ты уверен? Я совсем не против с ним поболтать.

Илай: Ради всего святого, ничего ему не пиши.

Пенни: Уже написала. Жду ответа.

Илай: Ты что? Пенни! Ты серьезно?

Пенни: Нет, просто ты очень смешно ноешь. И прежде чем ты разозлишься, подумай вот о чем: я беременна и меня тошнит. Развлечений у меня осталось не так уж и много. Не отбирай последнее.

Илай: Знаешь, ты столько раз меня обманывала, что я уже никогда не смогу тебе доверять.

Пенни: Не могу тебя за это винить.

Пенни: Ты рад, что еще всего две игры, и вы вернетесь домой? Поездка выдалась долгой.

Илай: Я рад предстоящей встрече со своим добрым другом диваном.

Пенни: Ты ведь знаешь, что можешь спать в моей кровати, да? Я даже предлагала тебе это перед тем, как ты уехал.

Илай: Да, но у тебя при этом был такой оскал, что я решил не рисковать. Оскал уже прошел?

Пенни: Не было никакого оскала.

Илай: Был. У тебя даже уголки рта подергивались. Честно говоря, зрелище было еще то. От такого бы сахар с леденца осыпался.

Пенни: Э-э… Сахар с леденца? Осмелюсь спросить: откуда ты взял это ужасное сравнение?

Илай: Ну, честно говоря, это первое, что пришло мне в голову.

Пенни: В твоих метафорах чудятся какие-то социопатические нотки. Меня это тревожит. Возможно, тебе не стоит спать в моей кровати.

Илай: Нельзя так играть с моим сердцем… и с мышцами спины.

Пенни: Так ты социопат?

Илай: Не могу сказать, что меня так когда-либо называли. Хочешь, за меня поручатся?

Пенни: Пойдет. Назови своих поручителей.

Илай: Леви Поузи и Холси Холмс.

Пенни: Им я доверять не могу.

Илай: Даже Холмсу?

Пенни: С трудом. Но нужно, чтобы он был один и не находился под воздействием твоего пристального взгляда.

Илай: Это я могу устроить.

Пенни: Хорошо. А теперь я должна спросить: что ты ел на ужин? По телевизору ты выглядел как-то не так, как обычно. Теперь мне интересно – вдруг это из-за ужина?

Илай: «Не так»? Лучше или хуже обычного?

Пенни: Ну, допустим, лучше.

Илай: О, неужели?

Пенни: Господи. Забудь, что я сказала.

Илай: Нет, расскажи, насколько лучше я выглядел.

Пенни: Спокойной ночи, Хорнсби.

Илай: Илай.

Пенни: Будешь себя так вести – останешься Хорнсби.

Глава 16

Илай

Я вваливаюсь в конференц-зал отеля – волосы растрепаны, на мне спортивные штаны, футболка с логотипом «Агитаторов» и шлепанцы, – где для нас приготовили завтрак. Вчера я допоздна не спал, читая о втором триместре беременности и о том, чего ожидать от невероятно непредсказуемой Пенни Лоус.

Вот что я узнал: станет заметен живот, а еще мы сможем узнать пол будущего ребенка, что, на мой взгляд, очень волнительно. Правда, я не уверен, захочется ли ей это узнавать. Если Пенни решит подождать, то, конечно, я буду ждать вместе с ней, изнывая от любопытства, но я надеюсь, что ей тоже интересно.

Подняв голову от телефона – я снова залез проверить рейтинг команд, – я замечаю в дальнем углу Пэйси, склонившегося над тарелкой с яичницей. В руках у него телефон. Обычно я бы, не задумываясь, сел рядом, но сейчас, когда отношения у нас натянутые, я подхожу к буфету, беру тарелку и мучительно размышляю, подойти к нему или нет.

Я накладываю себе на тарелку яичницу с беконом, фруктовый салат и кекс с отрубями. В каждом отеле всегда подают одно и то же. Таким образом мы избавлены от мук выбора, что же взять на завтрак, и в то же время едим разнообразно и сбалансировано. Некоторые отели предлагают еще и выпечку, но в целом все остается по-прежнему.

Наполнив тарелку, я наливаю себе воды и поворачиваюсь к столику Пэйси. Он сидит ко мне спиной, и я не знаю, заметил ли он вообще мое появление.

Итак, я могу либо сесть где-нибудь в другом месте и оставить все как есть, либо могу сесть рядом и продолжить попытки восстановить нашу дружбу.

Сделав глубокий вздох – и молясь, чтобы он не швырнул меня через весь зал, – я направляюсь к его столику. Я оставляю между нами пустой стул, чтобы мы не сидели плечом к плечу, но при этом ситуация не выглядела так, словно я его специально избегаю.

Когда я ставлю тарелку со стаканом на стол, Пэйси поднимает голову от телефона и встречается со мной взглядом. Я напрягаюсь, ожидая, что он пошлет меня к черту, но