Безжалостные люди - Дж. Дж. МакЭвой

в виду империи, как вы ее называете? — спросил я его, наливая.

— Достаточно.

Ухмыльнувшись, я повернулся к нему.

— Достаточно? Это все, что вы можете мне сказать? Орландо, мы с вами оба понимаем, что она, может быть, и умна, но ни один отец никогда не позволит своей маленькой принцессе видеть то, что видим мы, или делать то, что делаем мы.

— Она быстро учится. Учитывая женщин, с которыми ты был, разве этого недостаточно? — в его словах был смысл.

Повернувшись к своему брату, я налил еще немного, прежде чем облокотиться на стол Орландо. Достаточно скоро он станет моим.

— Нил, дорогой брат, что ты об этом думаешь? — спросил я, забирая у Орландо ручку и направляя ее на него.

— Пока она выполняет свои другие обязанности, почему бы и нет? Всему, чего она не знает, ты можешь ее научить. Это может помочь связать наши семьи, — мне почти хотелось поаплодировать ему. Я рассмеялся при этой мысли.

Иногда Нил был таким мудрым.

— И Деклан, дорогой кузен, что ты думаешь об этом грубом изменении контракта в последнюю минуту?

Деклан усмехнулся.

— Самое грубое — это то, что тебе придется потратить пять минут на то, чтобы все ей объяснить. К тому же, мне вроде как нравится эта идея. Может быть, если бы женщины знали, как трудно заработать несколько миллионов, они бы не тратили их так быстро.

Мы все рассмеялись и повернулись к Орландо, который ухмыльнулся мне своими чертовыми потрескавшимися губами. Я не был уверен, было ли это потому, что он согласился, или потому, что лекарства от рака воздействовали на его мозг. Орландо Джованни было труднее прочесть, чем большинство других людей.

— Что ж, Орландо, я женюсь на вашей дочери, — сказал я без эмоций в голосе. Деклан снова протянул мне контракт.

Прежде чем ручка коснулась бумаги, я уставился на аккуратный почерк, на котором было написано «Мелоди Никки Джованни».

Я хотел сначала увидеть ее, но все равно расписался. Мой отец всегда говорил мне выбирать сражения так, чтобы у меня была энергия, чтобы выжить в войне. От этого зависело слишком многое, чтобы я мог отказаться только потому, что мне нужно было получить согласие от маленькой принцессы. К тому же мы будем женаты, и я бы держал ее слишком занятой, чтобы обращать на это внимание.

— Ты не собираешься обратиться за советом к своему отцу? — спросил Орландо, когда я подписью отдал свою душу.

— Его невеста, его выбор, — сказал мой отец, впервые заговорив.

— Это мой выбор, — повторил я, протягивая болезненному человеку, моему будущему тестю, бумаги. Мы пожали друг другу руки, и я попытался заставить себя не сломать его руку пополам. — Я хотел бы увидеть, кого я выбрал.

— Ну конечно, — сказал он, позвонив в колокольчик, который эхом разнесся по всей комнате. Допивая остатки его ужасного бренди, я ждал.

Когда дверь открылась, я почувствовал, как мой член попытался отделиться. Вошедшая девушка была гадким утенком с густыми и растрепанными темно-каштановыми волосами, в темных очках и с проклятыми брекетами.

К черту все это на семь уровней ада! — мой разум кричал.

— Только подумай, подземные поля героина. Когда тебе понадобится номер телефона пластического хирурга? — пробормотал Нил рядом со мной. Я слышал сдерживаемый смех в его голосе. Он так заботился об этих чертовых подземных героиновых полях, что можно было подумать, что он сам употреблял гребаный наркотик.

— Мисс Бьянки, где моя дочь? — спросил Орландо, и мое кровяное давление упало, в то время как мой член поднялся в надежде. Я мог бы поклясться, что слышал, как старик хихикнул.

— Самый большой испуг в твоей жизни, — произнес Деклан, пока мы ждали ответа гадкого утенка. Робкая девушка взглянула на нас, но ничего не ответила. Вместо этого она продолжала смотреть в пол. Если она в ближайшее время не заговорит, я откручу ее уродливую маленькую головку.

— Все в порядке, Адриана. Мужчина перед вами — жених Мелоди. Вы можете говорить свободно, — сказал ей Орландо, пока я терял свое чертово терпение.

Сначала поклонившись нам, она встала и уделила мне все свое внимание, стоя с такой гордостью, что это почти отвлекло от ее внешности… почти.

— Доброе утро, сэр. Мэм на совещании в подвале, — сказала она, заставив нас всех замереть. Все в нашем мире знали это гребаное слово.

— Это что, какая-то шутка?

— Как вы думаете, кто управляет делами, пока я умираю, джентльмены? — Орландо хихикнул, прежде чем отвернуться от нас. — Если вы мне не верите, то можете спуститься в подвал. Но имейте в виду, вы не встретите женщину, которую нужно чему-то учить. Benvenuti nella famiglia9, Господа Каллаханы.

Пылая, я повернулся к своему отцу, который все еще смотрел на больного человека в кресле.

— Ты знал об этом? — Я пристально посмотрел на него, но только для того, чтобы он взглянул на меня в ответ. В большинстве случаев я знал свое место при моем отце, но приливы и отливы менялись. Я поднимался, и мне нужно было знать, утаил ли он от меня информацию.

— Нет, Лиам, я не был в курсе. Похоже, это был хорошо охраняемый секрет, но объясняет недавний рост империи Джованни, — ответил он, казалось, тоже несколько сбитый с толку мыслью об этом.

— Ни хрена себе, за всем этим не может стоять девушка, — сказал Нил, как ребенок.

— Тогда отведи нас к ней, — приказал я девушке, и она кивнула. Я хотел бы увидеть эту Мелоди и узнать, действительно ли она была тем Боссом, которым они осмелились ее назвать.

— Седрик, могу я на минутку перекинуться с тобой парой слов?

Мой отец кивнул, больше не заботясь о том, что я решил сделать.

В последний раз я повернулся к Орландо, который даже не потрудился оглянуться, когда мы уходили. Должно быть, это был мрачный день для него. Он потеряет компанию и дочь. Но я не жалел его — он и так скоро будет мертв.

Гадкий утенок не говорила и даже не пыталась дышать, пока мы не дошли до конца