Фрасис Дарлинг - Разбитое зеркало

Таким образом она самоутверждается? Наслаждается своей женской силой — приглядеть мужичка, окрутить, отбить? Все ради таких побед?

Если так, на ее счету, наверное, уже немало и побед, и добровольных сдач. Чтобы такая женщина была рядом с тобой счастлива, надо все время ее держать на грани выигрыша, но окончательно не сдаваться.

— Ладно, признаюсь, — сказал Роман. — Есть женщина, но часто видеться нам не удается. Она не совсем свободна.

Лицо Алисы снова стало спокойным.

— Ах, любовь и разлука? Тайная связь? Очень романтично, но не очень приятно, могу себе представить.

— Вы угадали. Огорчений довольно много.

— Я думаю. Но, наверное, такой мужчина, как вы, отличается завидным темпераментом?

Роман скрыл усмешку. Ей осталось сказать еще только пару комплиментов по поводу его фигуры, а потом «не хочешь переспать со мной?» Все это было ему уже знакомо. Бывали такие женщины, через пять минут на все готовые. Алиса казалась тоньше, однако двигалась она именно в этом направлении. Обычно такими скорыми и ненасытными бывают скучающие и распутные домохозяйки. Может быть?…

— А как у вас с темпераментом? — спросил Роман. — Такая очаровательная женщина должна кроме мужа иметь еще и пару любовников.

— А вот и нет. Я вообще однолюб. У меня были долгие отношения с одним мужчиной, но не очень удачные. Мой любовник хотел, чтобы я была его узницей. В результате мы расстались. Все кончено.

— Навсегда?

Камилла и Оливия боролись с Алисой, но без особого успеха. Особенно сейчас, когда та видела перед собой настоящего мужчину из плоти и крови. Им удалось достичь только компромисса.

— Думаю, да, — сказала Алиса. — Во всяком случае, в обозримом будущем.

— Значит, сейчас вы свободны и одиноки?

— Я уже сказала! — бросила она. И затем мягче: — У нас схожие проблемы, а, Роман? У меня рухнула несчастливая любовь, у вас она еще длится?

— То ли да, то ли нет… — ответил он.

Алиса оттеснила Камиллу и Оливию в самые темные уголки сознания и смело сказала:

— Но ведь сейчас наших унылых любовников нет рядом, правда?

Роман искоса взглянул на нее:

— А когда кошка уйдет?

— А я не мышка, Роман.

— Предпочитаете кошачье племя?

— Я могу и коготки показать, — предупредила она.

— У меня сейчас такое состояние, когда хочется, чтобы кто-нибудь поцарапал тебя.

Роману стала нравиться беседа. Давно уже ему не приходилось радоваться такому откровенному заигрыванию. И неважно, чем все это закончится.

Алиса легонько шлепнула его по запястью.

— Ты плохой, — заявила она.

— Напротив, я слышал, что я даже очень неплохой.

— Могу представить себе. Я имела в виду «плохой» в хорошем смысле.

— А ты, Алиса, тоже «плохая в хорошем смысле»?

— Хуже некуда! — Ноготки ее вонзились ему в руку, оставив полосы.

Роман руку не убрал.

— Что-то я не очень тебе верю. Нужны доказательства, — медленно произнес он.

Она поднесла его руку к губам. Кончик ее розового язычка лизнул свежие царапины. Глядя на него из-под опущенных ресниц, она прошептала:

— Когда?

— Сегодня вечером я работаю, — извинился Роман. — А вот завтра к восьми буду свободен.

Язычок скользнул дальше и замер в ямке между двумя пальцами.

— Договоримся на полночь? Я живу не очень близко. Тебе же надо будет подготовиться к свиданию со мной.

— Полночь? Час ведьм? Ты случайно не собираешься превратиться во что-нибудь отвратительное?

— Отвратительное — нет. Может быть, во что-нибудь приятное.

Роман замер.

— Так где же ты живешь?

Алиса выпустила его руку и нырнула в плетеную сумку.

— Вот, смотри, я нарисовала план.

План! Боже! Эта женщина ко всему была готова. Она бывала здесь раньше, приметила его, подстроила эту встречу специально? Или она была готова к встрече с любым другим мужчиной? Роману больше понравилось бы первое.

Уже на улице, сощурившись от яркого солнца, Алиса позволила Оливии взять руководство в свои руки. Оливия и Камилла, обе они умели управлять автомобилем, а Алиса нет. Откуда? В Зазеркалье, где она жила, нет машин. Все, что она знала прежде — прежде чем понадобилась этим двум, — были спальни. Тоже неплохо. В спальнях она чувствовала себя отлично.

Оливия сидела за рулем, Камилла говорила Алисе, что пока все было хорошо и что следующей ночью ей будет награда. Оливия вступила в разговор, сказав, что Камилле надо именно сейчас взять все в свои руки.

— Именно сейчас я этого хочу, — надулась Алиса.

Камилла и Оливия посоветовались.

— Будь сейчас умницей, и тебя ждет маленькое удовольствие.

— Какое? — потребовала ответа Алиса. И услышала: «Как только мы приедем домой, останемся одни, одни с большим зеркалом. И у нас будут две влажные перчатки, о'кей? И мы обе сделаем все обожаемые тобой пакости. Обе сразу — тебе одной.

Алиса прекрасно понимала, почему они так «раздобрились». Никакой добротой на самом деле тут и не пахло. Они знали ее так же хорошо, как и она их. Она была дитя неудовлетворенного вожделения. И когда они высасывали ее существо по каплям, это ослабляло ее. Когда она бывала с Романом, ощущала его глубоко внутри, ощущала его вес, когда он делал с ней все, что хотел, и она вытворяла что угодно, когда она слышала его животное рычание, ощущала вкус его кожи, когда их тела становились одним телом и когда их пот превращался во влажную пелену, вот тогда она становилась сильнее и сильнее.

А это так, для подстраховки. Возможно, сработает, а может, и нет. Им всем троим придется подождать, чтобы узнать.

Обещанное развлечение — что же, славно, но недостаточно. Алиса хорошо знала это. Она хотела — вожделела — мужчину. Но пока пусть будут эти влажные скользкие пальцы в перчатках, пусть.

Глава тридцать четвертая

Встали они рано. День предстоял очень хлопотный, работы хватит всем троим.

Оливия начала первая. Она позвонила своему неприятному сыщику.

— Мне кто-то угрожает, — заявила она. — Я нуждаюсь в защите.

— Скажите только ваш новый адрес, мисс Бостон, я сразу пришлю своего человека. Речь идет о круглосуточной охране?

— Нет, не надо никого присылать. Вам должно быть известно, что я не люблю посторонних в доме.

— Вы хотите «вразумить» этого типа? Полиция сделала бы это бесплатно. Впрочем, я не отказываюсь. У меня есть парни, которые действуют очень убедительно, если вы понижаете, о чем идет речь.

— Нет, — сказала Оливия. — Это тоже не годится. Я не знаю этого человека. Пока были только телефонные звонки, но я боюсь, что дальше будет хуже.