Мэгги Осборн - Его прекрасные жены

Взяв вожжи, Боуи спросил, куда ехать, и направил лошадь на окраину города. Дрожащим голосом Сьюзен рассказала ему о празднике на озере в честь Четвертого июля.

– Это так тяжело! - закончила она, задыхаясь от слез. - Нэйт был смыслом всей моей жизни.

Они проехали около четверти мили, прежде чем продолжили разговор.

– У меня сотня вопросов, - наконец сказал Боуи. - Полагаю, у тебя тоже.

– Да. - Она нервно крутила в руках носовой платок. - Все это очень сложно… может, будет проще, если мы начнем сначала.

Боуи кивнул и большим пальцем сдвинул стетсон на затылок.

– О Стоун-Тоусе ты знаешь, но известно ли тебе о том, что случилось с Лютером Рэдисоном?

– Я не верю, что ты застрелил безоружного человека. Один мой друг читал сообщения в газетах. Мы убеждены, что друзья Рэдисона дали лживые показания. - Сьюзен скользнула по нему взглядом. - Но как случилось, что тебя не повесили? Газеты сообщили, что приговор приведен в исполнение. Я также не понимаю, почему ты никого не известил, что остался жив.

Желваки заходили на его скулах.

– Я объясню. Но вначале… ведь сенатор дал слово, что позаботится о вас с Нэйтом в мое отсутствие. Однако из телеграммы Дюбейджа следует, что мой отец лишил вас наследства. - Боуи пристально посмотрел на нее. - Это правда, что вас выставили из дома всего лишь с сорока долларами наличности?

Сьюзен не сводила взора с открывавшейся перед ними горной гряды. Всю ночь она крутилась и вертелась без сна, предвидя этот вопрос и другие и пытаясь решить, как ей следует отвечать. Руководствуясь правдой или сочувствием?

Стиснув руки, она осторожно начала:

– Твой отец понимал, что мы с Нэйтом - твои прямые наследники. Когда сенатор умер, никому и в голову не пришло, что возникнут затруднения при получении свидетельства о смерти или с утверждением завещания. - Сьюзен глубоко вздохнула. - Вне всякого сомнения, твой отец полагал, что нет необходимости заботиться о нас с Нэйтом, поскольку по условиям твоего завещания мы будем обеспечены всем необходимым. Учитывая все это, его решение понятно и совершенно безукоризненно.

Окаменевшие плечи Боуи облегченно опустились, и он кивнул.

– Когда я узнал, что произошло, я подумал… но в твоем объяснении, пожалуй, есть смысл.

Боуи направил лошадь в узорные чугунные ворота кладбища, остановил экипаж в тени сосны, единственного дерева в пределах ограды, и мрачно окинул взглядом залитые солнцем надгробия.

– Здесь всегда дует ветер?

– Обычно да. - Опираясь на его руку, Сьюзен вышла из экипажа. - К Вайомингу нужно привыкнуть. Но если присмотреться, это красивый край. - Она посмотрела на лиловые и голубые вершины, поднимавшиеся в отдалении. - Весной склоны покрываются ковром полевых цветов. Даже шалфей похож на серебряную дымку. Говорят, осенью здесь все сверкает разнообразными красками. - Подняв юбки, Сьюзен подошла к небольшому надгробию и положила к нему букет цветов. - Нэйт полюбил Вайоминг. Здесь много простора для игр, беготни, рыбалки и других занятий, которые нравятся маленьким мальчикам.

Боуи нагнулся и увидел изображение спаниеля, выгравированное на надгробии под именем Нэйта.

– Он любил животных?

– О да! - Сьюзен отвернулась, чтобы скрыть свою боль. - Наш друг заказал эту гравюру.

– Я совсем не знал Нэйта, - проговорил Боуи, помолчав. - Думал, что еще успею. Я подвел Натана и его сына.

– Нэйт был так похож на вас обоих, - сказала Сьюзен, овладев собой. - У него были темные волосы, голубые глаза и упрямый подбородок Стоунов. Любознательный, он обожал приключения и ничего не боялся. Совсем как ты и Натан. Нэйт мечтал поступить в Вест-Пойнт и стать офицером, когда вырастет. - Стоя на коленях, Сьюзен выдергивала сорняки, которые пробивались между камнями, окружавшими могилу. Боль уже не была такой острой, но она всегда будет с ней, в ее душе.

Боуи раскачивался на каблуках, сжимая и разжимая кулаки опущенных рук. Августовский ветерок струился над холмами, шелестел в ветвях сосны и уносился прочь.

– Как умер мой отец? Его убил скандал?

Сьюзен подняла на него глаза.

– Нет. Твой отец гордился тем, что ты совершил в ущелье Стоун-Тоус. Он собирался опротестовать решение суда, потребовать расследования. - Боуи растерянно смотрел на Сьюзен, страстно желая поверить ей. - И он догадывался, как обстояло дело с Рэдисоном. Сенатор не допускал мысли, что его сын может быть убийцей. Ты не виновен в смерти отца. Он умер с любовью к тебе и верой в тебя.

Отвернувшись от нее, Боуи скрестил руки на груди и устремил взгляд на далекие горы Титон.

– Я думал, отец презирает меня за то, что я запятнал честь семьи. Мне казалось, что внешние приличия для него важнее, чем чистая совесть. Я опасался, что мне до могилы суждено нести тяжкий груз его осуждения.

– Сенатор защищал тебя перед всеми, кто готов был его выслушать, - прошептала Сьюзен. Бог простит ее за то, что она изобразила сенатора таким отцом, каким ему следовало быть.

– Не обижайся, Сьюзен, но это правда?

– Да. - Нагнув голову, она направилась к экипажу. - Я покажу тебе, как проехать к моему коттеджу. - Сьюзен села рядом с Боуи, стараясь не прикасаться к его бедру.

– Коттеджу?

– Бревенчатый домик из одной комнаты, совсем крошечный, - объяснила она, оглянувшись на могилу Нэйта. - Мне он нравится.

– Я всегда представлял тебя в огромном доме, полном слуг. - Сьюзен спокойно встретила его удивленный взгляд. - Извини, что так уставился на тебя. Но ты совсем не похожа на ту Сьюзен, которую я помню.

– Да, - тихо проговорила она. - Думаю, ты прав.

– С чего это ты решила отправиться именно в Вайоминг?

По пути в коттедж Сьюзен рассказала, как ответила на объявление Грэшема и как тот отказался от нее, узнав, что она вдова военного и с маленьким ребенком. Решив не щадить чувства Боуи, Сьюзен не утаила, что умоляла Грэшема жениться на ней.

– Я была в полном отчаянии. Без денег, ничему не обученная и с ребенком на руках. Я не знала, как жить и выживу ли вообще.

Боуи сжал вожжи с такой силой, что побелели суставы пальцев.

– Не могу выразить, как мне жаль, что вы с Нэйтом почти голодали. Я и не предполагал, что такая ситуация возможна.

– Мистер Харт в конце концов нашел выход. - Рассказав о своем первом визите к Генриетте Уинтерс в Каунти-Крик, Сьюзен перешла к забавным историям о своем классе. По мере того как она говорила, ее голос становился тверже и в нем зазвучала неосознанная уверенность.

– Ты учительница? - с сомнением проговорил Боуи.

– Мне нравится преподавать. - Заметив его удивление, Сьюзен улыбнулась. - Я никогда не думала, что мне удастся влиять на жизнь других людей, завоевать их уважение и доверие. - Она произнесла это с гордостью. - Перед тем как ты исчез, я тратила время на легкомысленные пустяки: балы, модные наряды. Едва ли у меня хоть раз возникла оригинальная мысль или сложилось самостоятельное мнение о чем-то, пока я жила в Вашингтоне. Я растрачивала попусту свою жизнь и не подозревала об этом. Теперь приношу пользу. Это не всегда просто, а порой очень трудно. Но сознание, что я чего-то стою, приносит мне удовлетворение. Я живу очень неприхотливо, довольствуясь самым необходимым. И мне это нравится.