Филлис Уитни - Мерцающий пруд

— Замечательно, — согласился он, так же бесстрастно, как она.

Лора быстро спустилась на кухню и приготовила поднос, как в тот раз, когда она ждала его поздно ночью. Поднявшись на второй этаж, она увидела, что дверь новой гостиной открыта и в комнате зажжен свет.

Уэйд сидел в старом удобном кресле, которое Питер принес с чердака, и оглядывал комнату с видом иностранца, попавшего в чужую страну и не нашедшего там ничего знакомого. Лора подвинула столик и поставила на него поднос.

— Конечно, в комнате еще не совсем все в порядке, — оживленно сказала она, наполняя его чашку. — Пока что я обставила ее чем придется, но если она окажется полезной, возможно, мы сможем добавить что-нибудь новое и сделать ее по-настоящему уютной.

Он ничего не ответил, и она не знала, что он думает или чувствует.

— Расскажи мне побольше о своей поездке, — сказала она. — Что слышно о войне в Вашингтоне?

Он задумчиво помешивал чай.

— С середины месяца армии Ли выступили в поход. Они перешли Потомак и вошли в Пенсильванию. Опасаются наступления на Гаррисберг, но, как я понимаю, армия Мида на подходе, чтобы остановить его. Все людские резервы, какие только возможно, посылаются отсюда на поддержку Штатов.

— Конечно, мы его остановим, — сказала Лора. У Уэйда был грустный вид.

— Ужасно быть беспомощным. Понимая обстоятельства, как сейчас, я знаю, как нужен в армии каждый человек. Мне надо быть там, со своей ротой.

Она очень тихо сидела у окна, допивая свой чай. Ветер стих, жара становилась гнетущей. От горячего напитка ей стало еще жарче, она обмахивалась платком и пыталась найти слова, чтобы утешить Уэйда. Они оба знали, что ему никогда не вернуться в армию.

— Эдгар Лорд приезжал домой на два дня, — произнесла Лора. — Вчера он уехал, чтобы присоединиться к своим в Пенсильвании. Серина ужасно боится, что он попадет в большое сражение. Но она держится прекрасно. Она постоянно что-нибудь придумывает, чтобы занять нас всех.

— У нее есть причина волноваться, — сказал Уэйд. Но Лора знала, что он сожалеет о том, что ему нельзя участвовать в военных действиях.

Немного спустя он пожелал ей доброй ночи и отправился спать. Когда он ушел, Лора переставила чайную посуду на поднос, а потом постояла, оглядывая комнату. От тех, прежних дней не осталось ни следа. Она даже пригласила обойщика, чтобы заменить обои на новые с приятным рисунком в желто-зеленых тонах. Не было ни малейшего запаха розовых лепестков, и прежняя затхлость уступила место свежим ароматам сада. Но, может быть, память о Вирджинии всегда будет преследовать эту комнату. Невозможно было знать, что чувствует Уэйд. Если раньше он легко проявлял свои чувства, теперь он скрывал их, и она никогда не знала, что он думает.

В ту ночь она долго лежала без сна, беспокойно ворочаясь во влажной духоте, не в состоянии заснуть.

XXVIII

В те первые дни июля все в Нью-Йорке, казалось, замерло. 1863 год был годом непрерывных поражений северян, а сейчас где-то в Пенсильвании, может быть, гремел большой бой. Ли взял Чеймберсберг и Йорк, и Гаррисберг мог оказаться следующим на пути его наступления. Север тревожно затаил дыхание, а слухи противоположного характера попеременно то ободряли, то пугали.

На рассвете 4 июля зазвонили церковные колокола. Стреляли пушки и взлетали ракеты, объявляя о победе Севера. К 5 июля начали просачиваться отрывочные новости. В конечном итоге бои не дошли до Гаррисберга. Войска Пикетта атаковали северян вдоль Семетри-Ридж около местечка Геттисберг, и, кажется, разыгралось одно из крупных, решающих сражений войны. Победа была полная и сокрушительная. Армия Северной Вирджинии под предводительством Ли была разгромлена, дезорганизована, разбита наголову.

Ликование на Севере дошло до исступления. Слишком долго на Севере ели горький хлеб поражений. Теперь люди отбросили сдержанность и предались безумной радости. Мужчины и женщины плакали и обнимались на улицах. Наверняка, это — конец восстания! Юг не сможет продолжать борьбу! Война закончится через несколько недель! Были и более мудрые головы, которые не были так уверены, так полны надежд, но кто их слушал?..

Нью-Йорк так ликовал по поводу битвы при Геттисберге, что едва ли заметил сдачу Виксберга, которая открыла путь к Миссисипи на север. Интерес Нью-Йорка к сражениям в Пенсильвании был понятен, так как почти вся армия и милиция были отправлены, чтобы остановить наступление Ли. Защищать Нью-Йорк осталась только горстка полиции. Немногие трезвые головы Нью-Йорка опасались возможности нападения, но большей частью все были слишком заняты запуском фейерверков и другими проявлениями радостных чувств, чтобы обращать внимание на такие мрачные предчувствия.

Даже Догвуд-Лейн решил по-своему скромно отпраздновать победу. Было решено устроить вечер с ужином и костром на пляже, и Серина Лорд лихорадочно занялась подготовкой. Так как Эдгар уехал в Пенсильванию, Серина не имела от него известий. Лора понимала, что она тревожится больше прежнего и все эти планы праздничного бала были просто попыткой отвлечься.

Первые планы праздника сорвал дождь, и вечер перенесли на понедельник, 13 июля. Неделя прошла после сражения при Геттисберге, неделя — после Виксберга, но на Севере все еще ликовали. Теперь, однако, большинство семей со страхом и беспокойством начинали ожидать возвращения солдат. Кто вернется, кто нет? Уже было известно, что потери с обеих сторон были устрашающие. Если уж праздновать победу, то лучше поспешить и не дожидаться следующего уик-энда.

В субботу неожиданно начальник военной полиции Нью-Йорка отдал приказ о проведении призыва в армию. В тот день около призывных пунктов собрались люди, но беспорядков не было, и газеты были настроены оптимистически. Все будет проведено организованно, в законном порядке, обещали власти, и в воскресенье добропорядочные граждане вздохнули с облегчением.

В понедельник утром Адам Хьюм остановился у дома Тайлеров узнать, не хочет ли Уэйд съездить в Нью-Йорк засвидетельствовать это историческое событие и получить представление о том, как люди к нему относятся. Уэйд охотно согласился. Лора знала, что он тревожился в субботу, когда начался призыв, и опасался беспорядков. Они с Адамом обещали, что вернутся домой задолго до начала праздника на пляже.

В вечере должны были принять участие те, кто жил в переулке или поблизости, дети тоже. Днем Элли уложила в большую корзину обильный ленч, и Питер повез Лору, Джемми и Хэмлина к любимому пляжу Серины на Южном берегу. Впереди ехал экипаж Лордов с Сериной, Эстер Уайли и двумя мальчиками Серины. Морган ехала в своем экипаже, ее сопровождала Ребекка, которая должна была помогать приготовить и подать ужин в тот вечер.