Вероника Ульянова - Готический храм

– На сегодня подобных рейсов нет.

– А на завтра?

– И на завтра нет.

Капитан был в бешенстве, он специально постоял рядом с очередью и увидел, как все та же девушка продала билеты на Кубу с вылетом через два часа молодой паре. Он дождался обеденного перерыва у билетерши, и яростным напором соблазнил ее вплоть до секса в туалете. Он видел, что она хочет, но чего-то боится.

– Ну чего ты, уволить что ли могут за такое?

– Нет, просто…

Капитан бесцеремонно схватил ее за подбородок и сильно сжал:

– Ну, говори, – нетерпеливо приказал он.

Так природа пошутила с ним, что каждое его действие в отношении женского пола воспринималась как выражение сексуальной заинтересованности. Он мог быть зол, кричать, говорить грубости, хватать за одежду, ну и остальное по мелочи, потому что ему было что-то нужно или он хотел отвязаться, или просто бесился, но это только больше раскаляло девичьи плотские желания, они думали, что это игра в жесткий секс.

Капитан тряс кассиршу аэропорта, ее тело больно билось об стену, ему просто нужна была информация, а она текла.

– Я боюсь, что ты сделаешь со мной что-то плохое.

– Боишься или хочешь?

– А?

– Я говорю: что-то хуже, чем трахну тебя в туалете и не позвоню?

– Ну да, – она игриво засмеялась, – Ты же преступник, может ты маньяк.

– С чего ты взяла? – он понял, что она готова расколоться, и, расслабившись, начал и сам заводиться, он подошел вплотную, приподнял ее бедро чуть выше у себя между ног и терся об него.

– Когда я ввела твои данные в компьютер – там была пометка, что тебе запрещен выезд из страны, значит ты скорее всего преступник, но на тебя мало улик или что-то вроде того, и они не могут посадить тебя, но и отпускать не хотят.

– А сейчас введешь мои данные в себя? – Капитан понимал, какая это пошлость, и сказал специально, посмотреть на реакцию девушки.

– Такой объем данных, – дышала ему в ухо девушка, оценивая рукой его член, – Надеюсь на жестком диске хватит места.

Капитан не сдержался и захохотал, он даже отошел от нее, чтобы просмеяться, девушка удивленно и немного обиженно смотрела на него. Отсмеявшись, он закрыл двумя ладонями ее недоумевающее лицо, потом развернул ее, наклонил, и начал загружать данные, и хотя он сказал ей молчать, подобные образы посещали и смешили его, пока он не закончил.

Колпак приобретал четкие очертания. Капитан понял, что ему нельзя покинуть страну, нельзя преступать закон, ему нужно учиться на юрфаке, английскому языку (родители нашли в почтовом ящике купон на бесплатное обучение на лучших курсах английского в городе), плюс кто-то сильно заботится о его здоровье: однажды, уже раздев девчонку, обшарив карманы и не найдя презерватива, он хотел было забыть о предосторожности, но ровно в тот момент, когда он обхватил рукой член, чтобы направить его куда следует – окно в её комнате, где они были, разбилось. Девушка и Капитан перепугались не на шутку, ведь окно, разбитое камнем, находилось на шестом этаже. Капитан заметил на камне корявую надпись перманентным фломастером: «Сифозная шлюха». Девушка раскричалась, что это бред и неправда, и даже заплакала. Капитан тоже не поверил, он повидал больных девушек на своем веку, и всегда останавливался, если его хоть немного смущал запах или вид… С этой все было хорошо, но конечно, на первый взгляд… Капитан рассмеялся, представив, что если он снова попытается завалить эту телку, то в окно будут стрелять из гранатомёта. Правда, что с ней что-то не так или нет, уже неважно – настроение уже не то, подумал он и начал одеваться. Камень он взял с собой на память.

Любой другой человек на месте Капитана мучился бы от подобного преследования, но Капитан понимал, что помешать этому он не может, узнать, что это – тоже. Тем более ему не вредят, а даже наоборот, так что надо пользоваться. Иногда ему удавалось обмануть слежку, а в том, что она была постоянна, он уже не сомневался, и тогда он мог вписаться в жутчайший блудняк, зная, что если даже его поймает полиция, то его одного из всех участников переделки отпустят. У него было две версии: что он избранный по какому-то генетическому маркеру или что за ним следит его настоящий отец или мать. Он узнал от директорши, что был приемным, но не говорил об этом родителям, он любил их и хотел оставить их отношения как есть. Но были моменты, когда Капитан все-таки приходил в бешенство, мучаясь в отсутствии свободного выбора чего бы то ни было, и тогда он жаждал взять под контроль если не свою жизнь, то чужую. И одновременно с этим дать кому-то недоступную ему самому свободу. В один из таких моментов он пришел к Алине в гости помочь.

Капитан открыл входную дверь ключом, который взял у Максима. Из-за одной двери услышал мужской смех и канал СТС, за второй тихо – гостиная, в которой раньше жил Максим, в третей – Алина. Капитан помнил это, он бывал здесь, когда еще Максим не съехал на съемную квартиру. Он постучал пару раз в дверь и зашел в комнату.

– Привет, помнишь меня? – спросил он сходу.

– Помню.

Капитан замер, ведь он ее помнил совсем другой, маленькой, она и сейчас была маленькая, но в плане роста, а не возраста, теперь при мысли о ее миниатюрности представлялось, как подминаешь ее под себя, с напором, которому она не сможет противостоять, и при этом осторожно, чтобы не сделать ей больно, не задавить, потому что она такая хрупкая, а не то, как гладишь ее по головке. Хотя теперь тоже можно погладить, но потом схватить ее за волосы, нагнуть и прижать ее личико к своей ширинке… Вот черт, Капитан еле опомнился, он переключил свое внимание на гипс на ее ногах, чтобы остыть. Ее ноги были под одеялом, но он отчетливо представил себе гипс и мысль о сладостях, которые он ей дарил и о том, чтобы он мог подарить ей теперь заместо… оборвалась, и он смог взять себя в руки.

Алина знала, что все считают Капитана мега крутым парнем, и ей польстило, что он зашел, да и воспоминания о нем только хорошие. В то же время ей было неудобно и стыдно – она была не причёсана и на столике рядом с кроватью стояла грязная посуда, но подавляющим чувством поверх остальных было безразличие…

Он подошел к кровати и протянул ей большой подарочный пакет, пока она открывала его, он поставил на паузу фильм «Меланхолия» Ларса фон Триера. Потом сел на край кровати у девушки в ногах. Алина доставала по очереди подаренные Капитаном шоколадки, разные конфеты, красивый блокнотик, миленькие белые носочки с пушистым верхом, Алина была от этой дребедени настолько далека, что ее это даже позабавило, но вдруг ее глаза расширились, и еле заметная улыбка стала отчетливой – Алина медленно достала складной нож, именно такой она давно хотела – Спайдерко серрейторный. Она бы и сама его купила, но мысль о нем появилась у нее, пока она была прикована к постели, а Максим, покупавший все, что она хотела, сказал, что накажет ее, если она купит его сама. Ни Алина, ни Максим понятия не имели, что подразумевалось под «накажет», но больше Алина у Максима ни о чем таком не спрашивала.

– Как ты узнал?

– Максим сказал, что ты попросила его.

– Но он запретил мне, – она любовно складывала и раскрывала нож, с каждым разом все ловчее и быстрей.

– Спрячь, – Капитан пожал плечами, – хочешь установлю в твоей комнате потайной сейф?

Разговор начинал радовать Алину, давно уже не было столько заинтересованности в ее глазах.

– Спасибо, – Алина не смогла сдержать улыбку и смущенно опустила взгляд.

– Я оставлю тебе свой номер, если захочешь, чего угодно – позвони.

– Зачем тебе это? Помогать мне.

– Тебе много, кто помогает, разве нет?

– Мне помогают, чтобы услужить Максиму. А ты рискуешь его отношением, чтобы помочь мне.

– Не хочу терять твое уважение, но и врать тоже не хочу: чтобы я не сделал – отношение Максима ко мне не изменится. Но я правда хочу сделать приятно тебе, а не Максиму.

– Почему? Ты не боишься его?

– Да, я и Андрей – единственные люди, кто его не боится.

При упоминании об Андрее, лицо Алины болезненно скривилось. Капитан читал ее.

– Он ни разу не зашел тебя проведать?

– Кто? – буркнула она.

– Сама знаешь.

Она вскинула голову, она была смущена и сердита:

– Ты знаешь про меня и Андрея?

– Не все, но я знаю, что он тебе нравился, а ты ему нет.

– Он и сейчас мне нравится, – Алинин голос сошел на еле слышный шёпот.

Она была готова заплакать, и Капитан вовремя славировал, приподняв одеяло и начав массировать ее ступни. Вынужденная неподвижность, да еще умелые то сильные, то нежные движения рук Капитана быстро сделали свое дело, он предупредил Алинины слезы, расслабил и на что он надеялся сильнее всего, завел ее, хотя насчет последнего пункта, уверенности не было. Капитан заговорил своим обычным голосом, то есть вкрадчивым, приятным располагающим к открытости тембром:

– Это ненадолго, стоит только понять, почему вы не могли быть вместе, и твое чувство к нему пройдет. Вы слишком похожи – это физика, законы природы, одинаково заряженные частицы отталкиваются. Вы оба спокойные, интроверты, вы оба любите Максима. Вас объединило детство и близкие отношения с одним и тем же человеком. За что, как тебе кажется, ты полюбила его?