Порочный красный - Таррин Фишер

кресла-качалки, закрываю глаза. – Если ты думаешь, что сможешь делать это все время, то ты здорово ошибаешься. Ты маленькая избалованная рыжая соплячка.

Я просыпаюсь в кресле-качалке. Ребенок спит на моем плече. Я чувствую, как жар ее тела проникает сквозь мою одежду и слышу ее дыхание в моем ухе. Я очень осторожно кладу ее в кроватку и проверяю мой телефон.

От Калеба ничего нет, но есть два пропущенных звонка от Сэма. Я собираюсь перезвонить моей ни на что не годной няне, но тут он сам присылает мне сообщение.

Сэм: У меня желудочный грипп, пару дней меня не будет.

Прежде чем я успеваю осознать, что делаю, мой телефон вылетает из моей руки и летит на мою гребаную мраморную лестницу. Я закрываю глаза, слыша, как он разбивается на десяток кусков. Распадается вся моя жизнь.

Ребенок начинает плакать. Я начинаю плакать. Разбив еще несколько бесценных антикварных вещиц, я беру себя в руки. У меня есть чертов ребенок, о котором нужно заботиться. Когда я опять вхожу в ее комнату, мои рыдания уже превратились в тихий скулеж, и я уже достала одну грудь.

* * *

Сэм находит меня на моем обычном месте на полу рядом с ее кроваткой. Он тычет меня носком ботинка в ребра, и я отталкиваю его ногу.

– Ты что, перестала мыться?

Когда я не отвечаю и не реагирую, он поднимает меня на ноги и бросает быстрый взгляд в кроватку прежде, чем вывести меня в коридор.

– Я не убила ее, – бормочу я, – если это то, о чем ты подумал.

Не обращая никакого внимания на мои слова, он продолжает толкать меня к моей спальне.

– То, что ты мать маленького ребенка, вовсе не значит, что ты не можешь содержать себя в порядке.

Я зло смотрю на него. По всему видно, он понятия не имеет, каково это – заботиться о маленьком ребенке. Он вталкивает меня в ванную и включает душ.

– Мне позвонил Калеб и сказал, что он не вернется домой, – говорит он, не глядя на меня. Я отталкиваю его руки.

– Что еще он сказал?

Сэм не отвечает. Это скверно. Очень скверно. Калеб не из тех, кто обсуждает свою личную жизнь. Если он что-то говорит этой чертовой няньке, значит, он принял решение. Я встаю под душ и подставляю лицо под струи воды.

Господи, почему я не подумала об этих ужасных последствиях, прежде чем бросать это ему в лицо? Неужели я и впрямь думала, что сделаю этим больно только Калебу? Я капитально облажалась, и теперь эта бедная маленькая соплячка останется без отца.

Если только…

Я мотаю головой. Как я вообще могла об этом подумать?

Глава 18

Прошлое

Калеб вернулся ко мне. Я знала, что он вернется. Не потому, что между нами было что-то незаменимое, а потому, что я была непоколебима. Я боролась за то, что хотела иметь, и сумела изгнать его прошлое подальше. Она не вернется, я была в этом уверена. Она была слишком труслива. Найдя эти письма и фотографии, я поняла, что она питает к нему глубокие чувства. Женщина не станет хранить коробку с письмами и фотографиями своего возлюбленного, если пламя не продолжает гореть и гореть ярко. И я смогла обратить это в свою пользу. Я сыграла на ее чувстве вины, и, слава богу, она поддалась. Что-то подсказывало мне, что, если бы она заартачилась, то я бы проиграла.

После того как она уехала, он ушел в себя. Мне пришлось наблюдать, как у него разбивается сердце… разбивается безмолвно. Это было ужасно. Я так ревновала, что едва могла дышать. Он не рассказал мне, что произошло между ними, да и зачем бы ему было об этом говорить? Он был подавлен, и у меня не было другого выбора, кроме как ждать. Это действовало на меня – то, что она была явно очень дорога ему до его амнезии, настолько дорога, что его чувства к ней никуда не делись, хотя он и потерял память. Это могло бы стать предметом интересного психологического исследования, если бы дело не обстояло так хреново. После того как я положила их роману конец, он все время смотрел в пространство. В те дни я могла бы встать прямо перед ним, но он не увидел бы меня. Я гадала, что он скажет, когда к нему вернется память. Скажет он мне, что она была девушкой из его прошлого, или сделает вид, будто ничего не было?

А затем к нему вернулась память. Это произошло внезапно, в апреле, тогда был вторник. Я была на работе, когда он позвонил, чтобы сообщить мне.

– О боже, – проговорила я, встав. Я обедала в комнате отдыха вместе с коллегой, но мне захотелось сразу же отправиться к нему.

– Как ты себя чувствуешь? – осторожно спросила я и вышла в коридор, чтобы меня никто не слышал. Упомянет ли он Оливию? Злится ли он?

– Со мной все в порядке. – Он сделал паузу. – Я рад, что это закончилось.

– Нам надо отпраздновать это. Как только я закончу работу, я смогу встретиться с тобой.

Он заколебался.

– Конечно, Леа. Мне много о чем надо поговорить с тобой.

Мое сердце затрепетало. Что это значит? Теперь, когда он вспомнил, кто я, возможно, он хочет продвинуть наши отношения дальше. Я отбросила эту мысль. Нет смысла тешить себя напрасными надеждами.

– Хорошо, я встречусь с тобой после работы. И Калеб… – Я затаила дыхание. – Я люблю тебя.

Последовала короткая пауза, во время которой у меня екнуло сердце.

– Я тоже люблю тебя, Леа. – Он завершил звонок. Я бессильно привалилась к стене.

Он вспомнил, что любит меня. Я много месяцев ждала этих слов. Я заплакала, а затем позвонила Катин и Кортни. Катин пришла в восторг, а Кортни нет.

– Значит, он просто взял и все вспомнил… просто так, ни с того ни с сего? – сказала моя сестра после того, как я сообщила ей, что произошло.

– Да, это работает именно так.

– Думаю, мне просто трудно поверить, что ты можешь забыть свою девушку на несколько месяцев, а потом БАЦ! И ты вдруг все вспоминаешь.

– А ты не можешь просто порадоваться за меня? – огрызнулась я. – Теперь мы можем наконец пойти в наших отношениях вперед.

– А что, если он не хочет двигаться вперед? – спросила она. У меня упало сердце. Он сказал, что хочет поговорить со мной. Не значит ли это, что он решил расстаться со мной?

– Кортни, – со