Эти три коротких слова - Меган Куин

всякий случай. Теперь твоя очередь.

Пенни: Когда я помогала Пэйси тренироваться, я специально целилась шайбой ему в пах. Я очень веселилась, когда попадала в цель. Мне нравилось смотреть, как он сгибается пополам, несмотря на защиту.

Илай: АХАХА, ЧТО? Ты ему специально пыталась по яйцам врезать? По-моему, у тебя к этому какая-то особая страсть.

Пенни: Естественно. Все младшие сестры так делают.

Илай: Так вот зачем нужны сестры. Чтобы нанести сокрушительный удар по достоинству собственного брата.

Пенни: Ага. Рад, что у тебя не было младшей сестры?

Илай: Я точно рад за свои яйца. Ты всегда была такой вредной?

Пенни: Конечно, хочется сказать «нет, я была идеальной младшей сестрой». Но это была бы неправда. Вот вообще. Я превратила жизнь Пэйси в сущий ад. Конечно, я помогала ему с хоккеем, но как только мы заканчивали тренировку, у меня в жизни оставалась только одна цель: заставить его страдать.

Илай: Жалко, что у нас с Пэйси такие натянутые отношения. А то я попросил бы у тебя совет, как лучше свести его с ума.

Пенни: У вас до сих пор все плохо?

Илай: Я бы не сказал, что прямо плохо, просто не так, как раньше. Скажем так, то, что я заступился за тебя перед Гаспером, прибавило мне несколько очков. По крайней мере, теперь мы разговариваем. Подумываю о том, чтобы позвать его завтра вечером в паб. Что думаешь? Стоит пригласить его выпить?

Пенни: По-моему, ты не в его вкусе.

Илай: Может быть, он даст мне шанс, если я смогу найти длинный светлый парик и стану больше походить на Винни.

Пенни: Отличная идея. Если тебе от этого будет легче, со мной он тоже почти не разговаривает.

Илай: От этого мне ни капли не легче. Я не хочу, чтобы он на тебя злился.

Пенни: Ничего, это не в первый раз. Рано или поздно мы помиримся.

Илай: Ты что, не в первый раз спишь с его товарищем по команде?

Пенни: Конечно нет. Ты был первым и единственным. Мы не впервые поссорились – вот что я имела в виду. Он никого ко мне не подпускал. Не хотел мешать личную жизнь и спорт. К тому же он всегда говорил, что хоккеисты – похотливые придурки, и я заслуживаю лучшего.

Илай: Мы похотливые, и мы вполне можем быть придурками. Не так уж он и неправ. Похотливость, впрочем, – это из-за адреналина. И после игры он выветривается не сразу, понимаешь?

Пенни: Может быть, это наивный вопрос, но как ты сбрасываешь адреналин сейчас? (Кажется, ты говорил, что ни с кем не занимаешься сексом.)

Илай: Все так. Честно говоря, я ничего особенного не делаю. Последней женщиной, с которой я занимался сексом, была ты. И если быть до конца откровенным – это потому, что той ночью ты перевернула мою жизнь, и это трудно выкинуть из головы.

Пенни: Ты просто был пьян.

Илай: Я не был пьян.

Я прикусываю губу, уставившись на это сообщение.

Я перевернула его жизнь.

Я?

Пенни Лоус?

Девушка, которой сказали, что она ужасна в постели?

Если честно, у меня в этом деле опыта немного. Ну, у меня были свои моменты славы, но я бы не добавила строчку «переворачивает жизнь» в свое резюме. Я бы сказала, у меня довольно средний уровень. Может быть, с редкими вкраплениями чего-то умеренно захватывающего.

Но чтобы перевернуть жизнь Илая Хорнсби? Это невозможно.

Илай: Мне не стоило этого говорить?

Пенни: Нет, извини. Я просто… Ну, наверное, я не умею принимать комплименты, и я не ожидала, что ты это скажешь. Но, наверное… спасибо? Странно, конечно, тебя благодарить, но я не знаю, что тут еще сказать.

Илай: Давай скажем друг другу «спокойной ночи». Я думаю, ты устала, а мне надо, гм, как-то сбросить адреналин. И под этим я имею в виду «останусь сидеть в номере и чем-нибудь займусь». Как я уже говорил, тебе не надо беспокоиться о том, что я буду спать с кем попало.

Пенни: Если тебе это нужно, то на здоровье.

Илай: Я не хочу, Пенни. Ясно? Мне это больше не нужно.

Пенни: Ладно… Ну, приятно знать. Во мне сейчас, наверное, говорит младшая сестра… Ты намекаешь, что собираешься заняться самоудовлетворением?

Илай: Да, ЛОЛ, именно на это я и намекал. Я заново знакомлюсь со своей лучшей подругой – правой рукой.

Пенни: Это ведь странно, что мы обсуждаем мастурбацию?

Илай: А ты как считаешь?

Пенни: Немного странно. Но я люблю честные ответы. Так что… Удачно тебе передернуть.

Илай: Не стоило мне об этом говорить.

Пенни: Пожалуй, не стоило. Я буду помнить об этом всю жизнь.

Илай: Просто прекрасно.

Пенни: Ну, как прошел вечер? Романтично?

Илай: И зачем я об этом рассказал…

Пенни: Я только об этом всю ночь и думала. Не в смысле «лежу и представляю себе твою предоргазменную гримасу», скорее, мне был интересен сам процесс.

Илай: Нет у меня никакой предоргазменной гримасы.

Пенни: Ха… Ну да.

Илай: Я даже спрашивать не буду.

Пенни: Мудрое решение.

Илай: И что значит «интересен процесс»?

Пенни: Ну, знаешь… А ты зажег свечу? Использовал смазку? Подготовил заранее салфетки? Поставил на фон романтическую музыку? Завел ли ты беседу со своей рукой, прежде чем медленно опустил ее вниз…

Илай: Ты всегда такая? Вот это – настоящая Пенни, просто ты тщательно скрывалась?

Пенни: Я боюсь отвечать на этот вопрос.

Илай: Если твой ответ «да», то я не против. Мне просто нужно морально подготовиться к будущему.

Пенни: Тогда да, это я во всем своем блеске. Странная, неловкая, задаю слишком личные вопросы, болтаю без умолку.

Илай: Хорошо. И если тебе так важно знать, все произошло в душе. Так проще.

Пенни: Великолепно. Хорошо, теперь я могу заняться своими делами.

Илай: Рад, что смог помочь.

Илай: Тебе когда-нибудь накладывали швы?

Пенни: Мы теперь задаем вопросы безо всяких вступлений? Никаких «Как прошел твой день»? Прямо сразу к делу?

Илай: Пенни, как прошел твой день? Тебе когда-нибудь накладывали швы?

Пенни: Нормально. Меня чуть не вырвало в мусорное ведро прямо посреди встречи с новым стажером. Пришлось сказать, что я отравилась креветками. Лицо у него стало тошнотворно серого цвета, и я уверена, остаток встречи он молил бога, чтобы ему больше никогда не пришлось со мной работать. А кроме этого, все отлично. Чувствую себя хорошо.