Сергей Пономаренко - Ведьмин пасьянс

В итоге Антон Барановский получил два года дисциплинарного батальона, Черепанова после выписки из госпиталя демобилизовали раньше срока по инвалидности, прапорщик Самоедов отделался взысканием, а сержант Трофимов так и не получил перед дембелем старшинскую полоску на погоны, как мечтал. Степану Кулькину однажды приснился сон, что он стал «дедом» и «салаги» трепещут перед ним. Проснувшись раньше подъема, он стал считать дни, когда этот сон мог стать явью.

3. Украинское Полесье. Весна. 2005 год

Вдова, очевидно посчитав, что и так много рассказала, пошла на огород. Иванне стало скучно одной в доме, и так как было еще светло, она решила пройтись по селу, поспрашивать людей о том, что ее интересовало. Она вышла на улицу — разбитую грузовым транспортом грунтовую дорогу, сжатую с обеих сторон небольшими хатками. Людей не было видно, только то здесь то там уже начали зажигаться оконца электрическим светом, хотя было еще довольно светло.

Послышался звук мотора, и на улицу лихо выехал мотоциклист, то и дело подскакивая на ухабах. Хотя Иванна никогда не водила мотоцикл, сразу же поняла, что мчаться на такой скорости по этим ухабам мог только самоубийца, которому опостылела жизнь. Иванна прижалась к забору, давая мотоциклисту больше пространства для маневров. И тут произошло то, чего она не ожидала и что ее очень испугало. Мотоциклист эффектно, на полной скорости, на одном колесе, развернулся возле нее, едва не задев. У нее перехватило дыхание, а он уже снимал шлем, открывая мальчишечье лицо, слегка конопатое, с непослушными рыжими вихрами, которые не могла одолеть ни одна расческа.

— Ты как тут оказалась, в этом Богом забытом селе? — улыбаясь, спросил он. — К кому приехала?

— Ни к кому конкретно, — немного сердито ответила девушка, еще не отойдя от испуга после опасного трюка, продемонстрированного этим мальчишкой. — Я журналистка, собираю материал для газеты.

— А я думал, что собирают только грибы и ягоды, — съехидничал мальчишка.

— Ты забыл про милостыню на паперти, — не осталась в долгу Иванна.

— Кто на что учился.

Иванну осенило.

— Вижу, ты разговорчивый — может, мне поможешь?

— Что надо делать? Где копать?

— Я собираю материал про оборотней. Вот и помоги. Может, что слышал или даже видел…

— Про оборотней? Заданьице… — протянул паренек. — Тебя как зовут?

— Иванна. А тебя как?

— Ростислав, а прозвище у меня Ругон.

— Ну давай, колись, Ростик, что у вас происходит странного, таинственного, связанного с оборотничеством.

— Чего-чего?

— Что же ты, такой разговорчивый, сразу сник? Может, забоялся чего-то?

— Да ничего я не боюсь. Не знаю, что рассказывать. Учусь я в колледже в Чернигове, сюда приезжаю бабку с дедом навестить, ребят повидать. Ладно, поеду с ребятами потолкую — может, они мне что расскажут интересного. Потом приеду. Ты где остановилась?

— У вдовы Шабалкиной… Может, будет проще, если я тебе компанию составлю?

— Как хочешь… Цепляйся сзади, за меня крепко держись, и не хнычь, не жалуйся, что слишком быстро еду.

— Люблю езду с ветерком, — беспечно сказала девушка.

Только Иванна пристроилась на заднем сиденье, как мотоцикл рванул вперед, и она инстинктивно крепко схватилась за водителя. Мотоцикл понесся с неимоверной скоростью по узкой улочке, проезжая часть которой вся была в рытвинах, словно после минометного обстрела. Ростик вел мотоцикл виртуозно, ухитряясь объезжать на скорости большие ямы, поэтому то и дело казалось, что они вот-вот столкнутся с деревом, а в следующую секунду влетят в забор, сарай, дом, дровяник. Иванна от страха закрыла глаза, будто надеялась, что так будет безопаснее. Минут через десять, которые показались ей бесконечными, мотоцикл остановился, и она открыла глаза. От пережитого она не сразу пришла в себя, вникла в окружающую обстановку.

Они находились в зоне вырубки. Длинные ровные стволы, уже лишенные ветвей и сучьев, напоминая громадные карандаши, громоздились живописной горкой, а на них отдыхали трое подростков лет шестнадцати-семнадцати.

— Прискакали! Можешь меня отпустить, но если тебе понравилось… — До ее сознания пробился ехидный голос Ростика, и тут она поняла, что все еще крепко прижимается к юноше. Она поспешно отстранилась и соскользнула с мотоцикла.

— Что за телка? — спросил веснушчатый курносый парень с насмешливыми карими глазами, крепкого телосложения, рассматривая ее. По повадкам было ясно, что он лидер этой троицы.

— Я не телка, а журналистка, — строго сказала Иванна.

— Точно — журналистка, Сидор, — подтвердил Ростик. — Собирает информацию про оборотней. Живет у Шабалкиной.

— Напишите про меня! — неожиданно тоненько взвизгнул полный круглолицый парнишка в черной «косухе», вытянувшись во весь свой небольшой рост и скрючив пальцы. — Я оборотень! Сейчас превращусь в волка — спасайся кто может! Журналистку не трону!

— Не смешно, — сдержанно сказала Иванна. — Неумно.

— Перестань, Леший. Это тебе не Танька, — одернул парня Сидор.

— За оборотней гонорар полагается? — подал голос третий парень, неприметной внешности: низкорослый, черноволосый, черноокий, с короткой аккуратной стрижкой и с чересчур бледным лицом.

— Обязательно! Если информация будет того стоить, — туманно пообещала Иванна. — Рассказывай!

— А чего рассказывать? Сама все увидишь, если захочешь. Б одиннадцать выйдешь из дома, сразу за колодцем увидишь тропинку в сторону леса. По ней пойдешь, никуда не сворачивая, а там все увидишь…

— Что именно?

— Все увидишь… что хочешь. Ругон, — обратился он к Ростику, — есть тема — перетереть надо. Оставайся. А журналистку в село Сидор отвезет. Только смотри, много не болтай, а то она такое напишет, что мама не горюй.

Иванна поняла, что ошиблась, — лидером в этой компании был не крупный Сидор, а этот почти хрупкий мальчик.

— Меня зовут Иванна, а тебя как? — спросила девушка.

— Вольф, — коротко ответил парень, повернулся к ней спиной и отошел в сторону, увлекая за собой Ростислава.

— Вольф в переводе с немецкого означает «волк», — вполголоса произнесла девушка и обратилась к Сидору, послушно взявшему велосипед и ожидавшему, пока она строится на раме. — Странное прозвище у вашего товарища — Вольф! Он что — немец?

— Нет. А прозвище как прозвище. Тебя к вдове отвезти?

— Еще рано, да и странная она какая-то.

— Да, с придурью… Это все замечают. Так куда тебя оставить? А то у меня есть еще дела.

— Все здесь деловые, как я погляжу… К школе подвези.