Вулкан Капитал: Орал на Работе 3. 18+ - Игорь Некрасов
Не говоря ни слова, он потянулся вперёд, его пальцы обхватили тяжёлое горлышко. Игорь открутил крышку с глухим хрустом, который прозвучал невероятно громко в тишине. Не глядя, и не предлагая Миле, он залпом сделал большой глоток. Алкоголь обжёг горло, но это было именно то, что ему было нужно — физическое ощущение, способное перебить странное чувство неловкости и лёгкого унижения, которое она в нём вызывала.
Он поставил бутылку обратно, чувствуя, как по телу разливается тепло. Теперь он просто сидел, смотрел в запотевшее стекло на смутные очертания магазина и ждал.
Игорь тяжело вздохнул, проводя ладонью по лицу. В голове стоял лёгкий шум — смесь усталости, виски и осознания полного абсурда происходящего. Вдруг он услышал тихий, почти сонный голос:
— Дай… и мне. — Миля не открывала глаз. Потом, ещё тише, добавила: — Виски.
Игорь посмотрел на неё и с глупой улыбкой переспросил: «Письки?», на что Миля неожиданно отреагировала характерным «хрюком-смешком» и с малой улыбкой на лице произнесла:
— Бутылку, бля, дай.
Игорь улыбнулся, смотря на неё, и молча взял бутылку, открутил крышку и протянул ей. Она, не глядя, взяла её, сделала маленький, аккуратный глоток и так же, не открывая глаз, вернула обратно. Затем повернулась к окну, уткнулась лбом в прохладное стекло и снова замерла. Казалось, вот-вот, и она окончательно провалится в сон.
Игорь закрыл бутылку и отставил её на сиденье. «Забавно… возможно, у меня с ней есть шанс», — мелькнуло у него в голове, но после он задумался. — «Блин, а сколько сейчас время-то?»
Он достал телефон. Яркий экран болезненно резанул по глазам: уже за полночь. И он тут же вспомнил, что им с Семёном Семёнычем завтра — точнее, уже сегодня — на работу. Но, глядя на то, как складывается этот вечер, сама мысль о работе казалась нелепой фантастикой. Этот день явно не собирался заканчиваться, упорно переливаясь через край ночи.
Игорь снова взглянул в окно, вглядываясь в дверь магазина, и вдруг услышал ровное, чуть слышное сопение. Он медленно повернулся к Миле. Она и правда спала. Её дыхание было спокойным и глубоким. В свете уличного фонаря, пробивавшегося сквозь стекло, он разглядел её лицо, на котором не осталось и следа от привычной отстранённости или скуки.
Сейчас она выглядела просто очень молодой и удивительно беззащитной. Тёмные ресницы отбрасывали тени на щёки, а губы были чуть приоткрыты. Одна рука бессильно лежала на коленях, вторая на сиденье. Игорь смотрел на неё, и в нём боролись противоречивые чувства. И досада от того, что она так легко отключилась, пока он тут мучился в духоте, и лёгкое раздражение от всей этой ситуации. Но было в этом зрелище и что-то другое — странное, почти непрошеное умиротворение.
«Хм, минус один, — мысленно пошутил Игорь, глядя на её спящее лицо. — Компания тает на глазах».
Он сам не заметил, как зевнул. Усталость накатывала тягучей волной.
«Хотя… я тоже уже не против был бы поспать», — с тоской подумал он.
В этот момент Миля чуть поворочалась во сне, её тело искало более удобное положение. Она расставила ноги чуть шире, и её платье приподнялось выше. Теперь Игорь видел не только её нежные, гладкие ножки, но и смутный, заманчивый контур бёдер, уходящий в тень между ними.
Эти раздвинутые ноги не давали ему покоя, разрушая наступившее былое умиротворение. В его пьяную, уставшую голову пришла тупая, навязчивая идея. Он всё ещё держал в руке свой телефон. Он смотрел на её ноги, на этот интимный, не предназначавшийся для него вид.
«В принципе… если навести телефон… можно же сфотографировать?» — пронеслось у него в голове искушение, низкое и мимолётное.
Он замер, чувствуя, как телефон в его руке внезапно стал тяжёлым и грешным. Палец непроизвольно потянулся к экрану, чтобы разблокировать его. Это было бы так просто — одно движение, и у него останется этот странный, порочный сувенир на память о безумной ночи.
Игорь инстинктивно оглянулся, прильнув к окну. Парковка была пустынна, из магазина никто не выходил. Его взгляд метнулся по салону, выискивая тусклый огонёк видеорегистратора. Ничего. Только приглушённый свет уличного фонаря и тишина.
Он снова посмотрел на Милю.
Она спала так безмятежно и глубоко, что это выглядело почти святотатством — нарушать этот покой. Уголки её губ были чуть приподняты, будто ей снилось что-то хорошее. На секунду его пронзило чувство стыда, но тут же его сменила азартная, пьяная дерзость.
«Ну-у… она же всё равно ничего не узнает», — прошептал ему внутренний голос.
Игорь тихо усмехнулся своей же дурацкой, пошлой затее. Это было глупо, рискованно и абсолютно неправильно. Но именно это и делало идею такой заманчивой. Он разблокировал телефон. Яркий свет экрана осветил его сосредоточенное лицо. Он нашёл значок камеры, открыл её и первым делом потянулся к значку вспышки, чтобы отключить её.
«Чтобы не спалиться», — механически пронеслось в голове.
Сердце застучало чаще, когда он начал медленно, почти не дыша, протягивать руку с телефоном вперёд. Он старался двигаться плавно, боясь сделать резкое движение и разбудить её. В воздухе повисло напряжённое молчание, в котором он отчётливо слышал собственное дыхание и тихое сопение Мили. Он ловил ракурс, чтобы в кадр попали именно её ноги, раздвинутые колени и та смутная тень между ними, будто обещающая открыть вид на запретную зону.
Внезапно его осенило: «Звук-то не отключил!» С тихим проклятием он большим пальцем нажал на боковую кнопку, снижая уровень громкости на минимум. Теперь всё готово.
Он снова навёл камеру, стараясь, чтобы дрожь в руке не смазала кадр. Палец завис над кнопкой. И в этот самый момент, когда он нажал на неё, раздался тот самый, предательски громкий в полной тишине, ЩЁЛЧОК.
«Бля!» — мысленно выругался Игорь, и его сердце на мгновение замерло. «Он же уже был на беззвучном!» — тут же пронеслось в голове паническая мысль.
Звук в тишине салона показался ему оглушительным, как выстрел. Он резко, почти отшвырнув, убрал руку с телефоном, прижимая его к груди, и уставился на Милю, ожидая самой страшной реакции.
Но она… не проснулась. Ни один мускул не дрогнул на её лице. Она лишь глубже вздохнула, её грудь плавно поднялась и опустилась, а губы чуть шевельнулись, словно что-то беззвучно прошептав во сне.
Игорь
