Энн Максвелл - Тень и шелк

Ли ответил ему улыбкой чеширского кота, но в этот момент напоминал скорее крысу с пристани.

— Ресторан надежен, как швейцарский банк, — заявил Ли.

Катя вопросительно взглянула на Касатонова. Несколько минут в помещении склада не было слышно ни звука: Касатонов сосредоточенно обдумывал план.

Наконец он коротко кивнул, соглашаясь.

— Шелк должен быть в Ванкувере завтра утром, в десять часов, — сказала Катя. — Вы сможете доставить его вовремя своим методом «выброски вслепую»?

— Конечно, Царица, — ответил Ли, криво усмехаясь. Воспользоваться прозвищем Кати было непростительной наглостью с его стороны.

— Тогда решено, — заключила Катя.

С улыбкой она начала обдумывать план отмщения высокомерному китайцу. Эта мысль вызвала у нее почти сексуальный трепет предвкушения.

«Но сначала, — напомнила она себе, — Ли должен выполнить свою задачу в моей „шелковой стратегии“».

Глава 28

В трущобах портового района, некогда бывшего чайна-тауном Сиэтла, обломки досок и полуразрушенные кирпичные стены громоздились повсюду, как надгробия. Несмотря на множество свободных мест для жилья, выходцы из Кантона явно питали пристрастие к уцелевшим строениям вековой давности.

Последние двадцать минут Дэни провела, пытаясь представить себе, как выглядел этот район раньше. Такое мыслительное упражнение было ее испытанным способом совладать с сочетанием тревоги и безмерной скуки.

Несомненно, слежка, в ходе которой наблюдателям пока приходилось бесцельно торчать на одном месте, уставясь в пустоту, — чрезвычайно нудное занятие.

— Слежка всегда бывает такой… богатой событиями? — с иронией осведомилась Дэни.

— Да, — кивнул Шон.

— Значит, приток адреналина в подобной работе совершенно бесполезен.

— Скучно только до тех пор, пока до цели остается почти полмили, — еле слышно прошептал Фландерс.

— Что? — не расслышала Дэни.

Фландерс оторвался от своего занятия — последние полчаса он усердно чистил и полировал большой пистолет.

— Если подобраться поближе, — произнес он, взглянув на Шона, — слежка станет чертовски интересным делом: гораздо интереснее, чем смотреть, как сохнет краска.

Не обращая внимания на Фландерса, Шон застыл неподвижно, словно тень тигра, затаившегося в пятнистом мраке джунглей, и смотрел в затемненное окно фургона.

Фландерс пробормотал что-то на ломаном испанском и начал вставлять патроны.

— Это и не скучно, и скучно, — негромко сказал Шон. — Ни то, ни другое, но и то, и другое вместе.

— А теперь переведи на английский, — попросила Дэни.

— Все познается в сравнении. Если заняться слежкой после того, как приходится подолгу смотреть в одну точку стены каменной клетки в промозглом монастыре и думать о бесконечном разнообразии бесконечности, — объяснил Шон, — то слежка покажется на редкость интересным делом.

— Дзен-философия слежки, — определил Фландерс. — Я часто слышал о рассудочности агентов «Риск лимитед», но не подозревал, что среди вас еще остались дзен-воины.

— Он монах, — возразила Дэни с оттенком горечи. — Это большая разница.

— Просто искатель, — поправил их обоих Шон. — Ни больше ни меньше.

— Вы ищете что-нибудь особенное? — невинным тоном осведомился Фландерс. — Сиэтл — большой город. Здесь можно найти что угодно.

Шон рассмеялся. За несколько часов, проведенных в фургоне, он научился ценить остроумных, бывалых таможенников.

Фландерс сумел бы понравиться Прасаму Дхамсе, размышлял Шон. Ламе удалось бы разглядеть упрямое стремление к лучшему под налетом цинизма полицейского.

— Я ищу покоя, — объяснил Шон. — Как и все остальные, кто не признается в этом.

— Говори только за себя, — перебила Дэни. — А предмет моих мечтаний вполне осязаем — лоскут одеяния Будды.

— Он принесет покой и мне, — согласился Шон. — Причем надолго.

Фландерс указал пистолетом в сторону склада, за которым они наблюдали уже целый час, с тех пор как туда вошли Катя и Касатонов.

— А вам не кажется, что предмет ваших мечтаний находится прямо перед вами? — поинтересовался Фландерс.

— Этого мы не знаем, — откликнулся Шон.

— Тогда давайте ворвемся туда и выясним.

— Но если шелка там нет, выбраться оттуда нам не удастся, — сухо напомнил Шон.

— А как насчет параболического микрофона, а может, и подслушивающего устройства в стене склада? — предложил Фландерс.

— Слишком опасно. У склада наверняка расставлены охранники.

— Я произвожу вполне убедительное впечатление бездомного пьянчуги.

Шон отрицательно покачал головой. Фландерс шепотом выругался.

— Если я правильно понял, у «Риск лимитед» проблемы с грязными уловками?

— Когда как, — уклончиво отозвался Шон.

— Вы же не собираетесь передавать дело в федеральный суд, верно? — напомнил Фландерс. — Вам нужна только информация.

— Анонимная информация, — уточнил Шон. — Источник которой невозможно проследить.

— Этим и хороши параболические микрофоны, — подхватил Фландерс.

Щон вновь покачал головой.

— Мы имеем дело не с уличными торговцами крэком, — напомнил он. — Касатонов наделен шестым чувством опасности.

— Как и ты, — вставила Дэни.

— Но это чувство не спасло нас обоих в Лхасе, в прошлый раз, когда мы оказались на пути у Касатонова, — напомнил Шон.

Фландерс вскинул голову.

— И здорово вам досталось?..

— Почти так же здорово, как холодно в могиле, — нехотя признался Шон.

— Значит, тебя и на самом деле прижало, сынок.

— Да, — просто подтвердил Шон. — И я не хочу вновь подвергать Дэни такой опасности. Она лицо гражданское.

— Что бы ты там ни говорил, — заявил Фландерс, голыми руками тебя не взять.

— Сколько еще мы будем торчать здесь? — спросила Дэни у Шона.

— До тех пор, пока не увидим хоть что-нибудь.

— А если бы меня здесь не было? Ты сделал бы то же самое? — настаивала Дэни.

— Вероятно, — отозвался он. Фландерс фыркнул.

— Мы еще можем позволить себе ждать, — пояснил Шон. — Наши агенты в Токио следят за Коямой. У нас есть время подумать, прежде чем решиться действовать.

— Но… — начала Дэни.

— Подожди, — коротко прервал Шон. Дэни вскинула голову. За долю секунды Шон превратился из тени тигра в самого тигра.

Фландерс ожил мгновение спустя. Он выпрямился на сиденье, сунул пистолет в кобуру на поясе и поднес бинокль к глазам.

Шон уже давно смотрел в свой бинокль. По другую сторону замусоренной соломой стоянки подъехал и остановился перед дверью склада «Земли и неба»: бежевый грузовик с тентом. Водитель вышел, подошел к двери и постучал.

— Чжень Ли Хвань, — произнес Фландерс, узнав китайца. — Черт! Пять тысяч баксов бродят под носом. Вот уж не думал, что он когда-нибудь снова сунет свою драную бороду и тощую задницу на мою сторону границы?