Девушка из Италии - Люсинда Райли

Дверь была открыта, но она слышала разговор родителей.

– Я не знаю, что случилось, Марко. Она ничего не рассказывает. Сейчас она внизу, говорит с Лукой. Может, он сумеет ее вразумить. Я пыталась дозвониться Джулио домой, но никто не отвечает.

– Разумеется, она должна вернуться к мужу! Там ее место. Так ей и скажу. – Похоже, Марко был в ярости.

– Пожалуйста, не трогай ее сегодня! Она измучена, – попросила Антония.

Розанна открыла дверь.

– Что случилось? – спросила она.

– Твоя сестра ушла от мужа, и они с Эллой поживут здесь несколько дней. Ты пока можешь поспать здесь, на диване. – Антония тяжело, отрывисто дышала. Она медленно встала.

– Ты в порядке, мама? – спросила Розанна, направляясь к ней.

– Я… Я в порядке. – Антония немного пошатнулась, словно потеряв равновесие. – Пойду вниз. Мне душно. – Она вышла из комнаты, обмахиваясь рукой.

– Папа, почему Карлотта ушла от Джулио? Я…

Внезапно на лестнице послышался тяжелый глухой удар.

Марко с Розанной выбежали из гостиной в коридор. Внизу лестницы, ведущей в кафе, лежала Антония.

– Mamma mia! Антония! Антония! – Марко поспешил вниз по ступеням к безжизненному телу жены и опустился рядом с ним на колени. Розанна следовала за ним.

– Беги за врачом, быстро! – крикнул ей отец. – Позови Луку и Карлотту!

Розанна поспешила через пустое кафе на кухню. Лука стоял, обнимая и успокаивая сестру, которая рыдала у него на плече.

– Скорее! Мама упала с лестницы! Я за врачом! – крикнула Розанна, открыла дверь и побежала по мостовой.

Карлотта и Лука обнаружили Антонию лежащей на ступенях, с головой, откинутой на плиточный пол. Из-под густых волос сочилась кровь, кожа посерела, глаза были приоткрыты. Карлотта села рядом с ней и попыталась нащупать пульс.

– Она… – Марко, стоявший над женой, не мог закончить предложение.

– Давайте хотя бы уложим ее поудобнее, – с отчаянием предложил Лука.

Отец и сын смогли перетащить Антонию в кафе, а Карлотта подложила ей под голову подушку.

Розанна вернулась с врачом мучительные пятнадцать минут спустя.

– Прошу, скажите, что она жива! Только не Антония, не моя жена! – стонал Марко. – Доктор, прошу, спасите ее!

Лука, Карлотта и Розанна молча наблюдали, как доктор слушает сердце Антонии через стетоскоп, а потом щупает пульс. Когда он посмотрел на них, все увидели ответ в его глазах.

– Мне ужасно жаль, Марко… – сказал доктор, качая головой. – Думаю, у Антонии случился сердечный приступ. Мы уже ничего не можем для нее сделать. Нужно срочно позвать дона Карло.

– Священника! – Марко с неверием посмотрел на врача, а потом опустился на колени и уткнулся в плечо безжизненной Антонии. – Я ничто, ничто без нее! О amore mio, моя любовь, моя любовь!..

Трое детей смотрели на него в молчаливом шоке, не в силах пошевелиться.

Доктор убрал стетоскоп в сумку и встал.

– Розанна, сходи за доном Карло. А мы останемся здесь и подготовим твою маму.

Розанна всхлипнула, но потом сжала кулаки, чтобы сдержать истерику, встала и вышла из кафе.

– Что случилось? Почему плачет дедушка? – На ступеньках появилась Элла.

– Иди с мамой, Элла, и я объясню тебе, что случилось. – Карлотта поднялась к Элле и осторожно повела малышку наверх.

– Лука, думаю, лучше закрыть вход в кафе, пока не придет дон Карло. Уверен, вам сейчас не до клиентов, – сказал доктор.

– Конечно… – Лука, пошатываясь, доковылял до входной двери и повернул ключ.

Марко держал на коленях руку жены, гладил ее и всхлипывал. Лука вернулся и сел рядом с отцом, обняв Марко за сгорбленные плечи. По его щекам тоже побежали слезы. Он протянул руку и нежно погладил мать по лбу.

Марко посмотрел на Луку: в его глазах плескалось отчаяние.

– Без нее я ничто, ничто…

Два дня спустя дон Карло провел для семьи поминальную мессу. Потом тело Антонии всю ночь находилось в церкви, в которую она ходила всю жизнь. На следующее утро друзья и родственники пришли на ее похороны. Розанна сидела в переднем ряду между Лукой и Эллой, и черная кружевная вуаль на ее лице затеняла гроб с телом матери. Марко держал Карлотту за руку и безутешно рыдал всю службу и погребение. Потом они вернулись в кафе, где Лука и Розанна трудились не покладая рук, чтобы подать достойное угощение на поминках.

Несколько часов спустя, когда гости наконец разошлись, семейство Меничи сидело в кафе, оцепенев от шока. Марко молча пялился в одну точку, пока Карлотта мягко не помогла ему подняться со стула.

– Уберите здесь, – скомандовала она. – А я отведу папу наверх.

– Открываемся завтра, пап? – тихо спросил Лука, пока Марко медленно шел к лестнице.

Он обернулся и обреченно посмотрел на сына:

– Как хотите, – а потом последовал за Карлоттой наверх, словно послушный ребенок.

Когда Лука открыл кафе на следующий день, Марко не спустился ему помочь. Он остался наверху, в гостиной, и молча смотрел на фотографию жены в компании Карлотты.

– Еще две пиццы «Маргарита» и одну особую, – сказала Розанна, приоткрыв дверь на кухню и положив бланк с заказом на стол.

– Минимум через двадцать минут, Розанна. У меня еще восемь заказов, – вздохнул Лука.

Розанна взяла две пиццы и положила на поднос, чтобы отнести в зал.

– Может, папа скоро вернется к работе… И Карлотта сможет нам помочь.

– Надеюсь, очень надеюсь, – пробормотал Лука.

Только после полуночи Розанна с Лукой смогли присесть за стол на кухне и поужинать.

– Вот, выпей вина. Мы оба заслужили. – Лука налил в два бокала кьянти и передал один Розанне.

Они ели и пили в молчании, слишком уставшие, чтобы говорить. Когда они закончили, Лука закурил.

– Можешь открыть дверь? Луиджи говорит, сигаретный дым ужасно вреден для моего голоса, – попросила Розанна.

– Простите, синьорина дива! – Лука поднял бровь и направился открывать заднюю дверь. – Кстати говоря, когда твой вечер у синьора Винченци?

– Через две недели. Но теперь я сомневаюсь, что папа сможет прийти. И в любом случае какой смысл? – сказала она, вновь впадая в отчаяние. – Теперь, когда мама умерла, а папа не может работать, я нужна здесь, в кафе.

– Если он не вернется завтра, я подам объявление о поиске помощников. Сомневаюсь, что Карлотта согласится обслуживать клиентов.

– Ты знаешь, что произошло у них с Джулио? – спросила Розанна. – Когда мама умерла, я подумала, что Джулио хотя бы придет на похороны. Бедная Карлотта! Сначала муж, а теперь мама… На ней лица нет, – вздохнула Розанна.

– Да, ей приходится платить за ошибку, – ответил он.

– Какую ошибку, Лука?

– Ой, не забивай себе голову! – Лука бросил окурок, растоптал его и закрыл дверь кухни.

– Когда все перестанут обращаться со мной как с ребенком?