Филлис Уитни - Мерцающий пруд

— Поверьте мне, я не помню, чтобы я чего-нибудь так сильно желал, как сейчас желаю вам счастья. Вы можете это понять? Вы можете поверить мне, хоть я и не нравлюсь вам?

Она посмотрела ему в глаза и увидела в них честность и доброту. Раздражение оставило ее.

— Я верю вам, — ответила Лора. — Спасибо, Адам. Он отпустил ее руки.

— Теперь я помогу вам донести вашу ношу до дома.

— Нет, пожалуйста, — быстро сказала она. — Я… я лучше пойду одна.

В его глазах появилось прежнее выражение.

— Нам нужно избегать возможных сплетен, да? Очень хорошо, я побуду здесь, пока вы уйдете. Я могу пройти через лес и спуститься с другой стороны. И таким образом наша страшная тайна будет сохранена.

Но сейчас Лора не хотела сердиться на него. Она серьезно приняла его предложение, попрощалась и ушла через разрушенный дверной проем вниз по ступенькам.

Короткий путь до дома она шла очень медленно. Слова Адама о том, что она любит Уэйда, не шли у нее из головы. Они вызывающе манили и ждали, что их примут. Возможно ли было, чтобы любовь пришла вот так, незаметно, в то время как ты продолжаешь считать, что все по-прежнему и твоя забота о человеке остается просто заботой? Если это правда, возможно, этого надо бояться. Она не хотела больше испытывать боль.

— У тебя такой вид, как будто ты идешь во сне, Лори, — Раздался с веранды голос Джемми.

Лора подняла глаза и обнаружила, что незаметно для себя дошла до дома. Джемми приложил палец к губам и побежал к ней вниз по лестнице.

— Морган Ле Фей здесь, у бабушки, — прошептал он. — Они закрыли дверь и не пустили меня, хотя Ле Фей принесла портрет моей мамы.

— Портрет твоей мамы? — повторила Лора.

— Тот, что был частью большой картины. Она разрезала ее ножом, оставив в раме только свое изображение. Я думаю, зеленый занавес скрывает этот разрез.

Значит, Морган осуществила свою угрозу. Что ж, неважно. Правильно, что портрет Вирджинии нужно сохранить для Джемми. Тем не менее необычное присутствие Морган в доме тревожило. Когда появлялась Морган, случалась беда.

Лора начала подниматься по лестнице, не желая встречаться с этой гостьей. Но прежде чем она дошла до верхней площадки, из библиотеки вышел Уэйд и увидел ее на лестнице с тетрадями и клоуном в руках.

— Где ты была со всеми этими вещами? — спросил он не очень-то довольным голосом.

Лора почувствовала предательский жар, хлынувший к щекам. С грузом слов Адама в голове, она вдруг оробела и смутилась. Она не могла просто ответить, как, возможно, сделала бы это раньше.

— Я просто грелась на солнце и думала в старом доме Хьюмов, — ответила она и побежала вверх по ступенькам, прежде чем он мог спросить еще о чем-нибудь.

Джемми все еще был в верхнем коридоре.

— Скоро твой день рождения, да, Лори? Не забудь — мы собираемся устроить бал.

Лора рассеянно улыбнулась и вошла в свою комнату, чтобы убрать тетради в ящик. Она мгновение постояла, держа в руках клоуна, а потом прижалась щекой к мягким желтым помпонам, находя в этом утешение. Однако в ней все-таки сидела тревога, и она оставила дверь приоткрытой, чтобы слышать, когда уйдет Морган.

Она услышала, как открылась дверь гостиной мамы

Тайлер, как Морган разговаривала с Уэйдом в коридоре. Через пять минут после ее ухода Элли торопливо поднялась призвать Лору в гостиную миссис Тайлер. Тревога уступила место уверенности, что беда пришла.

Миссис Тайлер ждала ее одна, Уэйда не пригласили на аудиенцию.

— Закрой дверь и сядь вон там, — указала миссис Тайлер. — Я хочу, чтобы на твое лицо падал свет. Я хочу от тебя правду без всяких увиливаний.

— Я думаю, я всегда говорила вам правду, — с достоинством произнесла Лора. Ей стало ясно, что Морган заговорила. Очевидно, она рассказала про день пожара и Адама.

Она направилась к стулу, указанному миссис Тайлер, и почти споткнулась о холст, разложенный на полу. Это был портрет Вирджинии; та сторона, где холст разрезали надвое, была очень неровной.

— Эта женщина, должно быть, умалишенная, — разрезать такую прекрасную картину, — сказала миссис Тайлер. — Но теперь я прикажу вставить ее в раму и повешу в доме. Возможно, в передней гостиной.

Лора села, дожидаясь, когда она перейдет к делу. Картина, она была уверена, не была главной причиной того, что ее сюда призвали.

Миссис Тайлер сразу же заговорила:

— Поистине, Лора, я потрясена фактами, которые сообщили мне сегодня. Ты во многом разочаровывала меня, но я не ожидала от тебя предательства. Никак не предательства моего сына.

— Никакого предательства нет, — мягко возразила Лора.

— Тебя видели, когда ты целовала Адама Хьюма в день пожара. Не только Морган, но и француженка Клотильда. А может быть, и другие. Ты это отрицаешь?

— Конечно, отрицаю, — с чувством сказала Лора. — Я не Целовала Адама. Он целовал меня. В этом есть разница.

— Чушь. В любом случае, ты уступила. А теперь еще хуже. Свидание — одно из многих, возможно? В развалинах дома Хьюмов. Морган сама видела вас там сегодня, вы держались за руки, говорили о любви.

Лора задохнулась от неожиданности этого нападения. Смесь правды с этой ложью на мгновение лишила ее сил.

— Ясно, что ты охвачена чувством вины, — сказала миссис Тайлер.

— Я ни в чем не виновата! — воскликнула Лора.

— Но ты не отрицаешь, что была там с Адамом. Морган услышала голоса с дороги по пути сюда. Вы оба были так поглощены своей любовью, что не слышали ее. Как только она поняла, что происходит, она пришла ко мне. И на этот раз, должна сказать, она поступила правильно. Мой сын еще не знает об этом. Я сначала даю тебе шанс.

— Мама, пожалуйста, выслушайте меня, — взмолилась Лора. — Я пошла туда на час-другой почитать. Адам нашел меня и разговаривал со мной несколько минут. Это было не то, что вы называете свиданием, и этого никогда прежде не случалось.

— Влюбленная женщина всегда лжет, — коротко бросила миссис Тайлер.

— Тогда лжет Морган.

— Ты хочешь сказать, что не было рукопожатий, разговоров о любви?

— Он задержал меня за руки, когда я хотела уйти. И он сказал мне, что я… что я влюблена в Уэйда. Это вы хотите знать?

Миссис Тайлер пристально смотрела на нее несколько мгновений. Потом она взмахнула рукой, что говорило об окончании беседы. Знакомо вспыхнули на солнце драгоценные камни.

— Уходи. Оставь меня. Я вижу, в тебе нет правды. Ты принесла еще большее несчастье и позор в этот дом. Я должна решить, что делать.

Лора встала, старая дрожь, которая мучила ее, когда она впервые попала в этот дом, снова пробежала по телу.

— Я никого не опозорила. Если этот злобный поступок Морган принесет несчастье, это будет ее вина — и ваша. — Она вдруг наклонилась к старой леди, посмотрела в ее глубоко посаженные глаза. — Этого вы все время ждали? Чего-то, что снова сделает вашего сына полностью вашим? Или, возможно, вы хотите снова отдать его Вирджинии и сделать жалкой тенью, потерянной для мира, зато опять зависимой от вас? По-видимому, поэтому вы хотите повесить портрет Вирджинии в гостиной? Если вы этого хотите, тогда вы стали старой и злой, мама Тайлер.