Сандра Браун - Рикошет

Несколько секунд они смотрели друг на друга. Наконец она сказала:

— Ты не предложил мне присесть.

— Прости. — Он указал ей на стул возле рабочего стола. — Видимо, я слегка потрясен. Выпьешь что-нибудь?

— Нет, спасибо.

Оба вели себя настороженно, никто из них не мог предсказать, чем закончится это неожиданное свидание. Только ей была известна его истинная цель.

— Твой муж до сих пор в трауре? — спросил он.

— Имеешь в виду, знает ли Като, что я жива? Нет.

— Понятно.

— Ничего тебе не понятно. Его улыбка была ослепительна.

— Ты абсолютно права. Думаю, у тебя есть веские причины оставаться мертвой. Сгораю от нетерпения их узнать. Где ты была?

— Последние три дня с Дунканом Хэтчером. Савич замер, потом рассмеялся:

— Прелестно, до чего прелестно. Последний раз, когда мы виделись, я чуть не довел его до помешательства. Высмеял его нежную страсть к тебе. Я думал, она так и останется неутоленной. — Он приподнял бровь. — Теперь вижу, что ошибался. — Он снова расхохотался. — Я прекрасно понимаю, почему он хотел залезть к тебе под юбку. Но, убей бог, не пойму, что в нем нашла ты? Конечно, у него есть определенное природное обаяние. Широкие плечи. Квадратная челюсть. Элиза, но он такой невыносимо правильный, — почти с жалостью сказал он.

Потом в его улыбке проступило что-то плотоядное.

— Точнее, он был правильный. Пока не встретил тебя. Неудивительно, что он повел себя как ненормальный. Он так долго воевал в себе с похотью, а она возьми да одержи победу над его чувством долга. — Он облизал губы, как будто хотел почувствовать вкус поражения Дункана. — Элиза, скажи мне, что чувствует женщина, когда мужчина ради нее предает свои убеждения?

— Дункан ничего ради меня не предавал.

— Брось. С парой литров уверенности в своей правоте ему все же пришлось расстаться.

— Может быть, но только на время. — Она посмотрела на стиснутые на коленях руки. — Ты нужен ему больше, чем я.

Савич оперся руками на стол и нагнулся к ней:

— Не понял?

Она подняла голову и посмотрела на него.

— Он жаждет тебя, Савич. Никто не занимает столько места в его сердце, как ты. В нем больше ни для кого и ни для чего не осталось места. Смысл его жизни в том, чтобы уничтожить тебя: неважно, каким образом.

Он внимательно посмотрел на нее, потом встал и вышел из-за стола.

— Да. Неважно, каким образом. Встань, Элиза.

Она нерешительно встала, пытаясь понять, зачем ему это нужно.

— Думаешь, меня прислал к тебе Дункан? Если бы он знал, что я здесь, он бы меня убил.

— Прости мне мою подозрительность. — Он охлопал ее по бокам, потом задрал кофточку и проверил, не спрятан ли в бюстгальтере микрофон.

Она холодно смотрела, как он ее ощупывает. Савич ослепительно улыбнулся, опустил кофточку и вернулся в свое рабочее кресло.

— Я давно знаю, что Дункан Хэтчер мечтает о моем аресте, как другие мечтают о бабах.

— И теперь у него появился способ этого добиться.

— Да?

— В ту ночь на мосту я убежала от Наполи…

Хотя этим она уже дала ему многое понять, он ждал, когда она договорит.

— Но сначала подглядела, как ты в упор застрелил его.

— А! — Он откинулся в кресле. Смелое признание Элизы, казалось, ничуть его не расстроило.

— Дункан взял мои свидетельские показания за основу. Он едет сюда, чтобы арестовать тебя.

— Неужели?

— Сейчас он угрожает Като возбудить против него дело, если тот и на этот раз тебя отпустит. А потом он поедет сюда.

Не сводя с нее глаз, Савич обдумывал слова Элизы.

— Предупредив меня, ты предаешь Дункана Хэтчера.

— Верно.

— Любовная ссора?

— У нас с Дунканом разные цели. Ему нужен ты.

— А что нужно тебе, сладчайшая Элиза?

— Я пришла предложить тебе сделку.

— Наш разговор с каждой минутой становится все увлекательнее. Я заинтригован. Какую сделку?

— Если я подтвержу свои показания, тебе предъявят обвинение в убийстве.

— Или?

— Или я откажусь от рассказанного Дункану. Скажу, что убила Наполи в целях самозащиты, как и Троттера.

— Тогда Хэтчер не поверил в самозащиту. Сейчас он тем более не поверит.

— Я скажу, что именно поэтому обвинила тебя. Боялась, что он мне не поверит. В любом случае без моих свидетельских показаний Дункан не сможет причинить тебе никакого вреда. У него не останется весомых улик против тебя. Без меня он не сможет тебя поймать.

Савич сидел абсолютно неподвижно, даже глаза, устремленные на нее, перестали мигать. Наконец он сказал:

— Элиза, ты делаешь невозможно щедрое предложение. Мало того, что наживаешь врага в лице своего нового любовника, так еще и рискуешь собой.

— Я согласна рискнуть, если ты примешь мое предложение.

Он испытующе посмотрел на нее, зная, что подобное предложение будет дорого стоить.

— Чего же ты хочешь взамен? Должно быть, это что-то важное для тебя. Без чего ты не можешь жить.

— Да. И ты можешь мне это дать.

— Говори.

Она пристально посмотрела на него:

— Отдай мне Като.

Возвращая судье ключ от «Лексуса», Диди старалась не смотреть ему в глаза. Как будто это могло сгладить впечатление от сцены, свидетельницей которой она стала. В принципе, она была согласна с Дунканом. Но он не имел права так грубо обращаться с судьей. Он перегнул палку. И причиной тому была Элиза Лэрд.

Они посмотрели вслед уехавшему судье и вернулись в ее машину.

— Все прошло так, как мы и планировали, — радостно заметил Дункан, плюхнувшись на пассажирское сиденье.

— Дункан, разве ты не понимаешь, что произошло?

— Теперь мы в два счета поймаем Савича и этого засранца судью.

— Хочешь сказать, для этой цели все средства хороши? И кнут и пряник?

— Пряниками мы их уже кормили. Не сработало.

— Он мог арестовать нас за нападение.

— Мог. Но не арестует, будет спасать свою задницу вместе с репутацией. — Он посмотрел на свои часы. — Хотя Са-вич любит засиживаться в своем кабинете допоздна, надо поторопиться, если мы хотим застать его. Поехали.

— Сейчас?

— Конечно, сейчас. А ты как думала?

— Я думала, ты будешь соблюдать инструкцию! — воскликнула она. — Получишь ордер на арест. Проконсультируешься с начальством. Ты еще помнишь, кто такой капитан Жерар? Уорли? Мы не разбойники. Мы полицейские. Нам нужно прикрытие и…

— Нет, — решительно оборвал он.

Они посмотрели друг на друга. Она первой отвела взгляд и попробовала сменить тактику:

— Дункан, ты утратил чувство реальности. Пожалуйста, остановись и подумай: что ты делаешь?

— Я уже думал. Так долго думал, что уже затошнило. Теперь пора действовать.

— Согласна. Но мы должны действовать обдуманно и законно.

— Отлично, — резко сказал он. — Раз уж это тебя так пугает, я все сделаю сам. Если начнется заварушка…