Кристина Додд - Двойное искушение

Селеста не отпрянула в сторону - уважение к пожилым людям было воспитано в ней с детства, - но только подобралась и спокойно, сухо ответила:

– Простите, миледи, но я не желаю выходить за вашего сына. - Она немного подумала и уточнила: - Ни за одного из ваших сыновей.

– Эллери не в счет, с ним все понятно. Но Гаррик…

Селеста поморщилась и коротко ответила:

– Нет.

Леди Филберта махнула рукой в сторону дома, крыша которого виднелась над ветвями деревьев.

– Прекрасный дом. Я очень привыкла к нему, но ты можешь перестроить его, если захочешь.

– Я не собираюсь выходить за вашего сына. - Селеста вновь задумалась, и леди Филберте, разумеется, хотелось бы знать, о чем именно. - Но я очень благодарна вам за ваше предложение, - добавила она наконец.

Не так уж часто леди Филберта могла с выгодой использовать свой преклонный возраст, но сейчас был именно тот случай, когда можно безбоязненно задать любой вопрос.

– А почему ты не хочешь выйти замуж за моего сына? За Гаррика, разумеется, а не за Эллери.

– Благодарю, вы очень добры, леди Филберта. Но при всем уважении к вам должна заметить, что ваш Гаррик - лжец.

– Лжец? Правда? - удивилась леди Филберта. - А в чем именно он тебе солгал?

– Делал все, чтобы я поверила в то, что он меня уважает, что я ему нравлюсь, а сам собирается отослать меня назад, в Париж.

Леди Филберта благоразумно промолчала.

– Я уезжаю, - покачала головой Селеста.

– Назад, в Париж? - удивленно воскликнула леди Филберта. - Теперь? После вчерашней ночи?

Селеста отвернулась в сторону и сглотнула.

– То, что случилось прошлой ночью, никого не касается.

– Но должно, очень сильно должно касаться Гаррика. А он заперся на целый день у себя в кабинете. И меня это тоже касается, между прочим, особенно если ты забеременеешь.

Селеста споткнулась и едва не упала.

Леди Филберта подхватила ее под руку и тревожно спросила:

– Боже, дорогая, с тобой все в порядке?

– Да, конечно, - глубоко вздохнула Селеста. - Просто я не подумала…

– А теперь подумай. И не говори, что у вас с Гарриком это случилось всего один раз. С первого раза все только и начинается.

– Это было больше, чем один… - начала Селеста. - Но поверьте, что если даже… то я…

– Что?

– Не знаю, но о ребенке я сама сумею позаботиться.

– Выходи за Гаррика, - посоветовала леди Филберта. - Я не хочу, чтобы кто-то из моих внуков был незаконнорожденный.

Они подошли к самому дому, и Селеста, подняв голову, посмотрела на окно кабинета, принадлежавшего Гаррику. Кулаки ее непроизвольно сжимались и разжимались. Леди Филберта оперлась на трость и молча, внимательно наблюдала за Селестой.

Селеста наклонилась, подняла с дорожки пригоршню гравия, выбрала самый крупный камень и запустила его в окно Гаррика. Стекло, зазвенев, рассыпалось вдребезги.

Леди Филберта глубоко вздохнула.

Селеста продолжала бросать камни один за другим, часть из них ударялась о стену, но чаще она попадала, выбивая осколки стекла, торчащие в оконной раме. На секунду остановилась, чтобы смахнуть со щеки слезинку, и бросила новый камень. Наконец, сообразив, что она делает, Селеста уронила на землю оставшиеся у нее камни и принялась удивленно рассматривать собственные руки.

Леди Филберта, взволнованная столь простым и сильным проявлением чувств, протянула Селесте свой носовой платок.

Селеста приняла его с достоинством королевы и вытерла платком глаза, а затем и нос.

– Теперь тебе должно полегчать, - сказала леди Филберта. - Представляю себе Гаррика. Наверняка забился в угол с пистолетом в руке и пытается понять, кто это на него напал. Может быть, помашем ему?

– Извозчики в Париже пользуются одним жестом, который считается крайне неприличным, - ответила Селеста, глядя на леди Филберту горящими глазами. - Но к данной ситуации он подходит как нельзя лучше.

Леди Филберта громко рассмеялась. Ей нравилась эта девочка, черт побери! Она взяла Селесту за руку и повела дальше.

– Гаррик, конечно, привык командовать, - сказала она, - но в данном случае ты и сама отчасти виновата. Мужчины, они такие - дай им палец, всю руку откусят.

Селеста улыбнулась, хотя и не очень любезно.

– Что ты собираешься делать в Париже? - спросила леди Филберта.

– Пока точно не знаю, но надеюсь, что сумею заработать себе на жизнь. А твердо уверена я только в одном - в том, что никогда больше не стану полагаться на мужчин.

– Не думаю, что это мудро - никогда и никому не верить.

– Возможно, вы правы. А так… Что ж, я могу устроиться гувернанткой или преподавательницей иностранных языков. Могу даже стать куртизанкой.

Леди Филберта представила свой предстоящий разговор с Гарриком и мысленно потерла руки.

– Ты, конечно, очень хорошенькая, но ведь сама сказала, что не намерена впредь верить никому из мужчин.

– Это будет деловое соглашение, - ответила Селеста, искоса взглянув на леди Филберту. - В Париже я насмотрелась на такие игры.

Леди Филберта посмотрела на входную дверь, представила себе разговор, который ее ожидает впереди.

– Боюсь, что на самом деле тебе это может не понравиться, - заметила она.

Селеста повела в ответ плечом:

– Почему? Будет мужчина, который снимет для меня роскошные апартаменты, будет покупать мне красивые платья, оплачивать мои счета, но это не значит, что он будет иметь надо мной власть. Наверняка, выбирая его, я не буду думать… - Она запнулась. - А может быть, и буду… Почему это должно меня волновать?

– Некоторых женщин волнует. От отчаяния, я полагаю.

– Наверное, - ответила Селеста, распрямляя спину. - Хорошо. Наверное, это и правда неудачная идея. Пожалуй, я лучше буду готовить молодых жен и новых посланников к жизни среди дипломатов. Ведь, вступая в этот сложный мир, ты должен знать, кому можно верить, а кто продаст тебя за медный грош. Дипломатия не такая простая наука, как вы думаете, миледи.

Леди Филберта была в восторге от того, что именно Селеста покорила сердце Гаррика. Эта девушка была умна, красива и в то же время необыкновенно проста и естественна. А то, что Селеста хотя бы понимает, насколько непросты политические игры, позволит включить ее в семейный бизнес, как в легальный, так и в тайный.

И Гаррик умудрился едва не испортить такую партию! Придется ему помочь.

– Ты, возможно, заметила, что Гаррик хорошо умеет манипулировать другими.

– Отвратительный сорт людей эти манипуляторы, - отозвалась Селеста и постучала в дверь, потому что они с леди Филбертой уже поднялись по лестнице.

Дверь отворил слуга.

Леди Филберта махнула рукой, отсылая его прочь, и сказала Селесте:

– Гаррик всегда и все продумывает наперед и никогда ничего не делает без учета возможных последствий. Но с тобой он потерял управление, начал действовать импульсивно, неумело, и в итоге все запутал.