Кей Хупер - Послание из ада (Одержимая)

– Всегда! – как эхо повторила Холлис, делая еще один шаг вперед. На ее лице все еще видны были не до конца зарубцевавшиеся шрамы, но на Бобби-Саймона смотрели ярко-голубые, ясные и спокойные глаза.

– Неужели ты думал, что сможешь отнять у меня способность видеть? – спросила Холлис и улыбнулась надменно и чуть презрительно. – Ты и вправду думал, что отнял у меня глаза?

– Да, конечно. Я же помню, – пробормотал он и внезапно расхохотался громко, как самый настоящий безумец. – Я прекрасно помню, как вырезал тебе глаза! Потом я бросил их в таз с водой и смотрел; как они плавают. Я отнял твои глаза, Одра! До сих пор мне иногда снится по ночам, как я поддел твои большие карие глаза ножом и как лопались под лезвием мышцы и нервы. Я помню, как это было. Ты не можешь меня видеть!

– Но я вижу тебя. – Голос Холлис звучал спокойно и холодно. – Мы все тебя видим. Тебе больше не удастся спрятаться от нас. Мы найдем тебя везде.

– Н-нет… – забормотал Бобби-Саймон себе под нос, и револьвер в его руке вновь заплясал. – Нет-нет-нет… Пожалуйста!.. Я прошу вас!

– Мы тебя видим, – повторила Энни.

– Видим, – сказала Мэгги.

– Всегда. Везде, – закончила Холлис.

Бобби-Саймон снова захохотал. Он захохотал визгливо, громко и никак не мог остановиться. Именно в эти мгновения выражение его глаз изменилось. Мэгги ясно видела, как в глубине их что-то распадается на части, разваливается, исчезает. Растворяется. Тает. Потом ей показалось, будто мимо нее пронесся порыв ледяного ветра, но это был не ветер. У нее даже слегка заложило уши, как бывает при внезапной перемене давления.

Все это произошло в какие-то доли мгновения. Потом ствол револьвера уставился прямо ей в грудь. Он по-прежнему дрожал и подпрыгивал, но на таком расстоянии промахнуться было невозможно.

– Нет… – прохныкал Бобби-Саймон почти жалобно.

У Мэгги оставалась лишь доля секунды, чтобы снова взглянуть ему в глаза. Теперь в них не было ничего – только пустота и тупая, животная ненависть.

Сухо треснул выстрел.

Мэгги Ждала боли, была готова к ней. Но револьвер вдруг выпал из руки Саймона Уолша, а сам он пошатнулся и медленно, как в замедленной съемке, сполз на пол.

Все было кончено. Наконец-то все было кончено.

Прежде чем Мэгги успела перевести дух, рядом с ней оказался Джон. Не опуская пистолета, он крепко обнял ее свободной рукой.

– Мэгги!

– Мне уже казалось, – услышала она свой на удивление спокойный голос, – что вы никогда не придете.

– Мы едва не опоздали, – заметил Квентин, появляясь из-за большого ящика почти рядом с тем местом, где стояла Энни. Он тоже был вооружен. Продолжая держать на прицеле голову Саймона, Квентин осторожно приблизился к нему и, присев на корточки, пощупал пульс. Убедившись, что пульса нет, он выпрямился и, поставив пистолет на предохранитель, засунул оружие в наплечную кобуру.

– Мне с моего места было крайне неудобно стрелять, поэтому все зависело от него. – Он кивнул в сторону Джона. – Прекрасный выстрел!

– Тара… – начала было Мэгги, но Квентин уже подошел к кровати.

– Она жива, – сообщил он через секунду. – Но в очень плохом состоянии.

Он достал мобильник и вызвал «Скорую помощь». Хол-лис помогла ему отвязать Тару от кровати.

– Вы обе чертовски рисковали! – сердито сказал Джон, но голос его дрожал. – Господи, Мэгги, разве можно так рисковать?

Прежде чем ответить, Мэгги быстро огляделась по сторонам и, убедившись, что Энни исчезла, сказала:

– Я знаю, но я просто не могла…

– …не могла иначе. – Джон тоже спрятал пистолет и взял ее за плечи уже обеими руками. Мэгги ясно видела, что ему хочется встряхнуть ее как следует, но он сдерживается.

– С чего ты вообще взяла, что сможешь одержать над ним верх? Я еще понимаю, если бы ты взяла с собой оружие, но ведь у тебя не было даже зубочистки!

– Неправда. – Мэгги слабо улыбнулась. – У меня в кармане их целых две. И еще пилочка для ногтей!

– Целый арсенал! – Джон насмешливо хмыкнул. – Ты пытаешься уйти от ответа.

– Я не пытаюсь. У меня было преимущество. Я знала, что он чувствует себя в полной безопасности, и надеялась застать его врасплох. Кроме того, мое лицо… Мне казалось, что единственный способ победить Зло – разбить его вдребезги. Или, по крайней мере, уничтожить разум, который служил этому Злу вместилищем. И, как видишь, я была права. Встретившись с одной из своих жертв, да еще с той, которая знает все его секреты, он испытал настоящее потрясение. Поверь, Джон, это был единственный способ! Я должна была спасти Тару!

– Пожалуйста, больше так не делай. – Джон вздохнул. – Если бы ты только знала, что я пережил!

– Не буду. – Она вопросительно посмотрела на него. – Мне действительно жаль, Джон.

– Если ты боишься, что после того, как я подстрелил эту мразь, меня будут преследовать кошмары, то ты ошибаешься, – отрезал Джон. – Я только рад, что не промахнулся. Убив бешеную собаку, оказываешь услугу не только всему городу, но и ей самой.

– У тебя не было выбора, – на всякий случай сказала она.

– Я знаю. – Джон неожиданно прижал ее к себе. – С тобой все в порядке, родная? В этом мрачном логове даже я чувствую боль!

Мэгги улыбнулась:

– Когда ты прикасаешься ко мне, я чувствую только тебя!

– Я рад, – ответил Джон, крепко целуя ее.

Прошел час. Они все еще ждали приезда бригады экспертов-криминалистов, Энди сказал:

– Так вот, значит, как выглядит космическое Зло? Признаться, я разочарован.

– Нет, – ответила Мэгги коротко.

– Что это значит? – Энди слегка приподнял брови.

– Это не Зло, а просто оболочка, в которой оно жило.

– Ты говоришь так, потому что он мертв?

– Я говорю так потому, что на этот раз Зло было уничтожено раньше тела.

Энди озадаченно хмыкнул, потом поглядел на Джона и Квентина и покачал головой.

– Ладно, замнем, – сказал он. – Меньше знаешь – лучше спишь.

– Очень мудрое решение, – подтвердил Квентин.

Энди хотел добавить еще что-то, но тут к ним подошел Скотт.

– Черный «Кадиллак» стоит в сарае за складом. Похоже, это действительно модель семьдесят второго года. Твой друг Джоуи не ошибся, – сказал он.

Квентин слабо улыбнулся.

– Джоуи неплохо разбирался в машинах.

– А как сюда попала Холлис Темплтон? – поинтересовалась Дженнифер. Холлис вернулась в больницу с той же машиной «Скорой», которая увезла Тару, и вопрос Дженнифер, что называется, повис в воздухе. Квентин и Джон переглянулись, Мэгги пожала плечами:

– Она сказала, внутренний голос велел ей приехать сюда как можно скорее. Вот она и приехала. А на чем – я не спросила.

– Вот это да! – пробормотал Скотт.