Колыбель твоих оков - Лили Вайт

людьми. И я понимаю, сколько же человек здесь работает — от администрации кафедры до студентов и профессоров.

Наверное, я произвожу впечатление на своих коллег тем, как набрасываюсь на еду, но, к моему удивлению, меня это даже не волнует. Вот что значит базовая потребность в пище.

Я так занята поглощением мини-пицц, что даже не замечаю, как рядом со мной возникает высокая мужская фигура. Я поднимаю глаза и вижу знакомое точеное лицо с ярко-голубыми глазами и пронизывающим взглядом. От увиденного я забываю о том, что была увлечена едой и, по-видимому, выгляжу крайне глупо. Я и не думала, что он такой высокий — меня уже начинает напрягать, сколько высоченных людей в моем окружении. Сложно понять, смотрит Лорэн на меня изучающе или насмешливо. На нем черное поло с расстёгнутыми верхними пуговицами, которое подчеркивает его впечатляющие бицепсы, и черные джинсы. Я еще не видела его одетым в повседневном стиле — он выглядит намного младше, почти по-юношески. Во время моего интервью он был одет так строго и казался старше своего возраста. Интересно, сколько ему лет, спрашиваю я себя? Сколько лет должно быть ученому, чтобы он уже два раза побывал первым автором в публикациях в «Нэйчэр»8? Наверное, в таких вещах возраст не является показателем — все дело в таланте. Сколько лет было Моцарту, когда он написал свою первую пьесу? Пять или шесть?

— Я вижу, вы уже совсем освоились, — Лорэн переводит взгляд на мини-пиццы, которые я успела нахватать, и теперь они лежат горкой на моей тарелке, и на бокал просекко, которым, да простят меня итальянцы, я запиваю свои мини-пиццы.

Я киваю и пытаюсь прожевать и проглотить мини-пиццы, которыми набит мой рот, чтобы поддержать разговор. Лорэна кто-то окликает, но он все еще с холодным интересом наблюдает за моими попытками проглотить мини-пиццы.

— Еще увидимся, — он, наконец, отворачивается и направляется к ожидающей его группе мужчин. И это мое персональное фиаско.

Не успеваю я как следует обдумать, что только что произошло, ко мне подбегает Изабелла, которая до этого оставила меня на произвол судьбы.

— Что хотел Лорэн? — ее глаза блестят.

— Ничего, просто поприветствовал, — я наконец-то проглатываю мини-пиццы и залпом допиваю просекко, отчего у меня начинает кружиться голова.

— К тебе только что подходил Лорэн, чтобы поприветствовать? — не верит она ни одному моему слову. Я ловлю себя на мысли, что я себе тоже не верю.

— Боже, какой же он красавец! — восклицает Изабелла.

Я еле сдерживаюсь, чтобы не высказать ей, что не пристало так говорить о работодателе. Хотя в мыслях я с ней абсолютно согласна.

— Да, характер у него просто ужасный, однако, что ты хочешь, с таким ай кью лапочек не бывает. И он знаменитость! — продолжает Изабелла.

— А что не так с его характером? — интересуюсь я, будто уже не наслышана о нем от Бетан.

— Скоро узнаешь! — насмешливо заявляет она и уходит, оставив меня гадать и наслаждаться следующим просекко, которое мне незаметно добавили.

Лорэн очень хорошо виден в толпе — он минимум на полголовы выше любого из собравшихся, поэтому за ним очень легко наблюдать. Наслаждаясь моим уже третьим бокалом, я замечаю, как две студентки или, может быть, аспирантки за соседним столиком отчаянно пытаются обратить на себя внимание Лорэна, который разговаривает с кем-то из учредителей и остается равнодушным к их попыткам. Одна из студенток кокетливо смотрит в его сторону, пока другая развратно покусывает оливки, нанизанные на шпажку. Это выглядит уморительно, и я еле сдерживаюсь, чтобы не прыснуть от смеха, настолько несуразно выглядят их попытки. Девушки поворачивают ко мне свои хорошенькие личики и недовольно смотрят на меня. Это действует отрезвляюще, хоть я и понимаю, что причина моего веселья — алкоголь. Я очень редко пью, и не зря. Мне становится очень плохо от алкоголя. Поэтому обычно я предпочитаю пить безалкогольные коктейли. Но сегодня я просто не могу остановиться и не пить это просекко: то ли я излишне перенервничала из-за новой работы и знакомства с коллективом, то ли виной всему изысканный вкус этого вина. Я продолжаю наблюдать за безуспешными попытками девушек соблазнить работодателя и понимаю, что моя голова начинает безбожно кружиться.

Я решаю дойти до туалета, пока мне не стало окончательно плохо, и меня не вырвало на какого-нибудь профессора Лорэна, после чего моя карьера может оказаться смытой в унитаз, так и не начав набирать обороты.

Я почти добираюсь до дамской комнаты, как вдруг слышу приятный низкий голос за моей спиной:

— Вам плохо? Вам вызвать врача? — спрашивает он меня медленно и внятно, как будто говорит с тугодумом.

Я вспоминаю, что в первую и, по закону подлости, во вторую нашу встречу я произвела именно такое впечатление.

— Все в порядке, профессор, — «я просто всегда лажаю, когда вы рядом», — произношу уже я про себя.

Но Лорэн явно читает мысли или просто очень хорошо разбирается в рвотных позывах.

— Вы очень бледны, и вас сейчас, наверное, вырвет прямо на меня, — говорит он предостерегающе.

Но вместо того, чтобы отойти подальше, он подходит ко мне ближе. Я чувствую его обволакивающий аромат и понимаю, почему он на всех производит такое неизгладимое впечатление — абсолютно невозможно оторвать от него глаз, он как магнит притягивает меня к себе. Я понимаю, что просто пьяна, и мне становится вполне понятным поведение тех студенток за столиком. Видимо, я тоже из их числа.

Пока я нахожусь в шоковом гипнозе, Лорэн заводит меня в туалет и чертовски вовремя — меня успевает вырвать в одну из раковин этими самыми мини-пиццами. И я просто растоптана. Мне хочется прополоскать рот, поскольку мы находимся довольно близко друг от друга. Придерживая волосы одной рукой, я наклоняюсь над раковиной, стараясь повернуться к Лорэну затылком.

После того, как мой желудок освободился, мне становится немного легче. Я вытираю лицо бумажным полотенцем и, вся красная от этого унижения, произношу единственное, что приходит мне в голову:

— Это вообще-то женский туалет.

Лорэн стоит со скрещенными руками, прислонившись к стене. Он некоторое время смотрит на меня тяжелым взглядом и наконец отвечает:

— Это уборная унисекс. Но мне приятно думать, что именно это смущает вас больше всего в данной ситуации. Вам абсолютно противопоказано пить, я надеюсь, вы это знаете, — по его тону я понимаю, что передо мной мой работодатель, и он не очень рад видеть меня в таком состоянии.

— Я не виновата, что у меня аллергия на алкоголь, — лепечу я и понимаю, что больше похожа на маленького провинившегося ребенка,