Мерил Сойер - Никому не доверяй

– Нет. Они ведь из Айовы. Там не принято запирать двери, если у тебя в доме не хранятся какие-либо сумасшедшие ценности.

Броуди закрыл дверь, предварительно впустив Пини, который тут же убежал в спальню Тори и улегся на коврике перед кроватью. Тори включила автоответчик и, пока слушала то, что там записано, то кивала, то хмурилась.

– Что там?

Она положил трубку. Ее лицо выражало озабоченность.

– Это был отец. Он во «Французской прачечной» с Остином Гласселлом и Кэтрин.

– В прачечной?!

– Так называется один из лучших ресторанов в долине.

– А что Кэтрин Вилсон делает там с ними?

– Вот это весьма странно. Отец говорил в трубку шепотом. Он сказал, что Кэтрин потрясающая женщина – интересная и очень забавная.

– Звучит так, как будто она успела засунуть ему руку в штаны.

– Не говори чепухи! Со времени смерти моей матери – а она умерла двадцать лет назад – у отца не было ни одной женщины.

Броуди услышал нотки гордости в ее голосе и решил не спорить. Откровенно говоря, он находил несколько странным, что такой крепкий мужчина, как Лу, провел все эти годы без женской компании.

– Отец сказал, что Кэтрин уезжает в Сан-Франциско сегодня вечером, вернется только завтра вечером и будет ужинать – благодаря протекции моего отца – в ресторане «Брава террас». Отец составил ей протекцию: она опоздала заказать столик, а тамошний шеф-повар Фред Хэлперт – его близкий друг. До приезда сюда он прославился своей великолепной кухней в Сан-Франциско. Так вот, насколько я поняла, она принесет с собой что-то важное. Отец считает, что тебе необходимо встретиться там с ней.

– Завтра вечером? Я должен так долго ждать? – Броуди не понимал, зачем нужно было его так срочно разыскивать, и это непонимание тревожило его.

– Судя по голосу отца, Кэтрин не представляет опасности. Готова поклясться, что она готовит материалы для какого-нибудь репортера о вашей с Эллиотом истории.

«Это возможно», – подумал Броуди, но у него были сомнения на этот счет.

Тори направилась к нему, и он не мог удержаться от восхищения, видя, как под свитером колышутся не сдерживаемые бюстгальтером груди.

– Эй, парень, – усмехнулась она, – мы теряем время.

Он обнял ее, и она прижалась к нему всем телом. Ее руки стали судорожно расстегивать ремень его брюк, и у него сильно забилось сердце.

– Тори, – прошептал он, когда они шагнули к кровати, – а как же предварительные ласки?

– А что это такое? – Она бросила его на кровать и упала рядом.

Броуди лежал рядом с Тори и смотрел в потолок. Прошло около получаса с тех пор, как они пережили пик наслаждения. Его тело все еще горело, но пульс уже вошел в норму, и мозг продолжал исправно работать.

Что он собирается делать с Тори?

Она тихонько посапывала рядом с ним, но Броуди мог поклясться, что она не спит.

– Тори, – начал он, – нам надо поговорить.

– М-м-м… – простонала она. – О чем?

– О нас. О наших отношениях.

– У-у-у?..

Она повернулась на другой бок и теперь прижималась к нему спиной.

У Броуди появилось твердое убеждение, что она не хочет обсуждать эту тему. Как ему удалось найти такую женщину?! Сейчас с ним в постели лежала единственная женщина во всей Америке, которой не требовались предварительные ласки. И даже больше того – он спал с единственной женщиной на планете, которая не желает обсуждать свои отношения с мужчиной!

«Что-то не так», – подумал Броуди.

Откровенно говоря, Тори была мечтой любого мужчины. Стройная, женственная, нежная, а в постели – просто вулкан страстей. И она ничего от него не требует. Нет, этого не может быть, потому что не может быть никогда!

Броуди лежал и смотрел на тени на потолке, говоря себе, что он просто сошел с ума. Какой мужик в здравом уме и твердой памяти не хотел бы иметь женщину, которая занимается сексом ради самого секса?

– Полагаю, что нам все-таки надо поговорить, – заявила Тори через некоторое время. Она повернулась на бок, к нему лицом и, положив голову на локоть, стала смотреть на него. Броуди не смог сдержать смех. Нет, это выше его понимания. Да, знает ли он вообще женщин?..

– Ты не думаешь, что тебе стоит предупредить Алекса насчет Рейчел?

Ее вопрос повернул его мысли в другое русло. Неожиданное появление брата-близнеца, а потом еще и брата по матери выбило его из колеи. Он не знал, как себя вести с новыми родственниками, и не мог представить, что сказать Алексу о Рейчел.

– Это ведь только наше с тобой субъективное мнение. Мы не знаем, что чувствует Рейчел. А может, она сходит с ума от Алекса?

Ее темно-зеленые глаза посмотрели на него с осуждением.

– А Алекс был так искренен с тобой…

– Да, но он, в сущности, знал меня много лет. К тому же он лучше умеет выражать свои чувства и мысли.

– Тебе не кажется, что ты должен ответить ему взаимностью? Можно хотя бы намекнуть на наши подозрения.

Боже праведный! Зачем он ввязался в это? Ведь он слышал, что общаться с женщинами чертовски тяжело!

– Это не мое дело, – отрезал Броуди.

– Неужели ты обманешь доверие брата?

Броуди тяжело вздохнул.

– Ладно, ты, наверное, права. Если завтра у меня будет возможность…

– Сегодня. Уже светает.

О, дьявол! Под ее взглядом просто теряешь рассудок. Он не хотел, чтобы утро наступало.

– А как быть нам с тобой?

– Нам? – спросила она, как будто они не могли разобраться в научной концепции.

– Да. По-моему, мы просто сводим с ума друг друга.

– Верно, – согласилась Тори, одарив его ослепительной улыбкой. – Но ты вскоре уезжаешь. У нас есть только настоящее.

Ему нечего было возразить ей.

34

Броуди ехал к «Виноградникам Фараллон», проклиная себя всю дорогу. И как он позволил Тори втянуть его в дела Алекса?! Он не желает вмешиваться в жизнь человека, которого едва знает. Ладно, ладно, Алекс его брат, и он неожиданно разоткровенничался с ним. Но Броуди совершенно не мог себе представить, чтобы Алекс пожелал выслушивать что-либо дурное о Рейчел, как бы осторожно он ему это ни преподнес.

«Совокупляйтесь, но не размножайтесь», – прочитал он вслух надпись на заднем стекле фургона «Фольксваген» выпуска семидесятых годов, который ехал перед ним.

Улыбнувшись, Броуди покачал головой и сосредоточился на ведении машины. Он не мог избавиться от мыслей о Тори. Сегодня утром, чтобы уйти от нее, ему понадобилось собрать в кулак всю свою волю. Но у него не было выбора: она отправилась на работу, а он обещал Алексу утром быть у него.

Тори была великолепна – и не только в сексе; он получал огромное удовольствие, просто находясь рядом с ней. Броуди вдруг почувствовал, что, несмотря на уверенность в своем предназначении, ему совсем не хочется возвращаться на службу для получения другого задания.