Джейн Хеллер - Ча-ча-ча

Он с энтузиазмом закивал головой.

— Дайте мне двадцать четыре часа, — сказал он, засовывая пакетик в большой конверт с надписью «Срочно».

Приехав домой, я позвонила Дженет Клейборн. Так как я играла роль детектива, то решила попытаться выяснить у Дженет свои подозрения насчет того, что этим «влиятельным покупателем» была не кто иная, как Бетани. И именно Бетани она показывала мой дом в тот вечер, когда меня арестовали за хранение наркотиков. Бетани могла подложить кокаин в мой холодильник в тот момент, когда Дженет оставила ее без присмотра.

— А, привет. Звоните насчет дома? — спросила она.

Нет, дурочка, я звоню узнать прогноз погоды.

— Да, — сказала я. — Насчет того перспективного покупателя, которого вы приводили. Я знаю, что дом смотрела Бетани Даунз. — Бабах. — Мы с ней давнишние подруги. Помните, мы вместе с ней работали в газете ее отца?

— Ах да, конечно. Я совсем забыла об этом. — Я была права! Эта мерзкая сука уже дважды пыталась свалить на меня убийство Мелани! — Когда мисс Даунз попросила показать дом в ваше отсутствие, я решила, что вы не знакомы. Простите меня, дорогая.

— Я прощаю вас, Дженет.

— Ну, раз вы с ней коллеги, то, я думаю, вы обсудите все сами. Может быть, если вы слегка подтолкнете Бетани, то мы получим долгожданное предложение.

— Отличная идея, — сказала я, — насчет подтолкнуть Бетани.

— Удачи вам, дорогая. Держите меня в курсе.

— Спасибо Дженет. Вы очень помогли мне. — Впервые в жизни.

Когда Кулли вернулся вечером домой, мы принялись рассказывать друг другу за ужином, чем занимались целый день. Он рассказал мне о домах, которые фотографировал, и о хозяевах этих домов, Присутствие которых ему пришлось терпеть. А я поведала о своих поездках в «Коммьюнити Таймс» и колледж Джессапа, а также о телефонном разговоре с Дженет. Мое расследование произвело на Кулли впечатление.

— Ну что, Сонни, похоже, Бетани загнана в угол, — улыбнулся он.

— Я тоже так думаю, — гордо сказала я. — А как ты отнесешься к тому, что я сейчас загоню в угол тебя?

Я прижала Кулли к морозилке и обняла его обеими руками.

— Я уже говорила тебе, что наша совместная жизнь на лодке дала мне очень многое? — спросила я.

— Не-а. Расскажи сейчас.

— Не знаю, что именно: жизнь на лодке, любовь к тебе или те ужасные события, которые мне пришлось пережить в последнее время, но я не чувствую себя такой измотанной, какой была раньше. Я имею в виду, когда я была замужем за Сэнди и жила в Маплбарк. Тогда мне казалось, что даже легкий ветерок может сбить меня с ног. А теперь я думаю, что это не под силу даже урагану. Я могу согнуться, но не упаду.

Кулли поцеловал меня. Потом он неожиданно взял меня на руки и пронес через всю лодку — от камбуза до койки. Он положил меня на койку, раздел, разделся сам и упал в мои распахнутые объятья. Наши обнаженные тела соединились в одно целое, как были одним целым «Марлоу» и море.

— Давай покачаемся, — прошептал он и развернулся так, что его голова оказалась между моими ногами, а моя — между его.

— Я всегда плохо соображала в математике и до сих пор не могу понять, почему эта поза называется «шестьдесят девять», — сказала я после нескольких минут игры с пенисом Кулли.

— Называй ее хоть сорок два, хоть пятьдесят четыре, как хочешь, но только не переставай делать то, что ты сейчас делаешь, — простонал Кулли.

Цифры, цифры. Через несколько мгновений мы до такой степени погрузились друг в друга, что я уже не разбирала, кто есть кто и что есть что.

— Ооо, бэби. — По телу Кулли пробежала дрожь. — Тебе кто-нибудь говорил, что у тебя необыкновенный рот?

— Моя мама иногда говорила мне это, но, думаю, она вкладывала в эти слова несколько иной смысл.

На следующее утро я позвонила Эду Дадли из химической лаборатории колледжа.

— Не хочу показаться назойливой, — сказала я, — но не готовы ли результаты анализа, о котором мы говорили с вами вчера?

— О, да, — ответил он. — Сказать вам, что я обнаружил?

— Пожалуйста.

— О'кей. Ваше вещество оказалось полисахаридом в смеси с дисахаридом с примесью альдегида коричной кислоты и целлюлозы.

В точку. Результаты, полученные профессором Дадли, совпали с результатами анализа, сделанного в полиции. Это означало, что сахарная пудра со стола Бетани была такой же, как и со стола Мелани, то есть пончики были приготовлены одинаково и в одном и том же месте. Разница между этими двумя анализами была только в том, что профессору Дадли для этого понадобился всего один день, а полицейскому управлению — шесть недель.

— Профессор, вы спасли мне жизнь, — сказала я, представляя, какое лицо будет у Корзини, когда я потребую публичных извинений от полицейского управления Лэйтона за то, что они арестовали меня вместо Бетани.

— Вы заедете за вашим образцом? — спросил Эд.

— Обязательно, — сказала я. — И могу я попросить сделать для меня еще одно одолжение?

— Конечно, если вы разрешите мне просить и вас об одном.

— Конечно. Просите первый.

— Нет, дамы вперед.

— Хорошо. Не могли бы вы дать мне письменное заключение об анализе? Какой-нибудь документ, который послужит мне справочным материалом? — Документ, который Корзини сможет прочитать и разрыдаться.

— Без проблем, — сказал Эд. — Приезжайте.

— Отлично. А о чем вы хотели попросить меня?

— Ну, — начал он. — Так как вы писательница, то не могли бы вы взглянуть на мою книгу, может быть, даже помочь передать ее в издательство?

— Вашу книгу?

— Да. Я работал над ней в течение трех лет.

— А что это за книга? Какое-нибудь научное исследование? — Я решила, что Эд метит на премию имени Стефена Хокинга.

— Нет, это биографическое исследование жизни Эда Макмагона.

— Вы шутите.

— Нет, это правда. Я проследил его карьеру от первого появления в передаче «Тунайт шоу» до того момента, когда его пригласили в качестве гостя на «Поиск звезд». И, конечно, я написал о его прекрасной работе на «Семейном колесе фортуны».

Неужели в этой чертовой стране все помешались на знаменитостях, спросила я себя.

— У меня нет большого опыта в книгах о знаменитостях, но я с радостью дам вам имена тех, кто в этом разбирается, — сказала я.

Я дала ему имя и адрес Тодда Беннета. Эд горячо поблагодарил меня и добавил, что если когда-нибудь Голливуд купит права на экранизацию моего романа о профессоре химии и им понадобится научный консультант, то он всегда готов к их услугам.