Лана Балашина - Любовь по контракту

Я поднялась. Не стоило задерживаться надолго, кто-нибудь мог позвонить на мобильный. Конечно, всегда можно отговориться тем, что оставила аппарат в сумке, но, в свете последних событий, рисковать я не решилась.

Предупредив, что позвоню ей сама, я первой покинула кафе.

Не знаю, как там шпионы обходятся со своими хвостами, но я дважды сменила такси, и через час уже сидела в кресле с чашечкой кофе.

Не знаю, было ли это совпадением, но снизу меня вызвали. Спустившись, я увидела Игоря.

— Вячеслав Григорьевич звонил, беспокоится, что вы не берете трубку. Говорит, что-то важное.

Я легкомысленно кивнула, вынула сумку из ящика, нажала вызов.

— Слав, я в парикмахерской. Что у тебя за пожар?

После легкой паузы он улыбнулся:

— Никакого пожара. Я Мишке подарок присмотрел, хочу с тобой посоветоваться. Это мотоцикл такой, с электроприводом, настоящий бомбардир! Ему понравится, вот увидишь!

— С чего это ты придумал со мной советоваться? Обычно ты все сам решаешь.

Слава вздохнул:

— Узнал, что ты в городе, и захотел встретиться. Или у тебя другие планы?

Я выразила счастье от перспективы провести время вместе, и мы договорились, что встретимся через час.

Я заплатила за срочность по двойному тарифу, но встретила Славу в сиянии общей ухоженности. Он только глаза подвел, когда я вышла из машины.

Я спросила:

— Ну, что, недаром я проторчала в салоне битых три часа?

Слава поцеловал мою раскрытую ладонь (когда-то, до того, как я увидела, что он роется в моей сумке, мне это очень нравилось!), я не выдержала и освободила свою руку, сделав вид, что не заметила его недоуменный взгляд.

Не хочется вспоминать, как я провела следующую неделю. В очередной раз избавившись от предполагаемой слежки (я так ни разу и не засекла ее!), я оказалась у дверей агентства. Судя по рекламе, они специализировались на помощи в розыске родных, оказывали помощь людям, попавшим в нештатные ситуации.

Я хмыкнула и задумалась, подходит ли сюда мой случай.

В конторе царил полный разгром. Не то ремонт, не то переезжают люди. Впрочем, в одном из кабинетов слышалась музыка, и я шагнула туда. Мне повезло.

Сергей Каретников оказался симпатичным мужчиной лет тридцати пяти. Он внимательно выслушал меня. Конечно, и Раю, и ее дядю он прекрасно помнил.

Я изложила ему мою историю, решив ни о чем не умалчивать.

Сергей порылся в сейфе и вынул тоненькую папку.

Он посмотрел на меня и хмуро сказал:

— Не думаю, что вы сейчас сможете выслушать и правильно оценить мой совет...

Я перебила его:

— Послушайте, а если бы я была вашей сестрой, вы так же спокойно посоветовали бы мне жить спокойно с человеком, о котором я, оказывается, ничего не знаю? У меня осталась последняя надежда. Что, если Слава в эту историю замешан только краем? Он ведь действительно любит меня, обожает сына. Я не могу поверить в то, что он специально обманул меня. Зачем?

Я вздохнула.

— У меня нет богатых и сколько-нибудь влиятельных родственников, сама собой я ничего особенного не представляю... Что могло заставить его лгать мне? В общем, если вы мне не поможете, я начну расследование сама, но учтите, что опыта у меня никакого нет, и я засыплюсь сразу же.

Он улыбнулся в первый раз с тех пор, как я переступила его кабинет.

— Извините, вы очень смешно это сказали, «засыплюсь». Вам совсем не подходит.

Сергей присел напротив меня и спросил:

— Ну, может быть, у вас есть брат, или отец, или кто-то старший, с кем вы могли бы посоветоваться? Должен же быть кто-то, имеющий для вас авторитет, кто может отговорить вас?

Я твердо сказала:

— Отец давно умер, брата у меня нет. Мама вышла замуж, живет с отчимом в Африке, они оба эпидемиологи. В России они не были пять лет. Так что, поверьте, отговаривать меня некому.

Он вздохнул, кивнул мне и раскрыл папку.

— Как ваша фамилия по мужу?

— Суворова. — Я вспомнила, что за всеми своими проблемами забыла ему представиться. — Суворова Маргарита Николаевна.

Он недоверчиво посмотрел на меня:

— Вячеслав Григорьевич Суворов — это и есть ваш муж?

Я кивнула.

Он еще раз вздохнул:

— Сколько вам было в девяностом? Лет десять?

Я спокойно сказала:

— Чуть меньше. А что, это имеет значение?

— Конечно. Ваш муж когда-то довольно бурно начинал свою карьеру. Он вам рассказывал что-нибудь о своей работе, например?

— Я знаю только то, что у них с братом какой-то спортивный комплекс. Организация соревнований, всяких турниров. Слава раньше занимался боксом.

— Он был чемпионом области. Спорт для него остался любовью всей жизни. Но бизнес у него связан, скорее, с околоспортивными страстями. Ваш муж держит все тотализаторы в городе, у них на пару с братом серьезный бизнес, связанный, как бы вам лучше объяснить, с организацией досуга людей. Качалки, сауны с девочками, элитные места отдыха. Впрочем, мне говорили, что старший Суворов в последнее время отошел от этого. В свое время он подтянул к бизнесу младшего брата, так что смог, видимо, передать дела. Я слышал еще, что он вошел в компанию директоров банка, а недавно в газетах писали, что контрольный пакет акций местного научно-промышленного комплекса теперь тоже принадлежит ему. Неужели вы были так нелюбопытны к делам мужа?

Я покраснела.

— Понимаете, я в этом ничего не понимаю. Правда, с полгода назад, Мишка был тогда совсем еще маленький, Слава привозил домой нотариуса, я подписывала какие-то документы. Да, Славе еще позвонил кто-то, видимо очень серьезный, потому что он нас с нотариусом оставил. Так тот мне еще сказал что-то вроде того, что теперь я очень обеспеченная женщина. Слава вернулся, и они уехали. — Я задумалась, а потом добавила: — Кстати, с месяц назад Слава опять его привозил, какая-то доверенность понадобилась с моей подписью.

— И что, муж и тогда вам ничего объяснять не стал?

— Ну, почему. Он сказал, что у него могут быть проблемы с налоговой, все-таки бизнес у нас в стране — дело рисковое, и ему пришлось оформить какое-то имущество на мое имя.

Сергей потер лицо руками.

— Дядя вашей подруги тогда уговорил меня прекратить расследование. Но я убежден в двух вещах: первое — на него надавили, второе — его племянницу тогда вовлек в свой бизнес младший брат вашего мужа, Герман Суворов. Думаю, что это было сделано с ведома и одобрения вашего мужа.

Я твердо сказала:

— Представьте мне доказательства этого, и я вам хорошо заплачу.

Он кивнул.

— Контора наша закрывается, я уезжаю на родину, в Питер, деньги нужны. Так что я расстараюсь. Есть один человек, он когда-то занимался делами вашего супруга. Попрошу его помочь. Через три дня ровно в пять часов вечера включите свой телефон, я позвоню.