Барбара Вуд - Остров забвения

Офелия нахмурилась.

— Я тоже родилась семнадцатого мая тысяча девятьсот семьдесят второго года…

— Знаю, — ответила Эбби. Она достала из сумки папку с документами, которые прихватила на всякий случай. — Моя дочь родилась рано утром семнадцатого числа, а вечером семнадцатого ее доставили вот по этому адресу. У меня есть причина считать вас моей дочерью.

— Что?! — Офелия схватила папку, открыла ее и пробежала глазами текст.

— Мы знаем, что когда Будро приехал в тюрьму Уайт-Хиллс, в его машине уже находились два ребенка, — сказала Эбби. — Только до сих пор не могли определить, кто из трех был взят из тюрьмы. Я проверила две другие кандидатуры и обнаружила, что это не они. Так что остаетесь вы.

Офелия уставилась на нее во все глаза.

— Вы думаете, что я ваша дочь? — Она положила папку. — Это ошибка. Я знаю, кто мои родители.

— Доктор Каплан, никакого конкурса вы не выигрывали. Это был способ пригласить вас сюда…

— Мисс Тайлер, меня никто не удочерял. Ваш частный сыщик ошибся.

— Здесь все факты. — Эбби показала на папку. — Мне очень жаль. Я ничего не собиралась вам рассказывать. Зачем? У вас своя жизнь. Какое я имею право портить ее и жизни дорогих вам людей? Но обстоятельства изменились. Вы — не потомок ашкенази. Мои предки были шотландцами. Так что вашему ребенку никакая опасность не грозит.

— Это невозможно, — поднимаясь на ноги, — промолвила Офелия. — Мать бы мне рассказала… — И тут комната внезапно наполнилась ароматом белых нарциссов. Молодая женщина пошатнулась.

Эбби тут же вскочила.

— Что с вами?

Офелия ухватилась за стул.

— О боже…

Эбби ждала, затаив дыхание.

— Я кое-что вспомнила, — вдруг сказала Офелия. — То, что не вспоминала много лет. Но вчера я была в одном из ваших садов, ощутила запах белого нарцисса, и он пробудил мою память. Я пытаюсь вспомнить. Это было как-то связано с моим дедушкой. Я сидела у него на коленях…

Мне было семь лет. Вся семья собралась на какое-то торжество. Я помню, что пыталась обнять дедушку за шею. Но он отстранил мои руки, снял меня с коленей и поставил на пол. А потом сказал маме… — Взгляд Офелии стал безумным. — Он сказал: «Она не наша и никогда не станет нашей».

Она посмотрела на лист бумаги, лежавший на журнальном столике. «Ребенок женского пола доставлен 17 мая 1972 Розе и Норману Капланам по адресу 644 Дос-Падрес-драйв, Альбукерке, штат Нью-Мексико. Они назвали ее Офелией. В 1995 году закончила Калифорнийский университет по специальности «Антропология»…»

Часы на каминной полке негромко зазвонили. Подняв взгляд, Офелия увидела побелевшее лицо и полные боли глаза Эбби Тайлер.

Молодая женщина подошла к телефону, набрала номер и стала ждать ответа. Казалось, прошла целая вечность. Снаружи доносился треск и истошные крики птиц в вольере.

— Привет, папа, — наконец сказала Офелия и облизала пересохшие губы. — А мама далеко? Да, все в порядке. У меня странный голос? Да нет, просто связь такая. Я понимаю, уже поздно, но… Мне нужно минутку поговорить с мамой.

Дожидаясь, когда к телефону подойдет мать, Офелия положила руку на живот. Запах нарциссов душил ее. «Она не наша». Имена и адрес, приведенные в отчете частного сыщика, были неопровержимым фактом. Но это невозможно!

— Мама? Мне нужно спросить… Да, я в порядке. Слушай. Мне нужно спросить… Мама, я сказала, все в порядке. Так что слушай. Мне нужно кое о чем тебя спросить. — Она сделала глубокий вдох. — Мама… меня удочерили? — Она слушала. — Это не глупый вопрос, мама. Тут находится женщина, которая утверждает, что это она моя мать. У нее даже документы есть.

Офелия слушала. И хмурилась.

— Что там? — прошептала Эбби.

— Мать говорит, что нам нужно поговорить. Но не по телефону.

— Пригласите их прилететь сюда. Я пошлю за ними самолет.

— Мама, это правда? — сказала Офелия в микрофон и стиснула трубку так, что побелели костяшки. — Меня удочерили?

Она слушала и молча кивала. Увидев, что Офелия проглотила слюну, и вспомнив ее жалобу на сухость в горле, Эбби налила в бокал воды и протянула ей.

— Мама, она хочет послать за тобой и папой самолет. — В голосе Офелии послышались слезы. — Вы сможете… Вы сможете прилететь немедленно? Первым утренним рейсом? — Она посмотрела на Эбби, и та кивнула. Потом Офелия добавила: — Да, я знаю, что ты меня любишь. И я тебя тоже, мама. — Она протянула трубку Эбби. — Моя мать хочет поговорить с вами.

Эбби сделала паузу для храбрости и приложила трубку к уху.

— Миссис Каплан, это Эбби Тайлер, — спокойно сказала она. — Ваша дочь Офелия сейчас со мной. Я думаю… У меня есть причины считать, что она — моя дочь. Документы, которые мне передали… Прошу прощения, что вы сказали? — Она посмотрела на смертельно побледневшую Офелию. Да, Май семьдесят второго года. Через человека по имени… — Эбби закрыла глаза. — Да, Бейкерсфелт. Тот самый человек. Прошу прощения? Поняла, миссис Каплан. Мы поговорим об этом, когда вы прилетите. Моя помощница через несколько минут забронирует вам места. Спокойной ночи.

Повесив трубку, Эбби сказала Офелии:

— Они будут здесь завтра утром.

Голос Офелии больше напоминал шепот.

— Что сказала моя мать? Эбби с трудом находила слова.

— Сказала, что это правда. Они удочерили тебя тридцать три года назад.

Пятница

44

В то утро Сисси проснулась сама не своя.

Вчера вечером все происходило чудесно и очень живописно. Комната была оформлена как башня замка: рыцарские доспехи, каменные стены, гобелены… На Сисси был наряд с тугим лифом и пышными юбками, на голове кружевная шапочка, волосы спускались локонами на уши. Для развлечения ей дали вышивание, но когда Сисси подумала, что о ней забыли, в окно залез — нет, буквально влетел мужчина. Сисси вскочила, вскрикнула, но тут же заметила дублет, брыжи и великолепную шляпу с плюмажем. Незнакомец был дьявольски красив; черные волосы и беспечная улыбка делали его неотразимым. А когда он начал умолять не сообщать страже о визите «капитана королевских мушкетеров», Сисси тут же успокоилась и вошла в роль.

Ей хотелось попробовать что-нибудь из руководств по сексу. Может быть, показать ему картинку или объяснить словами, чего она хочет? Но оказалось, что в этом нет необходимости. Немного вина, немного флирта, несколько жестов, и все прошло как по маслу.

Когда вечером во вторник Сисси оказалась наедине с лейтенантом морской пехоты, она сделала то, чего не делала никогда в жизни, и ей это понравилось. Вчера вечером роли поменялись. Она лежала, нежась в блаженстве, а партнер ласкал ее языком. Она и не представляла себе, что это может быть так приятно. Оргазм был незабываемым.