Грех Захарова (СИ) - Голд Лена

– Опять грустишь, – замечает Эмиль. – Я не защищаю никого, Мира. И лезть не хочу ни в чью жизнь. Но ты подумай хорошенько, перед тем как рубить с плеча. Тем более ты беременна.

– На самом деле нет желания развивать эту тему, Эмиль. Оказывается, он столько времени был рядом. Но ничего толком обо мне не узнал, решил идти напролом. И… неприятно знать, что я в этой жизни ничего не добилась сама. Просто из-за него… Из-за его приказа, как ты выразился.

– Господи, – мужчина откидывается на спинку дивана. Запрокинув голову, громко смеется. – Знаешь ли, Мирослава, Захаров вместо тебя с позы в позу не вставал. И лицо у него так себе, – шутливо кривится. – А у тебя оно красивое. Кукольное и совсем чуточку ангельское, – снова смеется. От его слов я тоже невольно улыбаюсь. Боже, почему с этим мужчиной так уютно? – Всегда оценивай себя по достоинству. Ты еще многого добьешься в этой жизни. Начиная с завтрашнего дня, Мира. Точнее, уже с сегодняшнего. Вставай, лентяйка. Завтракать пора. А потом работать. Помощница к тебе придет через… – смотрит на наручные часы, хмурится. – Полчаса.

Аппетита нет. Так же, как желания ехать обратно домой. К родителям и сестре. И Захаров… Если он выкрутился и, как обещал, уладил все проблемы, то он тоже будет принимать активное участие в моей жизни, чего я не хочу от слова совсем. Но и вечно прятаться от него не вариант. Тем более когда я ношу под сердцем малыша.

Нашего общего малыша.

Эмиль постоянно шутит. Настроение становится намного лучше, но как вспомню ту картину, когда я нажала на курок… Так тошнота к горлу подкатывает и дышать тяжело становится. Этот кошмар будет преследовать меня всегда. До конца моей жизни… Никогда не смогу забыть, что я собственными руками убила родного брата.

– Эмиль, сын приехал с твоей… – замолкает на полуслове тетя Нина, как только мужчина бросает на нее недовольный и хмурый взгляд. Будто приказывает: замолчи! Что и делает бедная женщина. – Пригласить сюда? Или сразу в твой кабинет? – выговаривает после длительной паузы.

Я снова ловлю себя на том, что рассматриваю Эмиля. У этого человека характер не сахар. Тяжелый и очень даже серьезный, несмотря на бесконечные шутки. И шутит он явно не при всех. Со мной немного запутанная история. Уверена: если я когда-то перейду ему дорогу, он меня не пощадит.

– Пусть присоединяются.

Через пару минут в гостиную заходит мужчина лет тридцати. Или чуть больше. А следом за ним девушка. Та самая блондинка, фотографию которой Эмиль рассматривал с жадностью. И немного с ненавистью.

– Присаживайтесь, – кивает Эмиль. – Пока завтрак не остыл.

– Я… Не гол… – тихо, почти шепотом произносит девушка, но под пристальным взглядом Эмиля замолкает. В воздухе повисает пауза. – Хорошо.

Она соглашается. Иногда бросает на меня взгляд исподлобья. Ковыряется в своей полупустой тарелке вилкой. Эмиль со своим гостем что-то обсуждают, мы же сидим молча. Аппетит окончательно пропадает. Чувствую себя совсем неуютно, потому что девушка неравнодушна к Эмилю. Даже ребенок поймет это сразу же. И блондинка у себя в голове черт-те что уже напридумывала. Не хотелось бы выглядеть стервой в ее глазах.

– Лучше уж поднимись в студию, – твердый голос Эмиля заставляет поднять голову. Сначала мне кажется, что он обращается ко мне. Но взглянув на него я понимаю: он говорит это девушке. – Чем будешь здесь сидеть и стрелять в меня ненавидящим взглядом, Арина.

– Я не… Ты ошибаешься, – говорит и сразу же шумно сглатывает. Между ними летают искры.

– Я не слепой. Никогда им не был, – очередное грубое обращение.

Становится не по себе. Хочется как-то смягчить напряженную обстановку, но понятия не имею, как это сделать.

– Можно я тоже поднимусь? Мне тоже не очень хочется видеть чересчур серьезное лицо босса. Страшно.

Не знаю, как мои слова выглядят со стороны, но мне совсем не смешно. Эмиль криво ухмыляется, кивает в сторону лестницы. Вежливо посылает нас, так скажем.

Девушка, я так понимаю, Арина, встает. За ней и я.

– Не знаю, где эта студия, – пожимаю плечами, ступенька за ступенькой поднимаясь на верхний этаж.

– Я тоже, – мило улыбается она. Ямки на щеках… Точно такие же, как у Захарова. – Будем искать.

Черт возьми! Эти ямки и у Эмиля есть. И даже у меня! Но почему я сразу вспоминаю Тимура?!

Искать на самом деле не приходится. Как только открываем первую дверь, мы оказываемся в огромном помещении, где есть и сцена, и подиум. Манекены, одетые в невероятно красивые наряды.

– Арина, – зову я девушку, едва усаживаясь за круглый стол. Девушка открывает красную папку, достает несколько белых листов.

– Да? – она снова улыбается. Точнее, пытается спрятать под улыбкой бурю, которая кипит в ней.

– Меня Мирославой зовут. И… Все не так, как тебе кажется. Я ничего общего с Эмилем не имею. Ну почти, – зачем-то отчитываюсь я.

Просто пытаюсь хоть как-то дать ей понять, что ревновать не стоит. Отношения у них не очень, но все наладится. Я даже не сомневаюсь. Связывают их сильные чувства. Пусть каждый пытается скрыть…

– Ты думаешь, я ревную? Нет, – качает она головой. – Если бы у Эмиля была женщина, Мирослава, он даже не стал бы скрывать. И всякой ерундой не стал бы заниматься. Никогда не занимался. Всегда был серьезным и сразу давал понять, чего хочет, а чего нет. Что ему нравится, а что нет. Ты не смотри на то, что он шутит постоянно. Эмиль совсем другой… Я его, наверное, знаю лучше всех. Сразу поняла, что ты к нему отношения не имеешь.

Ее голос превращается в хриплый шепот. Глаза начинают блестеть. Я же жалею, что начала этот разговор.

Эмиль не появляется несколько часов.

– Он специально. Хочет увериться, что я справлюсь со своей задачей. Ему нужна твоя идеальная фотография. И она у меня уже есть, – хитро усмехается девушка, всматриваясь в монитор фотоаппарата. – Ни единого повода для его ворчания нет.

– Я могу снять платье? Очень жарко.

– Конечно. Мы закончили, – довольная откидывается на спинку стула. – Сними и иди смотри на себя, красотку. Ты просто прелесть.

Тяжело вздыхаю. Устала я. Хоть и раньше до вечера пахала, но не чувствовала себя такой измученной.

Действительно. Фотографии вышли очень эффектными. Но это Эмиль… Он найдет что-нибудь… Что-то, чем будет не доволен. И ворчать будет. Специально. Чтобы Арину задеть.

Я спускаюсь в кухню за водой. И там же встречаю хозяина дома. Он с кем-то разговаривает по телефону. Явно не в настроении.

– Что-то случилось? – спрашиваю, как только он бросает мобильник на стол.

– Нет.

Телефон снова вибрирует. На экране высвечивается «Капитан Захаров». Мое сердце начинает биться как ненормальное. Будто только что бежала от кого-то что есть силы.

– Ну все. Терпение у него лопнуло, – весело усмехается Бестужев.

– Отвезешь меня домой?

– Я? Нет, он сам уже приехал, – ведет подбородком к окну. – Но подождет. У нас есть дела куда важнее.

– Вы что-то спланировали уже, но почему-то я вне дела. Хоть и имею полное право знать, Эмиль. Домой хочу. К своей семье. И желательно, чтобы это сделал ты. Или такси вызови, если не сложно.

– И сколько ты будешь избегать его? Знаешь, он не такой уж надоедливый на самом деле. Но если ты для него что-то значишь… – многозначительная пауза. – Хоть на край света иди. Он тебя и там найдет.

Да я даже не сомневаюсь, черт его дери! Но… Не готова я с ним разговаривать. Потому что тема разговора мне не понравится! Потому что обсуждать наше будущее… И будущее нашего малыша… Я не готова!

ГЛАВА 27

Эмиль не заставляет меня долго ждать. Выходит во двор и, приблизившись, выставляет руки вперед. Знает ведь, что съест кулак в морду, если не станет себя защищать.

– Давай без рук и ног, – ржет он как ненормальный. – Девчонка может следить за нами. Не выставляй себя еще большим кретином. Меня она, между прочим, любит.

– Шутки свои в задницу засунь, твою мать! – почти рычу в голос от злости. – Какого хрена, Бестужев?