Элизабет Эдмонсон - Вилла в Италии

У Люциуса был острый слух, и Воэн поняла, что он услышал слова Тео. Плечи его напряженно выпрямились, и рука сжалась в кулак. Американец заставил себя разжать пальцы и стал сгибать и разгибать их, перед тем как взять кисть.

— Я вчера немного перебрала. Забудь об этом.

— О, отлично! Тогда все хорошо. Но эта Марджори, кто она? Я хочу сказать, она не производит впечатления человека вполне твоего круга. Несколько простовата, тебе не кажется?

— Прекратите, Тео. — Люциус поднял взгляд от своей стены. — Марджори — человек огромных достоинств; просто не училась в Итоне и Оксфорде. Должен сказать, она замечательная писательница и человек, знакомству с которым я очень рад.

— Ну что ж, раз вы так считаете… — с сомнением произнес Рэдли, а затем прибавил: — А Джордж тоже писатель?

— Ученый, — ответила Делия. — Причем блестящий. Кембридж. Америка. Он физик. — Едва эти слова сорвались с ее уст, Воэн уже знала, что сейчас скажет Тео.

И муж сестры это сказал:

— О, секретный физик! Замечательно.

— Мне кажется, — обратилась Марджори к Джессике, — что с глаз Делии спали шоры.

— Ты думаешь? Разве это может произойти так быстро? Явно вчера у них была сцена. Моя подруга, можно сказать, затащила его на свидание, повела гулять при луне. Люциус весь кипел.

— Что-нибудь сказал?

— Нет, он прекрасно умеет скрывать свои переживания, но я-то видела, можешь мне поверить. Только пробормотал что-то, а затем мы продолжали говорить о музыке.

Обе женщины принимали солнечные ванны на пляже, удостоверившись предварительно, что Фелисити твердо вознамерилась остаться на террасе под зонтиком, а Джордж решил показать Тео примыкающие к вилле угодья. Тот был помешан на земельных участках.

Джессика привстала и нанесла еще немного лосьона на колени.

— Почему колени загорают сильнее, чем остальные части ног?

— Один из маленьких капризов природы. А теперь, — Свифт закинула за голову сцепленные руки, — мы должны заставить Делию влюбиться в Люциуса.

— Нам это не удастся. Прежде чем заново влюбляться, человек должен сначала отойти от старой любви. Делия еще какое-то время будет чувствовать боль из-за Тео.

— Время работает не на нас. В ближайшем будущем Уайлд отбудет в Англию и для него зазвенят свадебные колокола.

— Почему так получается, что самые лучшие мужчины всегда оказываются в руках самых противных женщин? Люциус должен сам начать ухаживать.

— Наш товарищ слишком джентльмен, чтобы докучать Делии. Будь это в старину, прекрасно себе представляю, как он пронзает мечом Тео. Но сейчас, в середине двадцатого века, он может лишь тихо кипеть да ходить, омраченный ревностью, размышляя о глупости и недальновидности женщин.

— Если Люциус влюбился в Делию, тогда он должен разорвать помолвку с Эльфридой. Письмо подошло бы лучше всего. Тебе не кажется, что с письмом трудно спорить?

— Он может думать, что Делия никогда им не заинтересуется, а тогда почему бы и не Эльфрида — не все ли равно?

Джессика перевернулась на живот.

— Уайлд не из тех, кто покорно принимает то, что предложит судьба. Он сам застрельщик и локомотив.

— Ему надо бы втолкнуть немного здравого смысла в Делию.

— Это пошло бы ей на пользу, осмелюсь сказать, но это не заставит ее в него влюбиться. Тут ведь действует неизвестная сила, фактор «икс», не так ли? Некая химия или магия, заставляющая людей влюбляться.

— Может, Беатриче Маласпина приложит руку?

Джессика фыркнула:

— Призрачные эманации?

— Мне кажется, наша благодетельница все это предусмотрела и хотела, чтобы Делия влюбилась в Люциуса.

— Я думаю, Маласпина была самой необычной женщиной на свете и, бесспорно, любила влиять на ход событий. Господи, все это манипулирование с того света! Тут ведь даже не нужны призраки — только огромное стремление и воля добиться желаемого. Ну и еще много денег, чтобы это обеспечить. Чтобы люди плясали под твою дудку, даже когда тебя больше нет. В этом есть что-то жуткое!

— Зато эффективное.

3

Делия увидела человека, шагающего по дороге к воротам виллы. Она стояла в своей комнате у окна, погруженная в раздумья, когда внимание ее вдруг привлекла прямая фигура с военной выправкой. Англичанин, конечно, судя по кителю и панаме. И не из числа ее знакомых, слава Богу. Должно быть, один из тех самых постояльцев гостиницы, который прослышал об англичанах, проживающих на «Вилле Данте», и решил нанести визит.

Воэн поспешила вниз, стремительно миновала холл и в несколько прыжков спорхнула по ступенькам парадного крыльца. Однако к тому времени как певица достигла ворот, незнакомец уже вошел во двор; с нервами у этого малого все оказалось в порядке — даже не позаботился позвонить или подождать. Она остановилась на дорожке, уперев руки в бока, словно преграждая путь в дом. Гость приблизился и снял шляпу.

— Прошу извинить за вторжение, но, как я понимаю, здесь гостит некий доктор Хельзингер.

Рядом с Делией вырос Люциус.

— Вы знаете этого человека? — спросил он ее, кивнув в сторону незнакомца.

Певица отрицательно покачала головой, и после секундного колебания человек произнес:

— Мистер Гримонд.

— Знакомый Джорджа?

— Не совсем. Он здесь?

— Мне кажется, я слышал свое имя? — Как выяснилось, физик находился неподалеку, в оливковой роще, вместе с Марджори, рассуждая о состоянии посадок.

— Конечно, для обрезки уже слишком поздно, — говорила Свифт, — но деревья сильно запущены. Мы расчистим их немного и удалим беспорядочно разросшиеся ветки.

Было что-то символичное и подкупающее в ученом, идущем навстречу с оливковой ветвью в руке.

— Доктор Хельзингер? Родни Гримонд. Не мог бы я побеседовать с вами? Без свидетелей.

Физик смертельно побледнел, и на миг Делии показалось, что он сейчас потеряет сознание, однако усилием воли Джордж справился с собой.

— Я вас не знаю.

— Я к вам по официальному делу. Где мы с вами могли бы…

Воэн заметила на лице Джорджа безмолвную мольбу, но прежде чем успела что-то сказать, вперед шагнул Уайлд и встал рядом с ученым:

— Я буду рядом, если хочешь.

— Думаю, будет лучше, если мы переговорим с глазу на глаз. — Судя по голосу, незваный гость привык настаивать на своем.

— Да, но если он предпочтет, чтобы рядом находился друг, — я к его услугам.

— Да, спасибо, — согласился Джордж. — Пожалуй, мы могли бы пройти в столовую.

Делия смотрела, как переговорщики направляются в дом, а затем, опять перейдя на бег, устремилась в оливковую рощу, чтобы найти Марджори и рассказать о прибытии мистера Гримонда.