Эти три коротких слова - Меган Куин

Она складывает руки на груди, все еще сидя верхом у меня на коленях:

– Ну так расскажи, и мы посмотрим.

Я провожу ладонью по лицу и тяжело вздыхаю.

– В тот вечер, когда ты подарила мне мармеладных мишек, Пэйси нас увидел. Я испугался, что он решил, будто между нами что-то есть, поэтому в автобусе подошел к нему и сказал, что мы просто друзья. Я дал ему обещание и не мог его нарушить. Тогда он спросил, нравишься ли ты мне и нравлюсь ли тебе я… В общем, я сказал ему правду. Ты мне правда нравишься, Пенни. Всегда нравилась. Вот тогда-то он и сказал, что не будет вставать между нами.

– То есть он дал тебе разрешение.

– Да, наверное.

– И вместо того, чтобы позвонить мне, ты решил меня игнорировать.

Вот именно поэтому я и не хотел ничего говорить. Я в этой ситуации выгляжу полным кретином. Ну, в основном потому, что я поступил как полный кретин.

– Пенни. – Я медленно поглаживаю ее бедра. – Я, э-э… просто пытался справиться со своим дерьмом в голове. У меня получилось плохо, я знаю, но единственная причина, по которой я тебя оттолкнул – это потому, что я не понимал, как справиться с чувствами, которые я к тебе испытываю. Это глупо, но это правда.

Когда наши взгляды встречаются, в глазах Пенни вспыхивает понимание.

– Это первый раз, когда ты испытываешь к девушке чувства? – спрашивает она.

– Да, – отвечаю я. – Ну, когда я был подростком, я иногда западал на девчонок, но это не идет ни в какое сравнение с тем, что я чувствую к тебе. Если честно, я был в ужасе.

– Почему?

– Потому что в детстве я потерял практически всех важных людей, и я не хочу терять кого-то еще.

– У тебя есть ребята.

– Мы работаем вместе. И даже так я время от времени начинаю паниковать, если у них что-то идет не так.

Пенни улыбается и прижимается ко мне, кладет мне на плечо голову.

– Ну, извини, но теперь у тебя есть я и наш ребенок, и мы собираемся навсегда стать частью твоей жизни. Придется тебе к этому привыкать.

– Я начинаю находить утешение в этой мысли, – говорю я, проводя рукой по ее спине. – Так вот, насчет завтра. Мы будем узнавать пол ребенка?

– А ты что об этом думаешь? Хочешь узнать?

– Да, но если ты не хочешь, то я могу подождать. Если последние месяцы чему-то меня и научили, то это терпению.

Пенни хихикает.

– Нет, я хочу узнать. Мысленно подготовиться к грядущему и все такое.

– Я тоже. А потом мы сможем поспорить, как назвать ребенка.

Ее рука ласкает мою грудь.

– Ты правда думаешь, что мы будем об этом спорить?

– Что ж, давай посмотрим. Если родится девочка, как ты хочешь ее назвать?

С секунду она молчит.

– Мне нравится имя Бетти. Классическое и милое.

– Ага. А я думаю, что Кристал – отличный вариант.

– Кристал? – она отстраняется, чтобы взглянуть мне в глаза. – Не хочу обидеть всех милых девушек по имени Кристал, но вообще-то это имя для стриптизерши.

– Вовсе нет.

– Ну… В интернете поищи. Набери «как зовут самых известных стриптизерш» и посмотри, что тебе выпадет.

Я так и поступаю. И разумеется, первой в списке идет Кристал. Следом – Тиффани и Эмбер, имена, которые мне вообще-то тоже нравятся.

– Смотри, – Пенни тыкает в экран пальцем. – Имя для стриптизерши.

– Да чего вообще этот сайт слушать? Подумаешь, первая ссылка в выдаче Гугла. Это еще ничего не значит.

– Еще как значит! Давай признаем: мы правда будем спорить из-за имени.

– Почему мы вообще об этом заговорили? Я думал, мы уже все решили. Девочку будут звать Пегги-Легги, а мальчика – Джонни Джим.

Она смеется и снова прижимается к моей груди.

– Если ты думаешь, что мы правда назовем так нашего ребенка, то с тобой что-то серьезно не так.

– Ты меня возненавидишь, если я скажу, что мне начинают нравиться эти имена?

– Да. Боже мой, Илай! Нашего ребенка не будут звать ни Джонни Джимом, ни Пегги-Легги!

– Сейчас ты, конечно, так и считаешь. Но вот когда тебе подсунут свидетельство о рождении и потребуют вписать имя, ты запоешь по-другому.

– Мечтай.

– То есть ты вот так вот и будешь лежать, выставив напоказ свой живот? – спрашиваю я, глядя на раздетую Пенни.

Она хихикает.

– Да.

– А потом войдет доктор Большие Мускулы и положит тебе на живот руку?

– Ну, вообще он будет пользоваться специальным щупом, но вроде того. И знаешь еще что? – Она наклоняется ко мне и шепчет: – Он еще и мою вагину видел.

– Ну и зачем ты это сказала? Теперь я буду думать только о том, что он на твои интимные места любовался.

– Ну, во-первых, ничем он там не любовался, а во-вторых, это его работа.

– Ты же знаешь, о чем я.

В дверь стучат, и Пенни шепчет:

– Веди себя прилично.

Дверь открывается, и, о чудо, в комнату с важным видом входит доктор Большие Мускулы: в руках ноутбук, волосы зачесаны назад, рубашка плотно обтягивает плечи. Ну конечно, всем будет казаться, что он очень мускулистый – он же носит рубашку на три размера меньше нужного. Как он вообще в ней дышать умудряется?

– Пенни, как дела? – Он поднимает голову и встречается со мной взглядом. – А, мы еще не встречались. Я доктор Мускулус, а вы, должно быть, вечно отсутствующий отец.

Чего-чего? Вечно отсутствующий?

Сильное заявление.

Но Пенни просила вести себя прилично, так что я игнорирую замечание и пожимаю доктору руку.

– Илай, приятно познакомиться.

Он секунду меня изучает, а затем спрашивает, слегка наклонив голову:

– Илай Хорнсби?

– Да, сэр, – чисто по привычке отвечаю я.

– Что ж, неудивительно, что вы еще ни разу не появлялись. Были заняты игрой в хоккей.

Да что ему не так? Он что, принципиально всех хоккеистов ненавидит? Я хочу спросить об этом у Пенни, но она кладет руку себе на живот и быстро говорит:

– К счастью, он пришел сегодня, в самый важный день.

– Каждый день важен, Пенни. Особенно если учитывать, что для тебя это все в новинку.

– Я бы пришел раньше, если бы мог, – говорю я, чувствуя необходимость оправдаться. – К сожалению, у нас не совпадали графики.

– А теперь, когда команду вышвырнули из плей-офф, у вас появилось время, которое можно посвятить будущему ребенку. – Он улыбается, но улыбка эта напыщенная. С такой улыбкой команда соперника натягивает тебе на голову футболку, пока вы сражаетесь за шайбу. – Пенни,