Линда Ховард - Сокровище души

— Не здесь. Я давно его перепрятал на всякий случай. Вроде сегодняшнего.

— Жаль. — Сойер пожал плечами. — Ты мне все расскажешь, об этом позаботится Конрад. Его методы тебе не понравятся, а ты, на свою беду, к тому же выглядишь очень упрямым.

Он кивнул, но вместо Конрада, спеша выполнить приказ, к Ниалу бросился Палионе. В мозгу у Грейс что-то вспыхнуло. Она снова увидела, как умирают два ее любимых человека, и со звериным криком метнулась в сторону. Оказавшись лицом к лицу с Перришем, она ударила его ребром ладони по носу. Хрустнул хрящ, из ноздрей полилась кровь, Перриш отпрянул, чуть ослабил хватку, и Грейс успела вырваться.

Обернувшийся на крик Палионе вскинул пистолет, но Конрад его опередил. Грейс застыла от ужаса, и Сойер опять схватил ее, взвыв тонким голосом:

— Ты что, сбесился, мать твою?

Палионе с аккуратной дыркой во лбу только удивленно моргнул и рухнул на землю.

— Нет, — спокойно ответил Конрад, поворачиваясь к Ниалу. — Я служу тебе, хранитель.

Тот лишь молча кивнул.

Тем временем Сойер приставил к виску Грейс пистолет и начал пятиться, таща за собой заложницу.

— Я убью ее, — злобно шипел он. Слова будто вытекали из сломанного носа вместе с кровью. — Убью сучку!

Ниал спокойно положил меч на плечо, небрежно обхватил рукоятку.

— Нет. Не убьешь. — Он улыбнулся Грейс. Так мягко, светло, что у нее замерло сердце. — Грейс… двигайся.

Поджав ноги, она повисла на момент и выскользнула из-под руки Перриша. Тот попытался удержать ее, потерял равновесие, упал на одно колено и выстрелил ей вдогонку. Она вскрикнула, зажав правую ногу.

Перриш с трудом встал, навел пистолет сначала на Ниала, потом на Конрада, но оба даже не шелохнулись. Воин поднял меч, теперь в улыбке была смертельная угроза.

— Ты серьезно ранена, милая? — Такой нежности в его тоне Грейс никогда не слышала.

— Нет, — дрожащим голосом прошептала она, чувствуя, как сквозь пальцы сочится кровь. Сойер выстрелил в него, потом еще раз.

— Ты не можешь убить меня, служитель зла, — тихо сказал Ниал.

— Будь ты проклят, ублюдок, — закричал Перриш.

Враг стоял так близко, что промахнуться было невозможно, тем не менее рука у него дрогнула, и пуля улетела в сторону. Ниал повернулся к Грейс:

— Моя собственная благодать. Я нашел с тобой рай, девушка, но то время прошло.

Затем он приставил к груди Сойера тяжелый меч. Безоблачное небо прорезала молния, ослепительный свет озарил Ниала, пробежал по лезвию меча и прошел сквозь Перриша. Красивое лицо мерзавца исказилось от ужаса, он закричал, поднялся на носки, словно его тянула невидимая рука. Молния ударила снова. Глаза у Перриша закатились, были видны только белки, губы потрескались, руки начали обугливаться, светлые волосы превратились в серый пепел, кожа на лице сморщилась, потом сползла с костей. Он пытался кричать, открыл рот, но раздался громовой удар, сваливший его на обожженную землю.

— Ниал! — Грейс вскочила, не обращая внимания на боль. — Ниал!

Тот быстро подошел к ней, успев подхватить, когда она стала падать, осторожно уложил на холодную землю и, подняв юбки, осмотрел рану.

Конрад присел на корточки рядом с дымящимся телом Сойера. Увиденное, должно быть, удовлетворило его, потому что он лишь кивнул своей обезьяньей головой и направился к хранителю, который, оторвав от подола нижней юбки кусок, перевязывал Грейс ногу и мельком взглянул на него:

— Ты из Общества?

— Да. Мы уже давно знали о существовании Фонда, и кто-нибудь всегда входил в него, чтобы контролировать его деятельность. Только дважды им почти удалось найти. В 1945 — м и сегодня.

— Ты собирался меня убить, — сказала Грейс, стуча зубами от страха.

У нее все еще не укладывалось в голове, что этот человек с холодными беспощадными глазами каким-то образом оказался на службе у Ниала.

— Если бы возникла необходимость, — бесстрастно ответил Конрад. — Моей целью были документы, надо было любой ценой вернуть их и помешать Сойеру ими воспользоваться. Потом я начал думать, что… возможно, ты решила оставить бумаги у себя. Ты одна из нескольких людей на земле, кто понимает, что это такое. Ты сумела перенестись к хранителю и привести его сюда.

— Твое счастье, что ты не причинил ей вреда, — мягко сказал Ниал, взглянув на Грейс. Но взгляд его был не менее холодным, чем у Конрада.

— Мы делаем то, что должны, — возразил тот. — Как и ты.

— Да. Все в порядке, девушка. — Ниал одернул ей юбку. — Ты можешь стоять?

— Кажется, да.

Ногу жгло огнем, но она видела, что рана неглубокая. Ниал помог ей встать и поддерживал за руку, пока Грейс не обрела равновесие, потом огляделся вокруг. Там, где когда-то были конюшни, теперь стояли две машины.

— Автомобили, — с нотой удивления сказал он. — Прежде я ничего не видел, только проклятую маленькую темницу и сумасшедшего.

— Бункер, — объяснил Конрад. Ниал пожал плечами.

— Думаю, здесь можно увидеть много удивительного. — Затем, помолчав, добавил:

— И зла тоже.

— Да.

Когда Конрад взглянул на Ниала, его взгляд на миг потеплел, и Грейс вдруг поняла, что он без колебаний отдаст за хранителя жизнь. С этого момента она все ему простила.

Ниал склонился к ней, и его лицо словно окаменело.

— Я должен идти, — сказал он.

— Идти? — повторила Грейс, сама понимая, насколько глупо это звучит. Конечно, ему надо идти, он же хранитель.

— Я не могу остаться, даже если бы хотел. Мой долг призывает меня оставаться там.

Он поцеловал ее, чуть-чуть коснувшись губами, погладил по щеке и ушел. Грейс слышала, как он повторяет слова о воде и соли, уже шагнула за ним, пытаясь выкрикнуть его имя, но от страха у нее перехватило горло. В следующий момент ее ослепила вспышка, а когда зрение к ней вернулось, Ниала уже не было.

— Ниал! — с опозданием закричала она, ковыляя к тому месту, где он только что стоял. Конрад схватил ее за руку:

— Он ушел. Он же хранитель.

Для него это объясняло все.

— Он человек! Просто человек, как и другие, так же ест, спит, дышит, у него так же идет кровь, он не должен обладать сверхъестественной властью или…

— Нет. Ею обладает Бог, — ответил Конрад, уводя ее от руин. — У хранителя есть работа там, у нас — здесь.

Грейс хромала, спотыкалась на каждом шагу, поэтому он взял ее на руки и отнес к машине.

— Этот человек вызывает у меня нервную дрожь, — пробормотала Хармони, глядя на Конрада.

Тот сидел рядом с Крисом, и оба методично уничтожали все файлы Фонда. Была глубокая ночь, в здании никого не осталось, кроме них. Мужчины вполне могли справиться с работой одни, но Грейс, до сих пор не находившая себе места, предпочла хотя бы посидеть с ними, а Хармони пришла исключительно потому, что беспокоилась за подругу, которая опять выглядела так, словно может растаять от малейшего прикосновения.