Элизабет Лоуэлл - Тень и шелк (Под именем Энн Максвелл)

Фландерс сумел бы понравиться Прасаму Дхамсе, размышлял Шон. Ламе удалось бы разглядеть упрямое стремление к лучшему под налетом цинизма полицейского.

– Я ищу покоя, – объяснил Шон. – Как и все остальные, кто не признается в этом.

– Говори только за себя, – перебила Дэни. – А предмет моих мечтаний вполне осязаем – лоскут одеяния Будды.

– Он принесет покой и мне, – согласился Шон. – Причем надолго.

Фландерс указал пистолетом в сторону склада, за которым они наблюдали уже целый час, с тех пор как туда вошли Катя и Касатонов.

– А вам не кажется, что предмет ваших мечтаний находится прямо перед вами? – поинтересовался Фландерс.

– Этого мы не знаем, – откликнулся Шон.

– Тогда давайте ворвемся туда и выясним.

– Но если шелка там нет, выбраться оттуда нам не удастся, – сухо напомнил Шон.

– А как насчет параболического микрофона, а может, и подслушивающего устройства в стене склада? – предложил Фландерс.

– Слишком опасно. У склада наверняка расставлены охранники.

– Я произвожу вполне убедительное впечатление бездомного пьянчуги.

Шон отрицательно покачал головой. Фландерс шепотом выругался.

– Если я правильно понял, у «Риск лимитед» проблемы с грязными уловками?

– Когда как, – уклончиво отозвался Шон.

– Вы же не собираетесь передавать дело в федеральный суд, верно? – напомнил Фландерс. – Вам нужна только информация.

– Анонимная информация, – уточнил Шон. – Источник которой невозможно проследить.

– Этим и хороши параболические микрофоны, – подхватил Фландерс.

Щон вновь покачал головой.

– Мы имеем дело не с уличными торговцами крэком, – напомнил он. – Касатонов наделен шестым чувством опасности.

– Как и ты, – вставила Дэни.

– Но это чувство не спасло нас обоих в Лхасе, в прошлый раз, когда мы оказались на пути у Касатонова, – напомнил Шон.

Фландерс вскинул голову.

– И здорово вам досталось?..

– Почти так же здорово, как холодно в могиле, – нехотя признался Шон.

– Значит, тебя и на самом деле прижало, сынок.

– Да, – просто подтвердил Шон. – И я не хочу вновь подвергать Дэни такой опасности. Она лицо гражданское.

– Что бы ты там ни говорил, – заявил Фландерс, голыми руками тебя не взять.

– Сколько еще мы будем торчать здесь? – спросила Дэни у Шона.

– До тех пор, пока не увидим хоть что-нибудь.

– А если бы меня здесь не было? Ты сделал бы то же самое? – настаивала Дэни.

– Вероятно, – отозвался он. Фландерс фыркнул.

– Мы еще можем позволить себе ждать, – пояснил Шон. – Наши агенты в Токио следят за Коямой. У нас есть время подумать, прежде чем решиться действовать.

– Но… – начала Дэни.

– Подожди, – коротко прервал Шон. Дэни вскинула голову. За долю секунды Шон превратился из тени тигра в самого тигра.

Фландерс ожил мгновение спустя. Он выпрямился на сиденье, сунул пистолет в кобуру на поясе и поднес бинокль к глазам.

Шон уже давно смотрел в свой бинокль. По другую сторону замусоренной соломой стоянки подъехал и остановился перед дверью склада «Земли и неба»: бежевый грузовик с тентом. Водитель вышел, подошел к двери и постучал.

– Чжень Ли Хвань, – произнес Фландерс, узнав китайца. – Черт! Пять тысяч баксов бродят под носом. Вот уж не думал, что он когда-нибудь снова сунет свою драную бороду и тощую задницу на мою сторону границы?

Дверь склада приоткрылась, впуская прибывшего. Одним взглядом Шон охватил внутренность склада.

– Внутри восемь, а может, и десять человек, – бормотал он. – Касатонов, Катя, Ли. Статуя… похоже, сидящего Будды. Только без головы.

– Теперь вам известно, как они провезли контрабанду, – вставил Фландерс.

– Чего мы ждем? звенящим от возбуждения голосом спросила Дэни.

– Случая поудобнее, – коротко отозвался Шон. Фландерс извлек из сумки, стоящей в ногах, сотовый телефон.

– Ты когда-нибудь слышал о номере 911 ? – спросил он у Шона.

– Да. Но лучше не звони.

– Чжень скрывается от федеральных властей, – объяснил Фландерс. – Анонимного звонка в полицейское управление Сиэтла достаточно, чтобы весь район оцепили за каких-нибудь пять минут.

Не отвечая, Шон проследил, как скользнула на место дверь склада, закрываясь за въехавшим внутрь грузовиком.

– Убери телефон, – попросил он.

– Так тебе нужен этот треклятый шелк или нет? – раздраженно выпалил Фландерс.

– Этот шелк не прочнее паутины, – пояснил Шон. – Нам придется выждать время, чтобы не повредить его. А вооруженные команды захвата не могут похвастаться утонченностью.

Вдобавок возникала еще одна проблема – та, о которой знали только Шон, Редпас, Джиллеспи и неизвестный ткач. Если план Шона сработает, шелк будет спасен, а «Гармония» рухнет.

Фландерс испустил глубокий вздох и недоверчиво покачал головой.

– Ты старший, тебе и решать, – заявил он. – Но когда-нибудь нам все равно придется попытать удачу, иначе случая может больше не представиться.

– Мы должны опередить «Гармонию» и подстроить… скажем, засаду, – заявил Шон, не отрывая взгляда от закрывшейся двери склада. – Кто такой этот Чжень Ли Хвань?

– Контрабандист, перевозчик героина, – сообщил Фландерс. – Его разыскивают таможенники. Родственникам Чженя принадлежит лавка в чайнатауне Виктории, где они продают китайскую лапшу. Вероятно, там же хранят половину героина, прибывающего из Азии, но никому еще не удавалось поймать эту семейку за руку.

– Чжень – член тона «Земля и небо»? – спросил Шон.

– Похоже на то, – сухо отозвался Фландерс. – Ни одного постороннего не подпустили бы к дверям этого склада – иначе мы сами могли бы запросто войти туда.

Оба несколько долгих минут вглядывались в двери склада.

Все оставалось по-прежнему.

Внезапно послышался негромкий, ритмичный стук по металлическому боку фургона. Шон обернулся на звук открывшейся двери. В машину забрался Гельман. Судя по сияющему лицу, агент вернулся не с пустыми руками.

Подняв бинокль, Шон возобновил наблюдение за дверями склада.

– Рассказывайте, – обратился он к Гельману.

– Консьержка в отеле – прелестная молоденькая латиноамериканка, родилась и выросла в Гвадалахаре, как и я, – сообщил Гельман.

– Ты же говорил мне, что родился в Гуанахуато, – напомнил Фландерс.

Гельман небрежно пожал плечами.

– Сегодняшнее утро выдалось у этой консьержки особенно хлопотливым, – продолжал он. – Ей пришлось помогать одним очень богатым иностранцам, которые остановились в «Четырех временах года», фрахтовать роскошную прогулочную яхту.

– При чем тут это? – удивилась Дэни.

– Терпение, детка! – с усмешкой отозвался Гельман. – Пробыв в заказанном на пять дней номере всего двое суток, богачи из «Гармонии» решили покинуть отель и отправиться в плавание мимо островов до Ванкувера – до города, а не острова.